Выбор за тобой - Лина Мур

– Да сколько уже можно? Используйте другие ругательства, – бубнит он, замечая наши упрямые, скрестившиеся с Рэйгом взгляды.

– Ты не лишь человек, Эйрин. Ты моя невеста и поможешь мне, если не будешь выдавать свои безумные идеи, считая, что всё это сработает, – натянув штаны, Рэйг направляется в гостиную, и я поднимаюсь с кровати, обматываясь шёлковой простыней, и иду за ним.

– Но она сработала! Это была моя идея! Так что глупые женщины тоже умеют думать! – Возмущаюсь я.

– Я не отрицаю этого, Эйрин. И ты не глупая женщина для меня, ты… немного активная, но не глупая. Я пытаюсь остановить тебя в твоих фантазиях. Они не идиоты, Эйрин, и если закрыли поселение, то начнут атаковать, я должен быть готов и находиться рядом с тобой. Когда их поймают, то угроза уменьшится, и я обсужу это с Каэлье.

– О-о-о, значит, Каэлье может давать умные советы, а я нет? – Ревностно взвизгиваю я.

– Эйрин, сейчас не время, чтобы снова обсуждать мои отношения с ней, которых нет. Сейчас…

– Так, Падрэйг, хватит принимать меня за дуру, ясно? Я тоже желаю в этом участвовать, и у меня есть план, – перебивая его, выставляю палец вперёд.

Он выпускает тёмный пар из ноздрей, и это на пару секунд приводит меня в ступор. Ни черта себе. Прямо как разъярённый дракон, но я не сдамся.

– Я требую немедленный консилиум, – топаю ногой.

– Что?

– Я требую сию секунду назначить королевское собрание и решить всем вместе, как выманить шпионов, – уточняю я.

– Нет, нет и нет, Эйрин. Ты не участвуешь в этом, ты…

– Волх! – Визжу я.

– Эйрин!

– Во-о-о-олх! – Не останавливаясь, во всю глотку ору так, что даже в голове шумит.

Старец появляется в спальне в длинной чёрной сорочке до пят и озирается, озадаченно смотря то на Рэйга, то на меня.

– Вон.

– Не смей, – предупреждаю я Рэйга, готового сжечь дядю огнём.

– Ты голая! – Возмущается он, указывая на мою простыню, в которую я закуталась.

– Я Юлий Цезарь, – спокойно отвечаю.

– Дети мои, что здесь происходит, и почему вы разбудили меня? На нас нападают? – Влезает в разговор Волх. Он что, спит в ночнушке? Оригинально.

Прыскаю от смеха и прочищаю горло.

– Нет, пока на нас не нападают. У этой фурии новая идея, и она потребовала собрать семейный совет ночью, – цокая, поясняет Рэйг и падает в кресло, прикрывая глаза рукой.

Седые брови Волха приподнимаются, и я киваю ему.

– Итак, вы сказали, что я никчёмная женщина, и мои идеи никогда не сработают. Вы ошиблись.

– Простите, миледи…

– Не волнуйтесь, я не в обиде, – отмахиваюсь от него.

– Вернёмся к нашей проблеме. В поселении шпионы, и они хотят убить меня, верно?

– Ты сказал ей? Мальчик мой, да ты с ума верно сошёл! Женщина на войне это к неприятностям! – Возмущённо отчитывает Волх Рэйга, лишь тяжело вздыхающего.

– У вас и так достаточно неприятностей, выбора нет, кроме как, позволить мне снова попробовать вытащить вас из полной задницы, – обиженно говорю я.

– Эйрин.

– Нет, хватит уже принижать меня, женоненавистники! Вы так долго одни, что забываете, что только благодаря женщине вы и появились на свет, так что сейчас я имею полное право требовать от вас уважения и закрыть рты, – зло цежу, указывая головой Волху сесть во второе кресло. Он подчиняется мне, и я довольно усмехаюсь.

– Начнём. В нашем поселении шпионы, они хотят добраться до меня, и я предлагаю дать им то, что они хотят.

– Нет! Чёрт бы тебя побрал, фурия, нет! – От крика Рэйга даже стёкла дрожат, как и Чичи не успев появиться, сразу же исчезает.

– Нет, поняла меня? Ты и шага не сделаешь из этой комнаты, Эйрин! Если надо я тебя прикую кандалами к стенам и заткну рот самой грязной тряпкой, но ты не дашь им того, что они хотят! – Рэйг орёт и подходит ко мне, но я даже не пугаюсь, приподнимая иронично бровь.

