Академия Высших: студенты - Марта Трапная

от Сигмы тоже не было. Ее имя почему-то высвечивалось серым, как будто Сигма отсутствовала в сети. Но это невозможно! Сломался браслет, может быть? Ничего более логичного на ум не приходило.

Мурасаки зашел в гардероб. Зеленая парка Сигмы висела рядом с его черным пальто. Рыжий мех ее капюшона лежал на черном воротнике его пальто. Мурасаки улыбнулся. Значит, Сигма не ушла. Но где она прячется? На дополнительном занятии? В кабинете у Кошмариции? Мурасаки погладил мягкую опушку на капюшоне, прижался к ней щекой и вдохнул знакомый запах – меда с едва уловимой примесью кофе. Он помнил этот медовый запах еще с того дня, как сидел рядом с Сигмой в библиотеке и страницы из книги падали ему на колени. Мурасаки еще раз погладил пальцами мех и отстранился. Ладно, раз надо подождать, он подождет. В первый раз, что ли?

Он с улыбкой вышел из гардероба, когда пришло сообщение от Кошмариции. «Мурасаки, жду тебя в триста восьмом кабинете административного корпуса. Сейчас». Мурасаки прикусил губу. Нет, это не может быть простым совпадением – исчезновение Сигмы и внеплановый вызов к куратору после занятий. По крайней мере Кошмариция знает, что он не ушел из учебного корпуса, а это значит… Да это может значить все, что угодно! – оборвал себя Мурасаки и заторопился к переходу в административный корпус.

Констанция сидела за пустым столом, на месте, которое обычно занимали студенты, и рассматривала какие-то динамические диаграммы на своем огромном мониторе. Столбцы были не подписаны, но Констанция явно знала, что они означают и ей явно не нравились два крайних справа, которые мигали красными кирпичиками, быстро увеличиваясь в размерах. Куда быстрее, чем остальные восемь.

– Здравствуйте, Констанция Мауриция, – звонко сказал Мурасаки, когда понял, что Констанция не услышала, как он вошел.

Она обернулась через плечо, выключила монитор и поднялась.

– Проходи, Мурасаки, присаживайся.

Она перешла за свое привычное место, спиной к большому монитору и кивнула на стул перед собой.

– Садись, Мурасаки.

У Мурасаки екнуло сердце и вспотели ладони. Нет, все это определенно не просто так.

Мурасаки сел на край стула и чуть не вскочил обратно. Стул был теплым, и это было ужасно неприятно. То есть в этом не было, конечно, ничего особенного. Но… Что мешало Констанции развернуть свой стул и смотреть на эти свои диаграммы со своего места? Зачем нужен был этот спектакль с уступанием места? Она продолжала с ним играть, почти каждую их встречу она демонстрировала, что она здесь главная.

– Честно говоря, я сомневалась, стоит ли тебе рассказывать, что случилось с Сигмой, но потом подумала…

Мурасаки совершенно не волновало, что она там себе подумала. Он услышал главное.

– Что случилось с Сигмой?

Констанция замолчала и в упор посмотрела на Мурасаки.

– Так я и думала, что ты не в состоянии держать свои эмоции под контролем. Странно, на четвертом курсе ты все еще не освоил этот простой навык. С другой стороны, может быть, ты и прав, что не стал уделять этому время, все равно скоро от эмоций ничего не останется, – Констанция мило улыбнулась, будто сказала что-то безобидное и даже приятное.

Мурасаки молча смотрел на Констанцию, хотя едва видел ее перед собой. Слепая ненависть – теперь он понимал, почему так говорят.

– Что ж, можешь быть свободен. Поговорим в другой раз, если тебе сейчас нечего мне сказать, – еще более мило улыбнулась Констанция.

Мурасаки закатил глаза. Вот зачем, зачем ей эти игры? Она что, не видит, как его тошнит от ее поведения, от того, что она заставляет его сделать? Она же понимает, что в его словах сейчас не будет ни капли искренности? Или нет? Если бы не Сигма, он бы уже вышел и хлопнул дверью. Но Констанция знала, что случилось с Сигмой. Кажется, только одна Констанция и знала, что с ней случилось.

– Простите, пожалуйста, что перебил, Констанция Мауриция. Спасибо, что решили рассказать мне, что случилось с Сигмой, – Мурасаки помедлил и все-таки добавил финальную фразу, надеясь, что в нее не просочится ни капли яда. – Я вам очень благодарен.

Констанция кивнула и заговорила как ни в чем не бывало:

– На территории Академии снова открылся портал. К счастью, в безлюдном месте. К несчастью, Сигма оказалась в зоне действия портала и не смогла противостоять его притяжению. Она… исчезла.

– Что? – выдохнул Мурасаки. – Этого не может быть! Нет!

Констанция протянула руку и накрыла ладонь Мурасаки.

– Да, это случилось, Мурасаки. Мы получили сигнал тревоги, я успела добежать, но не смогла ничего сделать.

Мурасаки вздрогнул.

– Вы… Вы видели, как все случилось?

– Да, – кивнула Констанция, – и если хочешь, я могу показать тебе то, что я видела.

Мурасаки сглотнул. Разумеется, он хочет! Даже если ради этого она влезет в его голову, пускай!

– Конечно, я хочу. Спасибо, – сказал Мурасаки не своим голосом.

И он увидел. Какой-то переход между корпусами, до Сигмы примерно десять шагов. Сигма растерянно поднимает голову, ветер отбрасывает пряди волос назад, за спину, Сигма качает головой, теряет равновесие, говорит «нет», делает шаг назад и исчезает. Вспышка желтого света и снова двор между корпусами выглядит как обычно.

Констанция убрала ладонь с его руки.

– Вот и все, Мурасаки. Ты видел ровно то же, что и я.

– Спасибо, – наконец сказал Мурасаки. Он попытался понять, где все случилось. Они все выглядят одинаково, эти маленькие дворики с ровными дорожками между корпусами. Ими почти никто не пользуется, удобнее ходить из корпуса в корпус через крытые переходы. И Сигма обычно так и делала. Но у Сигмы была привычка время от времени отступать от своих привычек. На день менять прическу, переплетая белые и черные пряди в одну косу. Вместо традиционного утреннего кросса пойти на гимнастическую разминку. Выпить утром вместо кофе горячее молоко.

– Куда… Куда вел портал? – спросил Мурасаки, почти не ожидая услышать ответ.

– Мы не знаем, Мурасаки. Как не знали и в случае с Ипсилоном. Одно могу сказать точно – энергетическая картина была точно та же, что и у предыдущего туннеля. Когда ты вошел, я как раз смотрела на сравнительные характеристики этих наведенных пиратских порталов за последние пять лет.

Мурасаки вспомнил диаграмму. Там было…