Искупление 6-го - Хлоя Уолш

– Линч, можем поговорить? - Подж вмешался, прежде чем потащить меня в сторону.

– Что ты делаешь? - я оттолкнул его шепотом.

– Что я делаю? Что ты делаешь? - требовал он, когда мы были в стороне. – Я думал, ты закончил с Шейном Холландом и всем этим дерьмом?

– Я закончил, - выговорил я, насмехаясь. – Мне не нужно подходить к Холланду для этого.

– Как?

Я пожал плечами. – У меня есть восьмая доля в доме.

– Я думал, ты с этим покончил?

– Я закончил, - повторил я, раздраженно. – Я ничего не использовал.

Его глаза вылезли из орбит. – Трава – это использование.

Мои суженные в ответ. – Нет, не так.

– Да, так.

– Нет, не так.

– Каннабис – это наркотик.

– Каннабис – это растение.

– Это противозаконно в этой стране.

– Также противозаконно ссать на улице, - бросил я. – Правила глупы. Как ты думаешь?

– Черт, Джоуи, - Подж стонал, теребя лицо рукой. – С тобой все как два шага вперед и десять назад.

– Ерунда. Чушь. Его прописывают врачи от боли в половине мира.

– Так же, как и Оксиконтин и десятки других прописанных лекарств, которые я видел, как ты вбиваешь себе в глотку еще с начальной школы. Их тоже прописывают от боли, Джо, но ты слишком хорошо знаешь, что происходит, когда они попадают не в те руки.

– Я говорил тебе, что я не трогал ничего уже несколько недель.

– Кроме травки, - напомнил он мне раздраженным тоном.

– Не будь высокомерным, - я ответил защищаясь. – Тем более, когда ты сам в своё время распространял не один косяк.

– Есть большая разница между покурить и выманивать деньги у кучки наивный богатых парней.

– Эй, не суди меня, блядь, - предупредил я, сузив глаза. – Двести фунтов, Подж. Двести. И они размахивают этим как монопольными деньгами. Для таких как они, это может быть копейки, но для меня – это серьезные, чертовы деньги, - я бросил руки в отчаянии и выплюнул. – Тебе, возможно, повезло, отворачиваться от этого, но я, черт возьми, не могу себе этого позволить. Ты представляешь, что эти деньги могли бы сделать для меня?

Для моей матери.

Для моих братьев и сестер.

Была бы большая разница между тем, что мои братья ели холодные запеченные бобы и масляные бутерброды всю следующую неделю в ледяной холод зимы, пока мама или я не получим зарплату, или чтобы у них был горячий ужин в желудках и теплый огонь, чтобы согреть их перед сном.

В этот момент выбора не было.

– А что насчет Ифы? - требовал он, порезав меня там, где это могло бы иметь самый большой эффект. Прямо в сердце. – На сколько ты думаешь, она будет счастлива, когда узнает…

– Не вовлекай ее в это, - предупредил я, перебивая его. – Не смей бросать ее мне в лицо.- Пожав головой в знак предупреждения, я поднял руку и отступил на шаг назад, сожалея, что вообще доверился ему. Я не мог доверять, блядь, не единой душе. – Ты знаешь, почему я не могу отказаться от этого, черт возьми, знаешь, Подж, так что не вращай нож глубже.

В его глазах мелькнуло чувство вины, и он покачал головой. – Если тебе нужны деньги для твоей семьи, я могу…

– Я не хочу твоей милости, - я выплюнул, трясясь от того, насколько ужасно я себя чувствовал. – Я могу справиться сам.

Он смотрел на меня долгое время, прежде чем смягчился.

– Хорошо, - он бросил руки в отчаянии. – Не скажу больше ни слова, только скажу, что я думаю, что это плохая идея.

– Я принимаю это, - ответил я с жестким кивком. – Теперь ты либо можешь остаться здесь на своей высокой лошади и судить меня, либо можешь идти со мной на их роскошную вечеринку и съесть свой вес сосисочными рулетами, - повернувшись, я пошел в сторону ребят из Томмена.

– В любом случае, хорошая идея или нет, я делаю это.

Глава 4.Это самое близкое к безумию.

Ифа

– Мы устраиваем вмешательство, - объявила Кейси поздним вечером, распахивая мою дверь и входя в мою комнату, как будто она готовилась к выходу на подиум.

Одевшись в пух и прах, короткое джинсовое мини и милую белую цыганскую блузку, которую я купила ей на Рождество. Она упёрла руки в бедра и пристально посмотрела на меня.

– Тот ублюдок бросает тебя в рождественский день, и ты не звонишь!

– Спокойно, Кейси, - съежилась Кэти, следуя за ней в мою комнату. – Твоя мама нам звонила, - поспешила она объяснить, ее тон был пронизан сочувствием. – Она очень беспокоиться о тебе.

– Мы все.

– Уф, - стонущая, я перекатилась на спину и раскинула руки,сбивая с кровати бесчисленные обертки от конфет.

– Хорошо, тебе нужно выключить эту песню, - Кейси приказала, переходя к моему стерео. – И выбраться из своего уныния.

– Нет, это лучшая часть, - я, задыхаясь, плача в такт текстам The Closest Thing To Crazy Кэти Мелуа. – Я в порядке, - я расплакалась. – Действительно, я в порядке.

– Конечно, ты в порядке, - ответила Кейси, поднимая бровь. – Вот почему у тебя шоколад размазан на всей челюсти.

– Я пытаюсь пережить эмоции, - я бормочу жалостливо, среди глотания M&Ms. – Боже, это так ужасно?

– Тогда, переживай злорадствуя, - она велела, приближаясь,чтобы отобрать у меня полупустой пакет из рук. – Черт, даже мсти. Но не толстей.

– Кейси, -Кэти заикалась. – Такие вещи не говорят.

– Ну, подайте на меня в суд, потому что я это сказала, - без извинений ответила Кейси. – И я не собираюсь сидеть и смотреть, как моя лучшая подруга саморазрушается из-за того,что ее придурок бывший бросил ее в Рождество. Я имею в виду Рождество? - ее тон был недоумевающим. – После года вместе? Кто, черт возьми, так делает?

– Джоуи меня не бросил, - я фыркнула. – Мы делаем перерыв.

– Решено кем?

– Им, - я выдавила, чувствуя, как мое сердце разрывается.

– На какой срок?

На столько, насколько ему потребуется, чтобы собраться с

силами.