Злодейка для генерала драконов, или Развод (не) гарантирован - Любовь Песцова

— Все верно, леди. Убил.

— Что ж, печально это слышать, — заметила она без капли сожаления в голосе.

— Вы будете скорбеть?

— Разумеется, буду, — отмахнулась он. — Срок траура — год. Все это время мне положено скорбеть. А мне, как назло, совершенно не идет черный цвет.

Я сглотнул. Попытался заглянуть в эти темные печальные глаза.

Сердце начало биться быстрее. А зря. Пора бы уже понять, что мне не стоит даже мечтать об этой женщине.

Почему я выбираю только самые недоступные варианты?

Так уже было с Вики. Но тогда так сильно не болело.

А, плевать! Все равно останусь рядом с ней. Хоть слугой, хоть конюхом, хоть золотарем! Но больше никому не позволю ее обижать.

— Леди, я понимаю, что не могу надеяться на снисхождение. Но все же хотел бы предложить вам свою помощь в любом виде. Можете использовать меня так, как захотите.

Она смерила меня своим нечитаемым взглядом, в котором, как всегда, скользило легкое недовольство.

— Вы пытаетесь таким образом загладить свою вину за убийство графа Корбетт?

Нужно было соврать.

— Хм… Признаться, нет. Я не испытываю ни малейшей вины из-за его смерти.

— Тогда чем вызвано ваше желание помочь мне?

— Я хочу оставаться рядом с вами, леди. Если вы позволите мне просто заботиться о вас, ничего не прося взамен, я буду благодарен вам до конца своих дней.

Она молчала, и в этой тишине, под этим взглядом вряд ли хоть кто-нибудь смог бы остаться равнодушным.

— Граф, вы действительно испытываете ко мне какие-то чувства? — Спросила она без обиняков.

— Да.

— Вы поэтому убили моего супруга?

— Он был обвинен в измене и сбежал из-под ареста, а еще с вооруженным отрядом напал на магов, находящихся на государственной службе. Мне пришлось действовать.

— Я спрашивала не об этом, — уточнила Оливия.

Ну еще бы. Конечно, не об этом. Было глупо надеяться увильнуть.

Но как я мог сказать, что намеренно оставил ее вдовой? Что хотел это сделать с тех самых пор, как узнал, как он с ней обращается. И когда представился случай, только обрадовался.

Этой темной стороне моей личности не стоило выглядывать наружу. И уж тем более ее не должна была видеть Оливия.

Но соврать я тоже не смог.

— Да. Я убил его из-за вас. Точнее, из-за того, что не мог видеть вас с этим омерзительным человеком.

Она кивнула, как будто делала заметки в мыслях. И все с тем же бесстрастным, почти отрешенным лицом заметила:

— Вы должны понимать, что я не приму ваше предложение в период траура.

Сначала я расслышал только первую часть сказанного.

Не примет мое предложение? Это и так было понятно. По ее реакции на тот наглый, совершенно отчаянный поцелуй я понял, что надеяться мне не на что.

А потом до меня дошло.

— Леди?

Она приподняла одну бровь, посмотрев на меня с вопросом.

— Вы… только что сказали, — я снова запнулся и понял, что если не соберусь, буду полдня выговаривать одно несчастное предложение. — Значит ли это, что после окончания траура я смогу просить вашей руки.

— Кажется, я выразилась более чем понятно. Вы казались мне достаточно сообразительным, граф. Не разочаровывайте меня.

Губы расплылись в улыбке. Очень хотелось поднять ее, закружив в танце, а потом поцеловать.

Но единственное, что я себе позволил — поцелуй руки.

Это будет самый долгий год в моей жизни. Но эту женщину стоит ждать хоть год, хоть два, хоть десять, хоть всю жизнь.

Глава 71

Я была так счастлива, так горда собой, что отправилась к Эйнару сразу же, как только снова стала собой.

Было так непривычно!

Я чувствовала внутри какую-то постороннюю сущность, улавливала отголосок чужих эмоций. Но это не раздражало. Наоборот, ощущалось, как нечто очень родное.

Недостающее.

Так торопилась, что даже не подумала о том, насколько невежливо врываться на аудиенцию Эйнара с императором.

Впрочем, как показали события, хорошо, что ворвалась, ведь аудиенцией здесь не пахло.

Здесь разыгрывалась семейная драма.

Помимо Эйнара присутствовал также супруг Вики, несколько мужчин очень грозного вида, которые напоминали тюремщиков, а еще… мои свекры.

Причем расстановка сил показывала, что император очень близко к сердцу принял участие отца Эйнара в деле столетней давности.

Когда я вошла, все взгляды на секунду сосредоточились на мне. И свекр дернулся, но тут же был остановлен тюремщиками, которым император моментально подал сигнал.

— Даже не пытайся применить свои способности, Лейф. Я учел ошибки, — сказал Его Величество, бросив на меня короткий взгляд. — Возможно, на кого-то в этом зале и подействует, но не на тех, кто пришел тебя арестовать.

Свекр выглядел загнанным зверем. Рядом с ним стояла супруга, которая была уже белее снега.

— Я ни в чем не виноват, Ваше Величество. Я никогда не планировал занять ваше место.

Император бросил взгляд на супруга Вики, имя которого я все время путала. Тот кивнул.

Это местный детектор лжи?

— Ты, может быть, и не планировал. А сыну помочь хотел?

Вот тут свекр уже не стал отпираться.

— В прошлый раз ведь именно из-за этого мы тебя пропустили. Заранее рассчитал все так, чтобы на допросе выглядеть непричастным. Умно. Ты ведь действительно не участвовал в заговоре. Просто снабжал Рагнара деньгами. И как оказалось, чтобы заработать шел на весьма сомнительные меры.

Рассказывая все это, Дамиан наблюдал за реакцией. Я тоже смотрела. Не на свекра — на него мне было плевать.

На мать Эйнара. Думала, что неплохо было бы ее поймать, если решит все же грохнуться в обморок.

— Но ответь мне на один вопрос, — продолжил император. — Не жаль было кровь своего второго сына продавать? А вдруг бы с ним что-то нехорошее сделали?

Возможно, он бы еще отпирался. Но рядом стоял тот самый «детектор лжи». Да и было очевидно, что Дамиану уже и так все известно.

— Мне пообещали, что с ним ничего не случится.

— Соврали, — ответил император.

Я бросила короткий взгляд на Эйнара.

Моя любимая мраморная колона в кителе оправдывала свое прозвище.

Он выглядел как идеальный солдат. На родителей не смотрел, и вообще создавалось ощущение, что его все это совершенно не касается.

Я подошла, взяв его за руку. Пусть знает, что я рядом.

Внешне он остался все так же