– Ты дослушай хотя бы. Я предлагаю ловушку. Если они поймут, что вы понятия не имеете о том, что они здесь, и всё будет так, как прежде, то есть без всяких там усилений охраны, щитов и других вариантов защиты. Это их расслабит. Они посчитают, что никто их не сдал, и продолжат делать то, для чего были сюда отправлены. Мы сможем заманить их в ловушку. Я стану приманкой, к примеру, пойду собирать травы ночью, но не одна. Ты будешь рядом, Рэйг, как и твои воины. Вы спрячетесь, и в нужный момент, когда они появятся, схватите их, – мягко произношу я.

– Ты даже понятия не имеешь о том, что предлагаешь, Эйрин. Думаешь, они, как собачки, пойдут за костью и легко позволят себя схватить? Да едва ты останешься одна, они применят к тебе свои силы, и ты будешь мертва, а я не успею даже закрыть тебя собой! Нет! – Отрезает Рэйг и отходит к окну, отворачиваясь от нас.

Перевожу взгляд на Волха, ища у него поддержку.

– Падрэйг, миледи отчасти права. Мы не можем показывать им, что боимся, ведь тогда они поверят в это. Наше поселение и так закрыто, они уже в ловушке здесь, и можно устроить «День прошения и благодарности» только для наших людей. Мы просканируем их сознание и схватим, – предлагает свой вариант Волх.

– Я уже думал об этом, но мы потеряем время, и неизвестно, сколько их здесь. Данные разнятся, один говорит, что их трое, второй дал информацию о пяти. К тому же они вряд ли нападут, когда я рядом с ней, – мрачно отзывается Рэйг.

– И поэтому моя идея самая лучшая, – довольно замечаю я, получая полный ярости взгляд Рэйга.

– А почему, нет? Ты только задумайся, Рэйг, пока мы здесь ждём чего-то, думая, как же меня спрятать, они порабощают твой народ. Ты считаешь, что они просто живут и ждут подходящего момента? Нет. Если бы я была на их месте, то ни за что не упустила бы возможности поступить именно так. Забрать больше и поднять восстание. Они уже изнутри действуют, а вы им это позволяете. Так нельзя. Конечно, здоровый шпионаж это хорошо, но они угрожают не только мне и тебе, Рэйг, а невинным людям, затмевая их сознание и переманивая на свою сторону. Ты теряешь людей, Повелитель, а вместе с ними и силы. Ведь насколько я поняла, чем больше они забирают себе твоих людей, тем больше отнимают сил у тебя, как и лишают способностей. Так ты долго не протянешь, а без тебя весь твой народ погибнет. Разве этого хотел твой отец, Рэйг, когда спасал его? Нет. Он желал им свободы и новой жизни. И я желаю стать частью их спасения, понимаешь? Это же из-за меня они подвергаются опасности. Это я виновата во всём, и мне не страшно быть приманкой, Рэйг. Я с той же силой хочу спасти тебя и других, с какой ты хочешь защитить меня.

Делаю паузу, позволяя осмыслить всем мои слова. Я не позволю, чтобы кто-то ещё пострадал из-за меня. Неверные уже открыто нападают, и если их не остановить, продемонстрировав нашу силу, то времени не останется ни на что, даже на прощание. А я не намерена погибать здесь, как и не позволю Рэйгу умереть.

– Она права, мой мальчик. Они уже подобрались слишком близко к нам, чтобы мы молчали и наблюдали за их действиями. Мы пытались дать им шанс образумиться, но из этого ничего не вышло, – в напряжённой тишине раздаётся голос Волха.

– Она туда не пойдёт. Нет, – упрямо заявляет Рэйг.

– Ты не можешь решать за меня. Это моё желание, и я знаю, что справлюсь со всем ради тебя, Рэйг, – тихо произношу я.

– Эйрин! – Отчаянно вскрикивает он.

– Прости, но больше ждать нельзя. Я буду приманкой, и ты их поймаешь. Неужели ты сомневаешься в себе, Рэйг? Я нет. Я уверена в том, что ты успеешь, и всё пройдёт гладко. Мы можем попросить Каэлье как-то посодействовать нам и дать мне оберег или же что-то из подобного, чтобы их сила на меня не так сильно подействовала.

– Нет.

– Да что же ты такой упрямый? – Возмущённо всплёскиваю руками.

– Я дам им приманку, но не тебя, – и я, и Волх замираем, слыша слова Рэйга.

– Нет… нет, Падрэйг, ты не можешь делать это два раза подряд, – качая головой, Волх поднимается.

– Что делать?

– Другого выхода нет,