Медвежий капкан. Травница - Александра Неярова

Обратилась я к своему мишке, разведя в воздухе руками. Выглядел воин навскидку тяжёлым. Очень тяжёлым, вон какой рослый.

Топтыша, чувствуя моё беспокойство, приблизился вдруг к без сознательному мужчине и как-то странно фыркнул, да заурчал недовольно. А потом сорвался с места и рванул обратно в лес.

Через пару минут оттуда послышался «хрясь» и «бум», и следом косолапый приволок из чащи несколько крепких веток. Догадавшись для чего они нам, я кинулась ему помогать.

Вместе мы соорудили примитивные носилки, переплетя ветки гибкими прутьями.

– Какой же ты умный! – восхитилась я сообразительностью зверя, аккуратно укладывая на них раненого, стараясь не потревожить торчащее древко.

Вернее будет сказать перетащив огромное тело воина, и то с этим мне Таптыша помог. Ну и бугай вымахал!

Мой мишка, проявив неожиданную силу и смекалку, подхватил один край носилок, а я другой. Путь до нашей хижины предстоял неблизким, но двигались мы слаженно и через, казалось, бесконечно долгое время нам удалось достичь порога дома.

А вот затащить его внутрь, в сени оказалось задачей посложнее. Но мы и тут справились.

– Фу-ух! Тяжеленный какой… – протянула я жалобно, падая задом на лавку.

Рассиживаться было некогда, поэтому я позволила себе лишь на несколько минут перевести дух и подскочила снова на ноги.

Подготовила бедовому постель: просто стащила на пол два тюфяка и расположила их вместе. Топтыша помог передвинуть на них воина, и взялся выкидывать из дома ветки на улицу.

– Так, теперь нужно обработать раны, – пробормотала, доставая травы и чистые тряпицы, но сперва я зажгла искрой огненной магии очаг в печи и поставила кипятиться воду в казанках.

Один, чтобы приготовить целебный отвар, другой чтобы промыть раны и инструменты потом.

Топтыша стоял на пороге, а иногда выходил и следил за каждым моим движением через распахнутое окно. Его присутствие придавало мне сил и уверенности.

– Спасибо тебе, друг, – улыбнулась косолапому, глядя на своего мохнатого помощника. – Без тебя я бы не справилась.

Топтыша в ответ тихо заурчал, соглашаясь с моими словами. Я же вернула взгляд к мужчине, и неясный трепет зародился в моей душе.

Я обязательно должна попытаться спасти этого воина!

Я аккуратно разрезала и сняла с него остатки грязной от пота и крови порванной рубашки.

– Ого… – выдохнула смущенно и восторженно. Какой образец мужественности!

Пусть прежняя я была не девочка, в прошлом перенесла несколько тяжелых разрывов с мужчинами, но таких огромных видеть мне ещë не доводилось.

Ширина его плеч едва помещалась на подстилке, а босые стопы свисали вниз со спального места. Даже во сне воин был суров. Хмурая складка залегла на высоком лбу, а ресницы то и дело трепетали, будто он сейчас распахнет свои глаза и недовольно ими зыркнет на меня.

Ох, надеюсь, не прибьёт, посчитав за врага…

Но меж тем тревога за его жизнь заглушила смущение и прочие чувства. Его грудь и правое плечо исполосованы то ли когтями животного, то ли каким оружием.

Пора заняться делом, а не пускать слюни. Я вернула взгляд на таз с водой, собралась и осторожно принялась промывать раны воина, используя отвары из собранных трав. Штаны снимать не стала, поскольку те были целыми, без следов крови.

Мои пальцы двигались уверенно, хотя под рёбрами всё более ворочалась тревога – рана в боку была самая глубокая. Обоняния коснулся приторно-гнилостный запах… яд!

Стрела была отравлена.

И яд, пока не могла разобраться какой именно, уже вовсю гулял в кровотоке, осложняя мне исцеление мужчины.

Удивительно, почему он ещё жив.

Борясь с приступами подкатывающей тошноты, я смыла грязь и запекшуюся кровь с верхней половины его тела. Как я и думала, самая грозная рана – это до сих пор торчащая стрела.

Нужно её как-то вытащить.

Я осторожно опустилась на колени рядом с воином, руки слегка дрожали от напряжения. Внимательно осмотрела рану в боку, стараясь не тревожить пострадавшего больше необходимого.

Пальцы кололо, чёрт! Даже в кошмарах представить не могла, что однажды мне предстоит такое!

Но я должна справиться с этой куда более опасной задачей, чем обычное лечение крестьян.

Медленно, очень аккуратно, я взялась за древко стрелы, чувствуя, как напряжено всё моё тело и каждая мышца. Я с ужасом понимала – одно неверное движение может стоить воину жизни.

Собравшись с духом, я сделала глубокий вдох и начала аккуратно извлекать стрелу, стараясь не повредить внутренние ткани. Лишь бы наконечник оказался без шипов.

На лбу моем от усердия выступил холодный пот, а мужчина вдруг болезненно застонал и… внезапно распахнул свои глаза, горящие янтарными огнями!

– Г-гр-ра-а, – вырвался из его рта звук, похожий на рычание. Я замерла, так и не отпустив древко, а незнакомец с яростью уставился на моё бледное лицо.

Его левая рука взметнулась в воздух, он обхватил меня за локоть, причиняя боль.

Душа скатилась в пятки.

Тух-тух! Бахало моё бедное сердечко в груди, готовое уже вот-вот выскочить наружу от страха и дикости происходящего.

Но тут к своему облегчению я заметила, что жуткий взгляд раненного направлен не на меня, а сквозь меня. Со двора раздался тихий рев Топтыши, и в следующую секунду незнакомец отрубился, опав на подстилку. Хватка его на моём локте тоже разжалась, он безвольно уронил на постель руку.

А я наконец выдохнула, поймав себя на том, что от тисков ужаса в это затянувшееся мгновение забыла, как дышать.

Не теряя более драгоценного времени, резко потянула древко, пока не прихлопнули огромной ручищей. С тихим шипением стрела наконец покинула тело.

Я тут же приложила к ране чистую ткань, чтобы остановить кровотечение.

Почувствовала, как предательская слабость подкашивает ноги. Руки задрожали так сильно, что едва не выронила пропитанную кровью ткань. Колени предательски подогнулись, и я едва не упала, но всё же сумела удержаться на ногах.

В груди бешено грохотало сердце, а мои глаза внимательно следили за состоянием воина и его кожей, проверяя, не появились ли признаки внутреннего кровотечения.

Вроде нет. Фух!

Нет, рано я обрадовалась…

Внезапно лицо воина исказила судорога, а из его горла вырвался хрип. Тело его затрясло в судорогах.

Я отпрянула, едва не упав, но было уже поздно. Яд, содержащийся в стреле, начал действовать, и теперь он распространялся по телу мужчины с ужасающей скоростью.

Отсчёт пошёл на секунды…

Нутром чувствовала – этот яд не простой. Помимо того, что отравлял кровь, он замедлял и регенерацию тканей. Целительской силой я ощущала в нём отголоски тёмной магии.

Конкретного противоядия от