Опальная фаворитка - Людмила Вовченко

обнаружился диван с выцветшей зелёной обивкой.

— Это можно спасти.

Люси удивилась.

— Это старое.

— Старое не значит мёртвое.

Она провела пальцами по деревянной резьбе.

Хорошая работа.

Трещин почти нет.

Обивку заменить.

Дерево очистить.

Пол отполировать.

Окна вымыть.

Шторы…

Клэр посмотрела на шторы.

— Шторы сжечь.

— Мадемуазель!

— Хорошо. Не сжечь. Использовать там, где никто их не увидит.

Они были тяжёлыми, коричнево-зелёными и делали комнату похожей на семейный склеп.

Клэр подошла к окну.

Отодвинула ткань.

Свет ворвался внутрь.

И впервые увидела землю, которая теперь принадлежала ей.

Она замерла.

За окнами лежала Франция.

Не та, которую она знала.

И всё же Франция.

Низкое серое небо.

Холмы.

Мокрые поля, разделённые живыми изгородями.

Далеко темнел лес — густой, почти чёрный после дождя. Ближе к дому раскинулся огромный запущенный парк. Голые ветви старых деревьев переплетались над заросшими дорожками. Самшит давно потерял форму. Кусты разрослись. Каменная балюстрада покрылась мхом.

Внизу блестели лужи.

На дорожке лежали сорванные ветки.

Ветер гонял по мокрой траве последние листья.

Клэр прижалась пальцами к холодному стеклу.

Никаких машин.

Никаких проводов.

Никакого гула города.

Только ветер.

Где-то крикнула птица.

Она почувствовала, как по спине прошёл холод.

Не от комнаты.

Лион исчез.

Её квартира.

Телефон.

Мать.

Салон.

Новые полотенца.

Белая ваза.

Три ветки эвкалипта.

Завтра, которое не наступило.

Клэр закрыла глаза.

Всего на несколько секунд.

Горло сжалось.

— Мадемуазель?

Люси стояла сзади.

Клэр вдохнула.

Открыла глаза.

— Всё хорошо.

Это была ложь.

Но сейчас она имела право.

Она ещё успеет оплакать свою жизнь.

Возможно, ночью.

Возможно, через неделю.

Возможно, когда впервые поймёт, что больше никогда не выпьет кофе из своей любимой чашки.

Но если она сейчас позволит себе рухнуть, вставать придётся в холодном доме без денег и дров.

Очень неудобное место для нервного срыва.

— Что там дальше?

Люси показала на дальнюю часть парка.

— Старый сад. За ним спуск к ручью.

— Ручью?

— Да.

Клэр прищурилась.

Над дальними кустами словно висела тонкая белёсая дымка.

— Там дым?

— Нет.

Люси ответила слишком быстро.

Клэр повернулась.

— Что?

— Ничего.

— Люси.

Девушка помялась.

— Там вода.

— Я поняла, что в ручье вода. Это обнадёживает.

— Она горячая.

Клэр перестала улыбаться.

— Насколько?

— Горячая.

— И снова выдающийся отчёт.

Люси покраснела.

Маргарита подошла к окну.

— Там несколько ключей. Они всегда были тёплыми. Один особенно. Зимой над ним пар.

Клэр смотрела на белёсую дымку.

Сердце вдруг стукнуло сильнее.

— И что вы с ними делаете?

Маргарита пожала плечами.

— Ничего.

— Совсем?

— Иногда деревенские женщины ходят туда стирать, но возле самого горячего неудобно. Вода пахнет.

— Чем?

— Не знаю. Камнем. Иногда… яйцами.

Сера.

Клэр медленно повернулась к ней.

— Где моя обувь?

Маргарита сразу поняла.

— Нет.

— Маргарита.

— Вы только что согласились не выходить.

— Это было до горячей воды.

— Что изменилось?

Клэр уже шла к двери.

— Всё.

---

Через десять минут она стояла на крыльце.

Маргарита победила только в одном: на Клэр надели тёплый плащ.

Тёмно-синий.

Тяжёлый.

С капюшоном.

Он явно принадлежал предшественнице и был ей немного велик в плечах, отчего молодая Клэр казалась ещё меньше.

Клэр сунула руки в карманы.

