Безжалостные наследники - Ана Уэст

— Ты думаешь, он нацелится на Скарано? Но моего отца?

Я пожала плечами.

— Если Маркус был настолько озлоблен, что пытался сжечь моих родителей заживо только потому, что его не приняли в братство, то, возможно, у этого Змея те же мотивы. Может быть, он один из сотни тех, кого проигнорировали наши отцы, и теперь он хочет отомстить.

По крайней мере, для меня это имело смысл. Данте тоже кивнул.

— Наверное, ты права.

За окном мелькнули огни и исчезли вдали. От этого движения мы оба напряглись, ожидая стука в дверь, но его не последовало.

— Давай вернёмся домой, — предложил Данте. Он оглянулся на Маркуса. — Мы можем воспользоваться защищённой линией через ноутбуки, чтобы позвонить в полицию и сообщить о нём.

Я поморщилась.

— Мы могли бы просто оставить его здесь гнить.

Данте посмотрел в потолок.

— Наверное, это было бы не очень хорошо для соседей. — Он был прав.

Мы выбрались через окно и по пожарной лестнице спустились в переулок. Как только мы сели в машину, Данте тронулся с места и направился к нашему дому. Я повертела в руках одноразовый телефон. Это была старая модель, не смартфон. Он был тяжёлым, как кирпич. Кнопки были огромными и занимали добрых три четверти пространства, а сверху был маленький квадратный экран.

Мне не терпелось отправить сообщение. Или позвонить. Что угодно. Я хотела услышать этого сукиного сына на другом конце провода, чтобы понять, кто это. Если мои подозрения верны, он придёт за моей семьёй, а может, и за семьёй Данте. Но Данте был прав. Мы не могли действовать, пока у нас не было плана, иначе Змей просто уйдёт в подполье. Тогда поймать его будет практически невозможно.

— Так у тебя есть план? — Мои слова прозвучали слишком громко в наступившей тишине.

Данте на мгновение замолчал, не сводя глаз с дороги.

— Может быть? Твоя мама всё ещё проводит тот благотворительный вечер, который она устраивает каждый год?

— Я… думаю, да.

Я даже не вспомнила о нашем ежегодном благотворительном вечере в Метрополитен-музее. Сейчас это казалось таким незначительным. Но, зная свою маму и то, что она знала о мнимой смерти моего отца, я была уверена, что так и будет. Мы не только собрали миллионы для города, но и получали возможность пообщаться и заключить деловые сделки с другими мафиозными и преступными семьями по всему миру. Наши приглашения были международными. Эксклюзивными.

Данте лишь кивнул в ответ. Он не стал вдаваться в подробности, но я, вероятно, могла догадаться о его плане. Он хотел заманить туда Змея. Если этот человек – кем бы он ни был, действительно расстроился из-за того, что его не приняли в семьи, то приглашение на гала-концерт в Метрополитен-музее могло бы побудить его выйти из тени. Потому что кто бы отказался от такого предложения, если бы его главным стимулом было участие?

Его план был бы хорош... если бы Змей не учуял ловушку за версту. Если бы у него было хоть малейшее подозрение, что это подстава, он бы никогда не появился, и у нас не было бы шанса его найти. Он растворился бы в тени прежде, чем мы успели бы понять, кто он такой.

Визитная карточка этого парня была по-своему уникальной. У большинства убийц или даже боссов обычно был свой особый стиль работы. Но яд восточной ромбовидной гремучей змеи? Это было странно. Таких змей можно было встретить на юге, во Флориде, Северной Каролине и тому подобных местах. У нас их точно не было. Так откуда же он брал яд? Я даже не слышала о недавних случаях отравления.

Я включила телефон и зашла в интернет. Сначала я поискала информацию о том, как действует яд. В нём содержится сильнодействующий гемотоксин, который убивает эритроциты и вызывает повреждение тканей. Однако существует противоядие – антидот. Зачем убийце вводить яд в своих жертв, если есть лекарство?

Я просмотрела остальную часть страницы. А. Судя по всему, это очень больно. Должно быть, дело в этом. В боли. Но как он вводил его своим жертвам? Маркус утверждал, что его грязную работу выполняли только сообщники, и я сомневалась, что они носили с собой пятифунтовую ядовитую змею. Может быть, Змей брал яд у змей и набирал его в шприцы? Или… что-то ещё?

Вряд ли парень получал яд естественным путём. Его нужно было купить. Кто бы стал настолько безумным, чтобы пытаться добыть яд у такой змеи?

Я ввела ещё один поисковый запрос. На этот раз появилось несколько полицейских отчётов и статей. Они казались случайными, но у всех них было кое-что общее: все жертвы убийств умерли от гемотоксина. В некоторых случаях причиной смерти был признан случайный укус ромбовидной гадюки, хотя это было странно, ведь в Нью-Йорке таких не водится. Однако в одной статье даже говорилось, что чёртову змею нашли прямо возле дома жертвы. Змею, которую могли подбросить. Или нет.

В моей голове было слишком много вопросов. Взглянув на список жертв, я поняла, что они, похоже, не имели никакого отношения ни к одной из известных мне мафиозных семей. И, похоже, они также не были связаны с подпольем.

Там была одна статья…Я автоматически кликнула на неё. На моём экране появилось лицо Джеммы. Хотя это была не совсем Джемма – просто она была похожа на неё. И тут меня осенило. Как я могла забыть?

Мать Джеммы умерла от укуса восточной ромбовидной гремучей змеи, когда они летом отправились в поход на юг, в Северную Каролину. Я помню, как умоляла отца отпустить меня с ними, но он отказал. Когда они вернулись, я была единственной, кто мог утешить Джемму. Вот почему Джемма так боялась змей. Вот почему мне всё это казалось знакомым.

Было странным совпадением, что правая рука моего отца потерял жену из-за той же змеи, которая теперь преследовала нас. Может быть, это не было преднамеренным нападением того же человека. Может быть, это действительно был несчастный случай. Но что, если это было не так? Что, если этот Змей был здесь гораздо дольше, чем мы думали?

Данте заехал на парковку. Внезапное отсутствие света заставило меня напрячься. От воспоминаний о руках Маркуса на моем теле кровь застучала у меня в ушах, хотя я старалась не обращать на это внимания. Маркуса