Анархия - Мари Маккей

Цвет, изображенный на упаковке, был темным тоном грецкого ореха с крапинками светлого дуба, и, надеюсь, достаточно непрозрачным, чтобы скрыть багровый цвет моих настоящих глаз.

— Попались.

Я продел шнурок от спортивных штанов через выбитое отверстие в верхней части упаковки, завязал его, а затем засунул упаковку за пояс штанов.

Карманы?

Я им не доверял после инцидента с ключами, даже несмотря на то, что это Кресцент воровала.

Не утруждая себя закрытием коробок или наведением порядка в комнате, я вышел в коридор. Наш запасной план гласил, что я должен направиться прямиком в камеру, но моим инстинктам было все равно. Я перешел на бег, следуя за запахом электрического океанского шторма Кармы по пустым коридорам.

Глава 41

КАРМА

Береги. Её.

Защищай. Её.

Слова звенели в ушах, повторяясь как мантра.

Как только мы вернемся в камеру, все будет просто. Но здесь, где может бродить сколько угодно одичавших альф? Я заглядывал в каждый коридор, высматривая опасность.

Кресцент вырвалась вперед, ее тяжелое, прерывистое дыхание громко отдавалось в моих ушах, пока я был сосредоточен на ней и ее безопасности. Мы почти добрались до камеры, оставалось повернуть за последний угол, когда воздух пронзил гулкий металлический лязг.

Дверь одной из камер распахнулась, ударившись о стену.

Четверо альф вывалились прямо передо мной, преграждая мне путь к Кресцент. К счастью, она не перестала бежать.

Они ждали нас, и я едва узнал их, если бы не тот факт, что они были союзниками Холдена.

Края моего зрения окрасились красным, кулаки сжались по бокам. Древний, дикий туман опустился на мой разум, полностью поглотив меня, когда один из них отступил назад, а затем бросился за Кресцент.

Я сорвался.

Моя омега.

КРЕСЦЕНТ

Карма велел мне бежать, поэтому я бежала.

Я не могла оглянуться, чтобы не споткнуться, а сердце так сильно стучало в ушах, что я ничего не слышала.

Передо мной был только твердый камень, пока я спасалась бегством.

Все, что мне нужно было сделать, это добраться до комнаты.

Я проскользну внутрь вместе с Кармой, а он будет следить за коридором. Если появится кто-то, кто не из нашей стаи, он захлопнет дверь. Моя единственная задача — бежать, пока я не доберусь туда.

Ты можешь это сделать. Легко.

Пока я бежала, раздался громкий стук, но я не остановилась. Они говорили мне перед тем, как все это началось: не останавливайся, пока не доберешься до камеры. Продолжай бежать.

Но когда я резко затормозила перед нашей дверью и попыталась ее открыть, она не поддалась.

Она была… закрыта.

Я заскулила и дергала за ручку до боли в пальцах. Металл едва шелохнулся.

Заперто.

Мы были заперты снаружи до самого утра.

А я…

Я наконец обернулась и уставилась в теперь уже тихий коридор.

Где Карма?

Все, что я видела — каменные стены в тусклом ночном освещении и коридор, который сливался в темное пятно из-за моего плохого зрения. Но в нем не было ни одного движущегося силуэта, ни мелькания густых каштановых волос и темной кожи цвета умбры, которые контрастировали бы со светло-серыми нарядами, которые мы все здесь носили.

Вместо этого я осталась с тем, что в «Анархии» называлось тишиной. Крики и вопли, далекие и близкие, слабые содрогания от вспыхивающих вдалеке аур. Воздух, прохладный на моей коже после того, как я так долго была заперта под этим камнем.

Я попятилась, все еще прижимая руку к двери.

Он должен был следовать за мной. Как он мог отстать, если он намного сильнее и быстрее меня?

Я была совершенно одна.

Я взглянула на дверь стаи Эмеральд, но она была закрыта. Мы сказали им, что ложимся спать пораньше, не желая, чтобы кто-то еще знал о наших планах.

Рядом со мной, на стене, была фреска, которую нарисовал Карма. Полумесяц, испорченный клеткой и словами: «Она никогда отсюда не выберется».

Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

Тишина вдруг стала давящей, нарушаемой лишь моим лихорадочным дыханием и постоянно присутствующим рычанием и криками одичавших альф.

Я выберусь отсюда.

Мы выберемся.

Увидим лес, получим второй шанс и построим совместную жизнь. И я смогу узнать, какой может быть жизнь за пределами Монастыря…

Я сунула руку в карман, пытаясь нащупать ключи, но знакомой тяжести там не оказалось. Металл не впился в ладонь, не было моего гнезда.

Моя связка ключей все еще была у Вандла.

Скуля, я оглядела коридор в обе стороны. Остальные двери были закрыты. Никого не было видно.

Но по спине пробежало неприятное покалывание.

Я не могла здесь оставаться.

Это место было слишком открытым.

И эта дверь не закрылась сама по себе.

Был ли кто-то поблизости?

Я сжала руки в кулаки и отвернулась от двери. Мои первые несколько шагов обратно тем же путем были неуверенными, а затем из одной камеры раздался крик, я вздрогнула и сорвалась с места.

Я снова побежала, мысленно умоляя свою стаю найти меня до того, как это сделает кто-то другой.

ФАНТОМ

Громкое рычание Вандла было единственным предупреждением о том, что нас ждет, когда я вылетел из-за угла.

Стена альф.

Десять или больше.

С выпущенными аурами.

Моя аура вспыхнула в ответ, руки сжались в кулаки, готовясь к драке. Я бы убил за оружие, вроде дубинок и ножей, которые я видел у враждебных альф, но у меня были только кулаки.

Когда я прищурился, глядя на коридор, полный альф, они стали более четкими.

— Люциан? — прошипел я, шок пронзил мое тело, когда я узнал одного из альф, стоявших перед нами.

Один из альф стаи Уэйкфилд.

Губы этого самодовольного ублюдка растянулись в ухмылке.

Вот тебе и союзники. Я заметил и нескольких других членов стаи Уэйкфилд — они ждали, чтобы устроить нам засаду.

Финниан наблюдал за нами холодным взглядом, те самые знакомые пятна краски все еще пачкали его руку, в которой теперь был зажат нож.

Мне пришлось удерживать Вандла, когда он попытался броситься на ближайшего альфу. Его присутствие в связи было подобно буре, больше похожей на то, что я помнил до появления Кресцент. Дикая энергия, ярость, смятение. Он вот-вот сорвется, но, одичавший или нет, он не прорвется через такое количество парней.

— Какого хрена вы делаете? — спросил я.

— А сам как думаешь? — ответил Финниан.

Дерьмо.

Ах… Дерьмо. Это они дали нам наводку.

Неужели мы оказались здесь посреди ночи, воруя у Редгрейвов, когда могли бы просто обменять ключ на линзы?

Мое зрение застлала красная пелена, но я попытался мыслить рационально.