На лезвии ножа - Сара Адам

— Пришли твои анализы, — загадочно шепчет, тряся перед моим лицом бумагой. — Поздравляю, молодая мамочка!

— Шутишь? — я смотрю на неё несколько секунд не моргая, перед глазами начинает всё плыть от неожиданной новости, но я облокачиваюсь рукой об стену, чтобы не упасть.

— Какие шутки, подруга! — Саманта обнимает меня за плечи, словно не видит в каком я состоянии, затем отдаляется, продолжая говорить шёпотом. — Срок шесть-семь недель. Пошли, я хочу тебя на кресле посмотреть!

— Давай я позже подойду, ладно? — по моему лицу, наверное, кажется, что я совсем не рада ребёнку. — Только не говори никому пожалуйста.

— Хорошо, но я тебя жду, — она радостно удаляется, оставляя меня один на один со своими мыслями.

Прижимаясь спиной к стене, медленно опускаюсь на пол,беременна!У нас будет малыш, просто … не верится даже! Неосознанно рука прижимается к животу. Инстинктивно я уже хочу его защитить от всего ужаса, что творится вокруг нас: убийства, нападения, погони, похищения, кровавые деньги…

В голове словно, что-то щёлкает.

Я не хочу для малыша такой же судьбы, как моя! Не хочу, чтобы он рос, а нас в один момент из-за деятельности Адама могли убить! Кто вырастит его? Бабушка? Достаточно с неё подобного! Я не хочу, чтобы моего ребёнка ждала та же участь, что и меня! Не хочу, чтобыон, илиона,как призрак бродили по дому среди воспоминаний о детстве, где у него были родители, которых убили, отняли. Хочу вырастить это маленькое чудо, что живёт внутри меня в спокойствии, без страха и волнения о завтрашнем дне.

Приняв болезненное для себя решение, вытираю скатывающиеся слёзы, встаю и на негнущихся ногах, с напускной уверенностью вхожу в палату.

— Я так не могу, — стараясь выглядеть, как можно убедительнее начинаю врать, смотря прямо в лицо мужа, — мне нужно время, чтобы всё обдумать.

— Обдумать что?! — он резко приподнимается на кровати от чего я еле заметно вздрагиваю, глаза Адама метают молнии. Если бы он не был сейчас в таком состоянии, думаю я была бы уже прижата спиной к двери.

— Я не люблю тебя, Адам, — слова застревают в горле, но назад пути нет, — и никогда не любила! Я выдумала эти чувства сама себе, оказавшись в ловушке, запертая в твоём доме, — не моргаю, чтобы горькие слёзы застилающие глаза не начали скатываться по лицу. — Ты отомстил, я тебя поздравляю! Теперь, наши пути расходятся. Ах да, наследство я тоже отдаю тебе, мне ничего из этого не нужно. Ты добился своей цели, Чикаго полностью твой, как и «Ross Family», — я добиваю его словами, говоря всё больше и больше жестокой лжи, лишь бы он возненавидел и позволил мне уйти.

— Чё ты несёшь?! — Адам срывает со своей руки катетер, кровь начинает бежать из вены. Он встаёт и решительным шагом, насколько это позволяет его состояние надвигается на меня.

— Прошу тебя... — выставляю руку вперёд. — Оставь меня в покое, я не хочу иметь ничего общего с бандитом! — от последних слов муж замирает на месте. — Мне хватило приключений рядом с тобой до конца жизни. Я хочу жить, а не выживать Адам! Хочу ходить не оглядываясь, что в любой момент на меня могут напасть!

— Ты действительно этого хочешь? — опасно низким, хриплым голосом спрашивает он, а моё сердце кровью обливается от того, как больно я делаю ему своими словами. Но у меня нет другого выбора, я должна это сделать ради нашего ребёнка, обезопасить малыша.

— Да… — с глаз предательски, ручьём бегут слёзы, но я спешно их стираю тыльной стороной ладони. — Что ты сделал с семьёй Клиффорда?

— Живы и здоровы, — его лицо мгновенно принимает бесстрастный вид. Ледяным тоном добавляет: — они тебя не тронут. Можешь жить спокойной жизнью.

Я боюсь не за себя любимый, а за нашего ребёнка…

Три месяца спустя.

Девочка.

У нас, точнееу менябудет дочь!

Не веря своему счастью, рассматриваю снимок УЗИ уже битый час, сидя на лавочке в живописном парке, возле клиники, где веду беременность. Мой округлившийся живот растёт не по дням, а по часам. Каждый раз проходя мимо зеркала или витрины, останавливаюсь и не веря, что это я: разглядываю своё пузико.

Нужно придумать ей имя. Интересно, какой она будет? На кого похожая? Какого цвета будут глазки? Сердце замирает, при вспоминании чёрных глаз, её отца…

А какой у неё будет характер? Пожалуйста, только не в него…

Не знала, что так сильно можно любить ещё не родившегося малыша. В голове столько вопросов крутится, что я не знаю, как дотерпеть до родов, чтобы познакомиться со своей девочкой поскорее! Из приятных размышлений меня вырывает мелодичный звонок мобильного телефона, вытаскиваю его из своей сумочки, на экране высвечивается - «Бабушка».

После того, как я ушла от Адама, естественно первым делом поехала к ней. Я рассказала Мередит, всё, как есть. А она в свою очередь поведала мне правду, ничего не утаивая, во всех подробностях. Мы долго и много плакали в тот день…

— Привет, — улыбаюсь, хоть бабушка этого и не видит.

— Жду, жду, весь день, что ты сама позвонишь с новостями, — ворчит она в трубку, — Ты была на УЗИ? — нетерпеливо спрашивает Мередит. Вчера вечером мы разговаривали по видео звонку, и я предупреждала, что сегодня узнаю пол малыша.

Жить с бабушкой я не осталась, да и из Чикаго практически сразу же уехала, боясь столкнуться, где-нибудь с Адамом. Вероятность сделать это в огромном мегаполисе ничтожно мала, но я решила перестраховаться и переехать в небольшой городок близ Чикаго – Милуоки.

— Поздравляю! — делаю паузу, чтобы добавить немного загадки в новость. — В нашем женском батальоне будет пополнение!

Бабушка начинает радостно смеяться и что-то кричать в трубку на эмоциях, что ей совершенно не свойственно.

— Скорее отправь мне снимок, я хочу посмотреть на неё! — щебечет всё ещё на эмоциях. — Скажи мне, как только тебе станет трудно одной со всем справляться, я возьму отпуск и приеду!

— Пока нормально ба, — сразу же после переезда, я устроилась медсестрой в местную больницу, и снимаю небольшую, но уютную квартирку не далеко, чтобы до работы можно было добираться пешком.

— Белла… может скажешь ему? — неожиданно для меня, с самого начала бабушка приняла сторону Адама и всё это время продолжает настаивать, чтобы я вернулась к мужу. Я не понимаю её желания