Ох уж эти иномирянки! - Юлия Викторовна Меллер

— Вашвысбродь… Кабан и наш Ёжик кончаются, — устало сообщил Полозов. — У Васильчикова жар.

Орлов, не отрывая взгляда, смотрел на дорогу через маленькое отверстие в подвальном окне. Он думал, что ему показалось, но спустя час капитан уже не сомневался, что мерзкие круглоголовые твари на длинных тоненьких ножках целенаправленно куда-то спешат. Орлов пытался понять, что их влечёт?

— Полозов, ты что-то сказал? — оторвавшись от окна, он повернулся к унтеру.

— Я говорю, что кончаются Кабан и Ёж.

Орлов подошел к раненным. Васильчиков смотрел на него мутным взглядом, порываясь встать, а Кабанов и Ежов метались в беспамятстве. Их рваные раны воспалились, и надежды на чудо не было уже вчера.

Орлов ничего не мог сказать. Все они тут смертники и, скорее всего, оставшиеся в живых позавидуют своим ушедшим в вечность товарищам.

Он вернулся к окну и, наблюдая за большеголовыми, отметил, что их стало ещё больше.

— А не к открытию ли перехода вы все торопитесь? — прошептал он и понял, что, наверное, прав.

— Полозов!

— Да, вашвысбродь!

— Кажется, мы погибнем не зря. Я ухожу… ты закройся и… не жди меня.

— Как же так, вашвысбродь? — теперь уже беспомощно заморгал самый удачливый унтер.

Его даже прозвали счастливчиком. Всего один раз подвела Полозова удача, когда один из статских умников сказал, что идущей в мир монстров группе потребуется свой собственный счастливчик и выбор пал на Полозова. Возможно, без его удачи Орлов не довёл бы даже остатков группы до иномирного города, но, видно, она исчерпала себя.

— Если мне удастся закинуть на Землю капсулу с нашими записями, — сглотнув, произнёс капитан, — то, быть может, ты дождешься подмоги.

Полозов с надеждой посмотрел на Орлова, а потом криво улыбнулся и встал, чтобы с честью проводить высокоблагородие. Капитан выпрямился, ответил ему кивком и скрылся в темноте. До унтера доносились звуки разбираемой баррикады, а потом всё стихло. На негнущихся ногах он пошёл следом и закрыл вход.

Что делать дальше, он не знал. Но сейчас ему нужно было проводить в вечность своих товарищей, а потом уже переговорить с беспомощным Васильчиковым.

Сколько он сидел, Полозов не помнил, но громкие звуки заставили его подскочить.

— Что это? — обеспокоенно воскликнул Демьян Васильчиков. — Мне кажется или…

— Это… это песня… — прислушавшись, сам себе не веря ответил Полозов.

— …русская летит армада… — повторил Васильчиков.

— Это что же получается, мы дождались помощи? — растерянно спросил Полозов, узнавая следующие слова.

— Но что это за песня? Почему так громко? Как им это удалось? Они что, оркестр сюда притащили? — Демьян засыпал вопросами приятеля. — Надо выйти, помочь…

— Погоди! — осадил товарища Полозов. — Мы не можем оставить Кабанова и Ежова одних, да и ты на ногах не стоишь. Капитан разберётся и приведёт помощь.

— А вдруг его уже убили?

— Значит, и нас убьют, если мы выйдем.

— Но…

— Васильчиков… Демьянушка, ты не теряй головы. Давай подождём, — принялся уговаривать Полозов. — Капитан у нас дельный вояка, и если пришла помощь, то он приведёт её к нам.

Васильчиков понуро кивнул и отвернулся. Ему не страшно было погибнуть, но только не в подвале, не в чужом пекле, откуда его душа могла не найти дороги к предкам. Да и жинку жаль было. Как она без него-то с детушками малыми. На отца надежды нет, батя уже стар и болен.

* * *

Орлов крался по улице, держась тени и дыша через раз. В сумерках увидеть капитана было невозможно, но один из уродцев как-то почуял его, и Алексей скользнул в проулок, спрятавшись за огромным баком. Тварь неуверенно качнулась в одну сторону, потом в другую и вернулась к своим. Иных существ поблизости не было, и капитан мысленно поблагодарил Белобога за удачу.

Немного выждав, он, брезгливо морщась, снял крышку от бака, закрылся ею, как щитом и продолжил красться за уродцами. Они вывели его к площади. Теперь он не сомневался, что твари собрались едино, чтобы дождаться открытия прохода и атаковать Землю.

Он тоже приготовился ждать. Все, что ему требовалось, это выстрелить внутрь пространственного разрыва капсулой с донесением, а потом… всё по воле Перуна и других богов, которым он преподнёс щедрые дары перед походом.

Волнуясь, он не сразу обратил внимания, что армия уродцев таращится наверх. Безглазые, безносые, но они определенно тянулись в одном направлении. Когда Алексей поднял взгляд, то был поражен увиденным. На фоне чернеющего неба он разглядел силуэт какого-то человека с непомерно крупной головой. Этот человек был чем-то очень занят, а потом сбросил трос и встал на край. Дальше же и вовсе началось невероятное.

Капитану показалось, что грохнула канонада, но это оказалась невероятно громкая песня, слова которой он отчетливо различал. Вот только это он не сразу понял, потому что был поражен тем, что человек спрыгнул с крыши. Его полет был заторможен и от этого впечатляюще фантастичен. А потом незнакомый воин принялся крушить подавшихся к нему уродцев.

Орлов колебался до тех пор, пока не понял, что принял шлем за крупную голову. Он бросился на помощь, но шароголовые монстры на ножках очень странно повели себя. Их словно парализовало при звуках музыки, а потом их головы начали менять цвет, трескаться и лопаться. Капитану оставалось только добивать тварей, чтобы поскорее прийти на помощь к неизвестному.

Уже подходя ближе к воину в шлеме Орлов понял, что сейчас он встретится с местным жителем и… достал револьвер. Ему хотелось верить, что он встретил союзника, но всякое могло быть и каково же было его удивление, когда он понял, что перед ним стоит женщина! Высокая, крепкая, фигуристая воительница.

— Ой, надо выключить! — крикнула она, спохватившись.

Пораженный увиденным, он опустил оружие и бестолково смотрел на её суету. А она огляделась и удивленно посмотрела на него:

— Это вы их всех покрошили? — стараясь перекричать песню, потрясённо спросила она.

А потом со смущенным видом добавила:

— Я тут немного озверела, — показывая на тесак и молоток.

Но разговаривать при таком музыкальном грохоте было невозможно, и она жестом попросила следовать за ней. Ничего не соображая, он пошёл следом и не сразу догадался, что амазонка его немного опасается.

Воительница была явно рада ему и изо всех сил старалась показать дружелюбие, но всё же в ней чувствовалась настороженность. А потом ему стало не до изучения её поведения.

Незнакомка спокойно вошла в здание, не опасаясь электричества, без страха ступила в короб с раздвижными дверями и уверенно нажала на какой-то значок. Орлов не дрогнул, когда почувствовал, что короб поднимает их наверх. Ему