Герцогиня-попаданка. Хозяйка заброшенных земель - Адриана Вайс

Что ему от меня нужно⁈ Хочет вернуть меня Нортону? Да щаз!

В панике я извиваюсь всем телом и со всей силы, на которую только способна, пинаю его ногой в голень. Он удивленно ойкает, отшатывается, а я, воспользовавшись этим, освобождаюсь от его хватки, кое-как вскакиваю на дрожащие ноги и бросаюсь прочь. Сквозь дым, пыль и обломки камней, ничего не видя перед собой.

— Постой! — снова кричит он мне вслед, и его голос звучит отчаянно, почти умоляюще. — Постой, куда ты⁈ КЕНГУРУ!

Я замираю на месте как вкопанная.

Словно меня ударило молнией. Или током. Или всем сразу.

Кенгуру⁈

Кодовое слово! Наше с Тиареном и Корвусом секретное слово! То самое, которое я придумала, чтобы опознать человека от Корвуса!

Я резко оборачиваюсь, недоверчиво и ошарашенно глядя на молодого оборотня, который все еще морщится от боли, потирая ушибленную ногу, но смотрит на меня с какой-то отчаянной надеждой.

— Откуда?.. — шепчу я, не веря своим ушам, чувствуя, как по спине снова пробегает холодок, но на этот раз — от изумления. — Откуда ты знаешь это слово? Кто ты такой, черт возьми⁈

Глава 56

Я ошарашенно смотрю на молодого оборотня, который все еще морщится от боли, потирая ушибленную ногу. Молодой… почти мальчишка. Я вглядываюсь в его лицо, пытаясь рассмотреть его черты в полумраке пещеры, окутанной дымом и пылью.

Это смутное чувство узнавания, которое мелькнуло у меня еще у реки… оно вдруг становится сильнее. Но при этом, я совершенно не могу вспомнить где я это лицо видела.

И тут меня словно ледяной водой окатывает. Знакомое лицо, которое никто толком не может узнать, щелкающие суставы.

Да это же… таинственный исследователь!

— Ты?.. — шепчу я, не веря своим глазам, чувствуя, как по спине снова пробегает холодок, но на этот раз — от изумления и какого-то почти мистического ужаса. — Ты тот самый… исследователь? Тот, кто искал эту гробницу?

Он быстро, почти судорожно кивает, его взгляд лихорадочно мечется по задымленному залу, где уже слышны яростное рычание и тяжелые шаги других оборотней. Нортон, похоже, приходит в себя после взрыва.

— Да! Это я! Но на объяснения сейчас совершенно нет времени! Мы должны убираться отсюда, пока Нортон не пришел в себя! Доверься мне! Я все расскажу потом, клянусь! Только идем скорее!

Довериться? Легко сказать «довериться»!

Особенно, если речь идет о человеке, которого я толком не знаю, не говоря о его истинных мотивах.

Но… он назвал кодовое слово. «Кенгуру». Его могли знать только я, Тиарен и Корвус. И еще тот, кому Корвус его передал. Значит ли это… что он не врет? Он действительно от Корвуса? Или… или он как-то нас подслушал?

Мозг лихорадочно перебирает варианты, пытаясь найти хоть какое-то логическое объяснение. Но времени на раздумья и правда нет. Альтернатива — это снова оказаться в стальных лапах Нортона.

А это, как я уже успела убедиться, гораздо хуже. Из двух зол, как говорится…

Ладно, Алина, похоже, сегодня у нас день безумных решений и прыжков в неизвестность. Терять, по большому счету, все равно уже почти нечего.

— Хорошо! — выдыхаю я, принимая, возможно, самое рискованное решение в своей жизни. — Веди! Но если ты меня обманешь…

— Не обману! — он хватает меня за руку, и его ладонь на удивление теплая и сильная, но без той звериной грубости, что была у Нортона. — За мной! Быстрее! Я помогу тебе выбраться отсюда! Я знаю другой выход!

Мы бросаемся бежать сквозь дым, пыль и хаос, царящий в зале. Но не успеваем мы сделать и десяти шагов, как из клубов дыма, словно разъяренный демон из преисподней, вылетает Нортон. Его одежда местами обуглена и порвана, на лице — свежие глубокие царапины, из которых сочится темная кровь, но глаза горят еще более лютой, безумной яростью.

— КУДА СОБРАЛИСЬ, ПРЕДАТЕЛИ⁈ — ревет он, и его голос, усиленный эхом, сотрясает древние стены пещеры, заставляя их дрожать.

Одним мощным, сокрушительным ударом он отшвыривает моего неожиданного спасителя в сторону. Тот с глухим стуком врезается в каменную стену и безвольно оседает на пол, кажется, теряя сознание.

А в следующую секунду Нортон уже стоит передо мной, снова прижимая меня к холодному, мокрому камню. Его лицо так близко, что я вижу каждую щетинку на его скулах, каждый налитый кровью сосудик в его безумных глазах.

— Ах ты, дрянь! — рычит он, и его дыхание, пахнущее кровью и гарью, обжигает мне щеку. — Хотела сбежать от меня? Думала, я позволю⁈ Ты — моя истинная, Лисанна! Моя! И если ты не способна исполнить свой долг как пара, как самка, то хотя бы сгодишься как жертва! Лунная Мать примет твою жалкую, никчемную душонку с распростертыми объятиями!

Отчаяние и ярость смешиваются во мне в один горючий, взрывоопасный коктейль. Терять уже совершенно нечего. Все мосты сожжены.

— Да даже Айлин, — выплевываю я ему в лицо слова, полные презрения и ненависти, стараясь, чтобы голос не дрожал от всепоглощающего страха, — при всей ее стервозности и глупости, тебя своей истинной парой не считала, не то что я! Она тебя ненавидела и боялась до дрожи в коленках! И уж если выбирать, то быть истинной Рейнара мне понравилось бы куда больше, чем какого-то бешеного, вонючего волка с манией величия и комплексом Наполеона!

Не уверена, что Нортон понял все что я ему выпалила, но его лицо искажается от такой лютой, такой нечеловеческой яростью, что на мгновение он становится похож на монстра из самых страшных ночных кошмаров.

— Тварь! — ревет он, и это уже не человеческий голос, а рык раненого, обезумевшего зверя.

Он с невероятной силой отшвыривает меня от себя. Я лечу спиной вперед, больно ударяясь о какой-то острый выступ скалы. В глазах темнеет и плывет, дыхание перехватывает. А он тут же вскидывает руку, и из его ладони срывается черный, как сама ночь сгусток энергии, летящий прямо в меня.

Я инстинктивно зажмуриваюсь, закрываясь руками, ожидая неминуемого удара, невыносимой боли.

Магия! Мне бы хоть каплю магии!

Ну почему ее нет⁈ Почему я такая беспомощная⁈

Почему я не могу защитить себя⁈

В голове огнем вспыхивает отчаянная, упрямая, почти безумная мысль: Будь у меня сейчас сила, хоть какая-нибудь, я бы этому напыщенному индюку… вернее, волку… я бы ему так накостыляла, чтобы он надолго забыл дорогу в Нортвуд!

И барону