Тот, кто нарушает - Стефани Альвес

— Знаешь, что я в тебе люблю? — тяжело дышу я, мои бедра ритмично двигаются. Она вздрагивает подо мной, скуля, ее ногти впиваются в мою спину. Она качает головой, ее губы приоткрыты в прерывистом вдохе, когда я снова вхожу до упора, замирая на секунду, чтобы почувствовать, как она пульсирует вокруг меня.

— Я люблю то, как сияют твои глаза, когда ты смеешься, — говорю я, целуя уголок ее рта, затем челюсть и спускаясь к шее. — То, как ты дразнишь меня. Боже, это сводит меня с ума.

Она издает короткий резкий вдох, который переходит в стон, когда я выбираю правильный угол и попадаю в ту самую точку, от которой ее бедра начинают дрожать.

— Ты всегда знаешь, что мне нужно, — продолжаю я хриплым голосом, теряясь в ощущениях. — Такое чувство, будто ты читаешь мои мысли.

Я продолжаю толкаться, сохраняя медленный темп. Ее стоны становятся громче, голова откидывается назад, подставляя шею, и я пользуюсь этой возможностью, чтобы покрыть поцелуями линию ее горла.

— И ты такая чертовски умная, Изабелла, — рычу я ей в кожу. — Ты такая амбизиозная… Я знаю, ты добьешься всего, чего хочешь, и я буду рядом, поддерживая тебя на каждом шагу.

Она стонет и хватает меня за лицо, чтобы снова поцеловать; языки сплетаются, зубы слегка сталкиваются. Это хаотично и чертовски хорошо.

— Я так одержим тобой, — бормочу я ей в губы между толчками. — Боже, из-за тебя мне хочется следовать за тобой куда угодно. Ты могла бы утащить меня в ад, и я бы пошел за тобой с улыбкой на лице.

Она снова скулит, ее тело напрягается. Я чувствую, что она близко: она кусает губу, глаза трепещут, дыхание сбивается с каждым толчком. Я переплетаю наши пальцы, прижимая ее руки над головой, фиксируя ее, будто она — моя собственность. Потому что так и есть. Каждый сантиметр ее тела.

— Ты ведь кончишь для меня, детка? — хриплю я, целуя ее висок, щеку, снова губы. — Кончишь прямо на моем члене, пока я говорю тебе, как сильно я в тебя влюблен?

— Д-да, — стонет она, двигаясь навстречу, отвечая на каждый толчок. — Не останавливайся, пожалуйста, не…

— Не остановлюсь, — обещаю я, и не останавливаюсь. Я трахаю ее, нашептывая все, что я в ней люблю. Ее волосы. Ее глаза. Ее губы. Каждую ее часть, внутри и снаружи. Я так сильно люблю эту женщину.

Ее тело сжимается вокруг меня, и затем она откидывает голову, открывая рот в безмолвном крике, ее бедра зажимают меня в тиски. Я не прекращаю движений. Я даю ей пережить этот пик, даю ей рассыпаться на части, шепча ей в кожу.

— Я люблю тебя, — повторяю я снова и снова. — Люблю тебя, Изабелла.

Я целую ее шею, и она всхлипывает, когда я снова двигаю бедрами, ее тело подергивается вокруг меня. Она мокрая, полностью разбитая, но я хочу больше. Нам больше не нужно спешить. Я хочу проводить с ней время.

— Детка… — стону я в ее шею, и она двигается подо мной, глаза открываются. Я убираю волосы с ее лица, и она тянется к моему прикосновению. Я наклоняюсь, целую в щеку, челюсть, затем губы, слегка посасывая нижнюю губу, пока она не издает тот маленький всхлип, который сводит меня с ума.

— Думаешь, сможешь быть сверху? — шепчу я в ее рот, мой член все еще глубоко в ней, дергается от этой мысли. — Я хочу смотреть, как ты скачешь на мне.

— Да? — ее голос звучит совсем слабо, вызывая новую волну желания.

— О да, — выдыхаю я, осторожно меняя наше положение.

Я на мгновение выхожу из нее, и она издает нуждающийся, сокрушенный стон от потери близости — из-за него я едва не бросаю эту затею, чтобы просто вжать ее обратно в кровать. Но я хочу этого. Хочу видеть ее.

Я ложусь на спину, мои руки сразу ложатся ей на бедра. Я смотрю, как она садится на меня верхом, ее бедра скользят по моим, волосы падают на лицо. Она смотрит вниз, ее тело раскраснелось и блестит от пота, грудь слегка покачивается, пока она устраивается. Ее рука обхватывает мой член, и, черт, вид того, как она ласкает меня, направляя обратно в себя, почти лишает меня рассудка.

Она медленно опускается, не сводя с меня глаз, ее рот приоткрывается, когда я снова растягиваю ее внутри.

— Господи... какая ты тугая, — рычу я, сжимая ее бедра.

Она начинает двигаться, тереться о мой член, бедра в этом гипнотическом ритме, от которого я сдерживаю ругательства. Ее руки на моей груди, и я смотрю, как она медленно скачет на мне, губы приоткрываются, когда удовольствие снова нарастает в ней.

Ее грудь подпрыгивает с каждым движением, каждым толчком бедер, и я не могу оторвать глаз, пожирая ее взглядом.

— Я люблю смотреть, как эта тугая киска работает на моем члене, — шиплю я, губы касаются ее. — Такая жадная до этого, детка. Не можешь насытиться, да?

Она стонет и скачет сильнее, клитор трется о мой таз с каждым движением.

— Клянусь, я мог бы кончить только от того, как ты выглядишь. Ты чертовски сексуальна в этой позе, Белс. Так сильно сжимаешь меня, черт…

Она наклоняется, прижимается лбом к моему лбу, наши губы соприкасаются, и она снова стонет мое имя, сжимаясь вокруг меня. Я хватаю ее за бедра, толкаясь вверх ей навстречу, и она издает сдавленный крик, все ее тело дрожит.

— Продолжай, детка, — тяжело дышу я, толкаясь все сильнее, мои бедра врезаются в ее, заставляя ее ахать. — Скачи на мне.

Она теряет контроль; громкий, отчаянный стон вырывается из нее, когда ее тело сводит судорогой — ее киска пульсирует вокруг меня, обливая меня влагой, пока она бурно кончает.

Я сжимаю ее крепче, продолжаю трахать ее сквозь этот оргазм, преследуя свою собственную разрядку. Я держусь недолго. Она слишком хороша, слишком тесная, и с громким стоном я мощно кончаю глубоко внутри нее.

Мы оба дрожим, ловим ртом воздух; она навалилась на меня, кожа к коже, влажная от пота, ее бедра все еще подрагивают от отголосков удовольствия. Она затихает на мне, прижавшись грудью к моей груди. Я обнимаю ее за спину, притягивая ближе, наши тела все еще слиты воедино.

— Чертовски хорошо, — шепчу я ей в волосы, касаясь губами уха и вдыхая ее запах. — Я так сильно тебя люблю, Изабелла.

Она выдыхает ответ мне в шею, ее губы едва шевелятся, просто призрак