Некрасивая жена - Татьяна Дин

Жить с ним..

Человек, которого она не знала, не любила и который ненавидел ее, мог стать ее первым мужчиной! От этой мысли в горле Хизер забулькал истерический смех. Конечно, он обещал не трогать ее, но являясь ее мужем, в любой момент мог изменить решение. И был вправе взять ее когда только пожелает. Неужели она хранила себя для этого человека?!

Да, Дэниел был красив, но после всего, что он наговорил, у Хизер не возникало желания влюбиться в него. К тому же, он всё ещё мог оказаться несостоявшимся убийцей. Но с другой стороны, если она покорит его сердце, он мог передумать избавляться от нее. Такой вариант казался лучшим выходом из сложного положения, но тогда ей нужно быть готовой отдаться ему, так как он явно захочет секса.

Из груди Хизер вырвался недовольный восклик протеста. Вот не готова она смириться с присутствием этого мужчины в своей жизни! Не готова она бороться за его сердце! Он будет плевать ей в душу, унижать ее женское начало, изменять, а она из кожи вон лезть, чтобы понравиться ему! Уж не превратится ли она тогда в настоящую Хизер, о которую муж с удовольствием вытирал ноги?

Она искала для себя выход и не находила. Продолжать враждовать с Дэниелом - значит подвергать свою жизнь опасности, а пытаться влюбить в себя – оказаться либо униженной, либо в его постели.

«Худой мир лучше хорошей войны» – вдруг пришло ей в голову. А может ей пока просто побыть сторонним наблюдателем? Может она сможет найти в муже что-то кроме его привлекательной внешности? Да и опыта в общении с мужчинами у нее было гораздо больше чем у прежней владелицы тела, и даже ее сестричек. Здесь она могла дать им сто очков вперед.

А пока она будет вести партизанскую деятельность, заодно займется своим здоровьем. Нельзя оставлять это тело в таком плачевном состоянии. У Хизер был явный недобор веса и нехватка витаминов, отчего женские гормоны не работали. Неудивительно, что в свои восемнадцать она была похожа на несозревшего подростка. Пора превращать ее из девочки в девушку. Судя по кузинам, физические данные у нее должны быть неплохие. Может она еще превратится в настоящую красавицу.

Найдя для себя хоть какое-то решение, Хизер почувствовал облегчение. Осталось лишь следовать своему плану. А чтобы еще больше ощутить опору под ногами, вызвала Эмму и попросила ее принести последнюю газету, чтобы наконец узнать, в каком дне, месяце и годе она очутилась. Девушка вернулась с пятью изданиями и сообщила, что их принесли пять дней назад. Оказалось, в замок газеты доставляли раз в неделю.

Хизер села изучать даты и вскоре с волнением обнаружила, что притворилась умершей хозяйкой ровно в тот день и месяц, когда на Хизер было совершено покушение. Двадцать пятое мая! Различался лишь год. Видно с ее появлением в этом доме и повторением сценария смерти, случилась какая-то временная коллизия, и ее перенесло в прошлое. Ее память соединилась с телом Хизер, и теперь они одно целое. Теперь она жила в тысяча восемьсот тридцать девятом году. Девятнадцатый век! Девятнадцатый! Она теперь леди из прошлого с современным мышлением! Лишь в одном Хизер нашла для себя утешение - она хотя бы перенеслась не в средневековье. Всё ближе к двадцать первому веку. Ну что ж, придется ей учиться жить в прошлом.

Весь день Хизер просидела в комнате. Тоска смертная. Кроме книг и вышивания, которое нисколько не прельщало ее, других развлечений не имелось. Можно было еще смотреть в окно, чем большую часть времени она и занималась, но и это занятие не особо ей нравилось. Кузины больше не появлялись, и вряд ли они сидели в своих покоях. Возможно они пользовались ее отсутствием и искали общения с Дэниелом. Если тот развлекался в их обществе, тогда не поздоровится всем. Она не будет терпеть его измены, а сестрички останутся без кудрей и милых личиков.

Только Хизер собралась вызвать Эмму и выспросить у девушки, чем занимался хозяин дома, как тот сам заявился в комнату. В руках у него было письмо, а на лице такое выражение, будто все беды мира одним махом свалились на его плечи. Он молчал, со злостью поджимал губы и всматривался в листок.

Хизер терпеливо ждала когда он заговорит. Наконец, он пересилил свое раздражение и без какой-либо радости произнес:

- Нам оказана честь. Королева Виктория собирается посетить мои владения и этот дом. Она хочет посмотреть, как живётся новоиспечённым супругам. Как я понимаю, Ее Величество решило убедиться, что герцог Уэйн как положено обращается с женой, – Дэниел сказал это таким тоном, точно Хизер была его самым страшным проклятием. - Как только твои раны заживут и я дам тебе разрешение покинуть покои, приступишь к подготовке к балу и приему королевской особы. У тебя есть два месяца. За это время ты должна полностью здесь освоиться и взять на себя роль хозяйки моего родового замка. Тебе придется общаться с Королевой и ее приближенными. Твои кузины во всем тебе помогут. Я уже поговорил с ними и они согласны всегда быть рядом. Алан тоже останется. Его помощь пригодится уже мне. Единственное, в чем мы схожи, так это в наличии родственников, готовых нам помочь, - вдруг зачем-то заметил он и усмехнулся. – За эти несколько дней, проведенных в покоях, у тебя будет хорошая возможность повторить все правила этикета. Как я понимаю, ты не долго вращалась в высшем свете. - Хизер согласно кивнула. - Отдаю должное твоей находчивости. С первого раза тебе удалось женить на себе герцога и исполнить все свои мечты, а заодно похоронить мои.

- Но я…

- Замолчи! – прорычал он. - Я не намерен слушать твои жалкие оправдания! Теперь я знаю, что за твоей безобидной внешностью скрывается лживая хищница.

Хизер поморщилась от его неприкрытой неприязни. Никакие ее слова он не воспримет. Все будет выглядеть как жалкое оправдание.

- Я всё поняла, - сухо ответила она. – Как только раны заживут, тебе сообщат, - а потом отвернулась к окну и уставилась на улицу, всем своим видом показывая, что вопрос исчерпан и она больше не хочет разговаривать. Пусть этот муж видит, что он для нее не свет в окошке и им тоже могут пренебрегать.

Удивился ли Дэниел ее поведению, она не видела, но услышала, как закрылась дверь. Быстро и громко.

С его уходом спесь прошла.