Исцелить душу - Опал Рейн

Он хмыкнул и отвернулся, но, кажется, не обиделся. Он присел на корточки, чтобы развернуть свертки у двери. Магнар осторожно поднял идеально вырезанное квадратное оконное стекло, проверяя его целостность и задумчиво постукивая когтем по краю морды.

Рядом лежали резные планки одинакового диаметра — идеально цилиндрические. Одни длинные, другие покороче (в длину оконного стекла), и у всех с обеих сторон шел паз, в который должно было вставляться стекло.

— Тебе помочь? — предложила Делора, вставая и подходя ближе.

— Ты хочешь помочь? — В его голосе прозвучало удивление; он вскинул морду и посмотрел на неё с любопытством, склонив голову набок.

— Конечно, — пробормотала она. — Мне всё равно больше нечем заняться.

Не то чтобы у неё было много дел, кроме полива огорода. Теперь, когда она перестала проводить всё время в депрессивном сне, ею овладело беспокойство. Последние пять лет она только и делала, что готовила, убирала и обустраивала дом для эгоистичного мужчины. Она заставила Магнара купить ей метлу, но не могла начать подметать, пока он не закончит все сегодняшние дела.

Как раз когда она подумала, что могла обидеть его, заставив почувствовать себя некомпетентным, сферы Магнара вспыхнули ярко-желтым.

Вскоре Делора уже стояла внутри дома, там, где должна была быть кухня, прижимая оконное стекло к нижнему правому углу рамы, которую он сделал. Магнар был снаружи, с другой стороны; их лица оказались почти на одном уровне, так как она стояла на возвышении.

Он вытянул стекло, которое она держала, чтобы промазать паз мокрой глиной для герметичности. Затем вставил его обратно. Пока она придерживала его, он взял короткий цилиндрический брусок и аккуратно прибил его молотком, чтобы стекло не выпало, когда она уберет руки.

Они повторили это со следующим окном, и Делора гадала — не подглядывает ли Магнар на неё так же застенчиво, как она на него? Они были лицом к лицу, всего в паре дюймов друг от друга, и она не могла перестать смотреть на эти вихри, мерцающие в его костяных глазницах… это было завораживающе.

Вместо того чтобы следить за работой, её взгляд скользил по длинной лисьей морде, по острым клыкам челюсти, по пустой ноздре. Затем глаза поднялись выше, по впадинам костяного черепа, изучая огромные рога, которые казались слишком тяжелыми, хотя он держал голову с легкостью и силой.

Он по-своему невероятно красив. Её пальцы зачесались от нестерпимого желания дотянуться до него сквозь окно и погладить этот прохладный костяк.

Когда они закончили с нижними четырьмя стеклами и перешли к среднему ряду, Магнар слегка склонил голову набок.

Ой. Он поймал её на том, что она на него пялится.

Щеки Делоры обдало неистовым жаром. Она быстро перевела взгляд на его пальцы, втирающие глину в паз длинной перекладины. Он действовал осторожно, стараясь не мешать когтями, которые были перепачканы в глине, и её лицо вспыхнуло еще сильнее, когда она вспомнила, что эти пальцы были внутри неё. Они были длинными… толстыми и гибкими.

Она снова бросила взгляд на его лицо, гадая, в какой момент ей начали так нравиться эти костяные черты и его монструозном теле. Ничто из этого больше не пугало её — напротив, это… возбуждало.

Сердце в груди робко трепетало, словно внутри взлетала бабочка. Особенно сейчас, когда они были так близко, а окно между ними еще не было закончено, что позволяло ей жадно вдыхать его дурманящий, роскошный аромат. Ей почти хотелось придвинуться и обнюхать его, поцеловать, может быть, даже лизнуть.

Язык закололо, и она облизала контур губ. Делора прикусила нижнюю.

Она снова уставилась на стекло, которое должна была держать, и прочистила горло, в котором встал ком. Она сжала бедра, пытаясь унять пульсацию в клиторе, чувствуя, как внутри разливается жар и влага.

Мои чувства обострены из-за беременности? Но это всё равно значит, что они не возникли на пустом месте.

Она не знала, в чем причина, но именно так она оправдывала себя, понимая, что заводится от одного взгляда на него.

Воздух был теплее обычного, а солнце за его спиной создавало сияющий ореол, окутывая его мерцающим светом и делая его облик невероятно притягательным. Частички пыли танцевали вокруг него, искрясь в лучах — а может, это просто её восприятие рисовало его в мистических тонах.

Как бы то ни было, Делора не могла не тянуться к нему, мечтая оказаться ближе. Настолько близко, чтобы он был внутри… О господи! Да что со мной сегодня такое?!

— Спасибо, что помогла мне с этим. — Его голос звучал привычным глубоким баритоном, и Делора содрогнулась, когда этот бас отозвался вибрацией в её теле. Её нутро дрогнуло в ответ. — Я пробовал раньше сам, но вдвоем гораздо легче.

Делора лишь кивнула, не доверяя собственному голосу.

Надеюсь, он не чувствует мой запах. Он никак не реагировал. Возможно, глина, которую он случайно размазал по ноздре, мешала ему учуять её. Пожалуйста, пусть он не чует. Или наоборот…

Черт!

Вздох облегчения вырвался у неё, когда они закончили; готовое окно стало барьером между ними и её способностью осязать его близость. Делора побледнела, глядя на остальные пустые проемы в доме. Оставалось еще четыре.

Единственное, что делало работу терпимой — это напряжение в руках, которые начали ныть, пока она держала стекла. Эта боль достаточно отвлекала её от того, как затвердевшие соски терлись о ткань платья.

К тому времени, как они закончили, солнце уже миновало зенит, начиная свой медленный путь за мрачный лес. Теперь, когда она была в движении, сонливость отступила.

Так что, пока Магнар возился с переносом гнезда, в котором она спала раньше, — его лицо было всё в глине, так как он постоянно касался его грязными руками, — Делора принялась красить входную дверь.

Она спросила, можно ли покрасить её в темно-зеленый, и он ответил, что ему всё равно. Она смешала глину с синей и желтой краской в большой деревянной миске, чтобы сделать состав гуще и устойчивее к погоде. Затем принялась покрывать дверь изнутри и снаружи.

Дверь была приоткрыта, позволяя ей наблюдать, как Магнар разбирает гнездо. Он снял целую гору шкур, обнажив грубый слой веток, служивший каркасом.

Пока их не было, Орфей обустраивал интерьер дома, следуя задумке Магнара. Спальня, которая должна была принадлежать Магнару (и, как она предполагала, ей самой, так как спать больше было негде), уже была готова. Она занимала добрую четверть дома; стену уже возвели и навесили временную