Воздух ударил в лицо.

Холодный.

Влажный.

Настоящий.

Она вдохнула глубоко.

Мокрая земля.

Дым из трубы.

Листья.

Лошади.

Где-то совсем рядом — навоз.

— Франция, — пробормотала Клэр. — Романтика.

Люси услышала.

— Что?

— Ничего.

Перед домом раскинулся широкий двор.

Сам Бельфонтен снаружи выглядел одновременно печально и величественно.

Светлый камень потемнел от времени. Центральная часть была двухэтажной, с высокой ломаной крышей. Над входом сохранился небольшой каменный фронтон. По одной стене полз голый плющ. Несколько ставен перекосились. На крыше отсутствовали отдельные черепицы.

Но пропорции были прекрасны.

Дом не был уродливым.

Его просто бросили.

Клэр медленно обернулась.

— Красавец.

Маргарита удивилась.

— Кто?

— Дом.

Няня посмотрела на трещину возле окна.

— Вы уверены?

— Ему просто давно никто не говорил ничего хорошего.

— Вы теперь разговариваете ещё и с домами?

— Пока они отвечают разумнее людей — да.

Дорожка к саду размокла.

Туфли оказались совершенно неподходящими.

После третьей лужи Клэр перестала пытаться сохранить их приличный вид.

Подол Люси подняла чуть выше.

Маргарита шла сзади, ворча.

Тихо.

Клэр услышала.

Остановилась.

— Вы что-то сказали?

— Нет.

— Маргарита.

— Я сказала, что разумные люди после удара головой лежат в постели.

Клэр довольно улыбнулась.

— Вот. Уже лучше.

Они прошли мимо заросшей клумбы.

Даже сейчас Клэр различила розовые кусты.

Старые.

Неухоженные.

Но живые.

Дальше росла лаванда.

Почти одичавшая.

Она присела, растёрла между пальцами влажную веточку.

Запах поднялся сразу.

Горьковатый.

Чистый.

Глубокий.

Клэр закрыла глаза.

Прованс.

Лето.

Поля.

Жара.

Жужжание пчёл.

Маленькая лаборатория, где женщина по имени Софи объясняла ей, почему хорошее масло не должно пахнуть парфюмерным магазином.

Клэр открыла глаза.

— Лаванда.

Люси удивилась.

— Да.

— Много?

— В саду ещё есть.

— Хорошо.

Шагнула дальше.

Розмарин.

Шалфей.

Мята возле влажного участка.

Не плантация.

Но достаточно, чтобы мозг уже начал работать.

Она остановила себя.

Нет.

Сначала вода.

Они спустились по старой каменной дорожке.

Ступени заросли мхом и были скользкими.

Клэр дважды едва не упала.

На второй раз Маргарита схватила её за локоть.

— Медленнее!

— Я иду медленно.

— Вы идёте как человек, которого преследуют.

— Меня преследует бедность.

— Она подождёт.

Клэр посмотрела на няню.

— Вы сегодня в ударе.

Маргарита насупилась, но руку не отпустила.

Чем ниже они спускались, тем отчётливее становился запах.

Минеральный.

Тёплый.

Немного сернистый.

Клэр узнала его раньше, чем увидела воду.

Сердце забилось быстрее.

Дорожка вывела к небольшому каменному бассейну природной формы.

Из расщелины между серыми камнями вытекала прозрачная вода.

Над поверхностью поднимался пар.

Совсем лёгкий в прохладном воздухе.

Вода стекала дальше по узкому руслу, теряясь среди травы.

Камни возле источника были покрыты светлым минеральным налётом.

Клэр остановилась.

Молча.

Люси ждала.

Маргарита тоже.

Клэр присела возле воды.

Протянула руку.

— Осторожно!

Она коснулась поверхности двумя пальцами.

Тёплая.

Не обжигающая.

Очень приятная.

Клэр опустила пальцы глубже.

Температура примерно…

Нет.

Без термометра не фантазировать.

Она растёрла воду между пальцами.

Понюхала.

Слабый сернистый запах.

Посмотрела на отложения.

Потом на русло.

Потом на склон.

— Откуда она идёт?

— Всегда оттуда, — сказала Люси.

— Даже летом?

— Да.

— Зимой?