Посвящение в бывшие - Анастасия Феникс

Она не причем, Саш, твои проблемы не должны отражаться на окружающих. Все, что ей нужно — выскочить за богатого. Кто о таком тут не мечтает? Каждого резать будешь? Даже и не сразу заметила, что поучения в голове звучат Ярыным голосом. О, Господи...

— Иди, — выдохнула я, прижав руку к глазам, — иди и лучше заплати, — девушка, схватив свою руку второй, бросилась наутёк, а Фаер просто ушел, то и дело косясь на меня. Все тут знают о моих особенностях. Оглянувшись, поняла, что Хан куда-то пропал, наконец позволив мне выдохнуть.

Вечер, в течении которого меня никто не донимал, кроме постоянных клиентов, закончился ближе к двум часам ночи. Даже Хан куда-то смылся после того, что я вытворила. Похоже, я напугала психа! Новое достижение, + 500 хр! Наскоро переодевшись, я забралась на свой Харлей и поехала к себе домой, проследив, чтобы за мной не было хвоста.

Только вот я не знала, что это было только начало. Начало конца.

Глава 1.4

Тогда я еще не знала, что писец только начинался.

Хотя, всю мою жизнь, в целом, можно описать одним красочным словом "пиздец".

*********

Холод. Он был повсюду, заполнял собой все вокруг, заставляя плотнее запахивать тонкую, вывернутую наизнанку, кожаную куртку и жаться, словно кролик перед удавом. Фактически, так ведь и было, ведь, бегающий в этом парке, уже добрых два месяца, маньяк, на счету которого было уже три жертвы, был серьезно опасен. Выдохнув, я откинула назад свои рыжие волосы и, держа в руках открытую бутылку красного полусухого провела пальцами по "разбитой" нижней губе. Господи, помоги! Тряхнув своей шевелюрой, всхлипнула, включив режим «актриса-от-бога», потом разрыдалась, отхлебнула вина и уселась на ближайшую, находящуюся под фонарем, скамейку. Холод осенней ночи пробирал до костей, из-за чего я жутко мерзла в чулках-сеточках и тоненьких туфлях-лодочках. Но, даже когда прошло около получаса, ничего не было слышно. Ну и где?! Я что, зря юбку выше задницы натягивала?!

— Девушка, — послышался приветливый мужской голос откуда-то из-за спины. Так, а вот это не есть хорошо, я проспала его, не услышала, — с вами все в порядке?

Слегка приглушив всхлипы рукой, я села в пол-оборота так, чтобы холодный свет уличного фонаря попал на разбитую губу и золотое обручальное кольцо на пальце. Подняв голову, я взглянула на мужчину. Серое пальто средней ценовой категории, улыбка обаяшки, круглые очки в тонкой оправе, светлые волосы, немного рябоватое лицо, легкая, слабозаметная тучность, невинные серые глаза, черные кожаные перчатки (так, это уже напрягает) … Мой взгляд пытался зацепиться хоть за что-то необычное, несвойственное нормальному человеку, но он казался слишком приветливым, милым. Будет плохо, если он обычный прохожий.

— Ничего страшного, — буркнула я и, поднявшись со скамейки, зашагала прочь в спасительную темноту. А он, словно по мановению волшебной палочки, как верный раб, последовал за мной.

— Девушка, может вам помочь? — окликнул он меня, а я, сделав вид, что раскидываю остатки мозгов в разные стороны, остановилась, предварительно проверив, что на нас не смотрят камеры, хотя, в этом парке на окраине Химок, их не было от слова совсем. Давай же, сделай уже хоть что-то! Я нарочно остановилась и не стала оборачиваться.

Вуаля! Довольно сильный удар пришелся по затылку, из-за чего я пошатнулась, причем вполне реально, а потом сделала вид, что осела на плитку, сначала на колени, а потом лицом в землю. Захотелось заматериться из-за того, что я чуть не расквасила нос, но я хочу жить, поэтому молчала в тряпочку. Максимально аккуратно и незаметно я вытащила заточку из лодочки, лишь слегка оцарапав кожу. Давай, мальчик, что дальше?

Недоманьяк сел рядом со мной и перевернул лицом к верху. Почувствовала, как он стал убирать пряди с моего лица.

— Хорошенькая, — выдал он все тем же голосом, а потом склонился надо мной. Лучшего момента и не придумаешь! Одно уверенное движение рукой с зажатой в ней заточкой — и мужчина, булькая и хрипя из-за перерезанного горла, упал на спину.

*********

— Блин, если хоть кто-нибудь узнает, чем я занимаюсь с тобой, работать в ФСБ мне не светит, — выдал Никита, выворачивая мою куртку, пока я прятала рыжий парик в сумку.

— Никит, если все вылезет, тебе даже солнышко светить не будет, лет пятнадцать. А может и всю жизнь, — прошамкала я, держа ручной фонарик губами. Вытащив влажную салфетку, я зажала его между ног и, достав карманное зеркальце, стерла свой идеальный грим, а потом быстро накрасилась по-нормальному. Сменив юбку на брюки, я обула лабутены, накинула на плечи куртку и забрала у Осипова сумку, — жаль, что это не он, — выдохнула, как только мы вышли из-за деревьев, куда оттащили труп.

— Саш, давай прекратим это. Я хочу уйти, — со столом сказал Осипов, заставив меня закатить глаза.

— Ты не можешь, я без тебя не справлюсь. Если бы ты тогда не навязался сам со своей помощью, то все сложилось бы иначе.

— С чего ты взяла, что найдешь его? Что он еще будет этим заниматься? Что он не свел шрам? — сказал будущий фсбшник, покачав головой.

— Однажды он объявится. Да и думаю, что, по его мнению, я его не запомнила, я была занята другим, так что тратить деньги на дорогущую операцию, когда можно просто отрастить шевелюру — нелогично. Плюс, я, если поставить себя на его место, я была бы уверена, что никаких примет никто не увидел. Темно, маска, черная одежда… Сам понимаешь, — пожала я плечами.

— Давай, когда ты его поймаешь, то пойдешь в полицию и сдашься? — выдал он, когда мы выходили из парка. Прозвучавшая фраза настолько сильно меня поразила, что я даже споткнулась на ровном месте.

— Я не собираюсь провести остаток жизни в тюрьме за четырнадцать убийств, — фыркнула я, а Осипов на это лишь рассмеялся. Не нравится ему! Врет, пытаясь казаться нормальным.

*********

— Налей еще, — я поставила стакан из-под разбавленной Кровавой Мэри на барную стойку с глухим стуком. Уже довольно тихая музыка бара и редкие перешептывания оставшихся двух посетителей успокаивали, а работающий тут Никита дарил эстетическое наслаждение. На часах, что удобно разместились над неоновой вывеской, показывало час ночи, а я была склонна им верить. Странно, даже спать не хочу, просто скучно. Действительно, так скучно. Я ведь знаю, что завтра на утро похмелья не будет, так как алкоголь на меня действует только в конских дозах, знаю, что все также пойду в универ, знаю, что в среду надо будет показать Князю