Полуночный комендантский час - Пенелопа Дуглас

— Я знаю, кто это, — бормочу я.

Быстро выхожу в коридор. Должно быть, Джером поделился моим номером. Я ведь чувствовал себя слегка виноватым, сбежав от него в ту ночь, но это чувство быстро выветрилось.

— Слушай, буду говорить прямо, — произносит он. — Время дорого.

Поворачивая голову через плечо, я наблюдаю, как Майло пытается заговорить с Софией, пока Даллас продолжает свои дела.

— Не знаю, интересен ли я тебе. То мне кажется, что ты подаешь знаки, то глухо, как в танке, но я определенно заинтересован.

В желудке сладко опускается — в том самом предвкушающем смысле. Он хорош собой, богат, ему есть что терять, прямо как мне.

И он честен. Никаких игр, никакого багажа из драмы.

Я сглатываю, одновременно ощущая легкий испуг и жгучее желание заиметь что-то свое.

— Мне не нужна любовь, — продолжает он. — И мне не нужны требования — просто столько длинных, жарких ночей, сколько захотим и сколько потребуется.

Я не могу остановить жар, приливающий от шеи к лицу. Улыбка расплывается на губах раньше, чем я успеваю ее спрятать.

— Я только о тебе и думаю.

Снова заглянув в класс, я вижу Далласа: он застыл у стола и сверлит меня тяжелым, суровым взглядом. И я понимаю, что все еще улыбаюсь.

И, наверное, заметно покраснел.

Он бы никогда мне такого не сказал. Ни единого слова из этого.

Впрочем, воображению это не мешает. Его пальцы на моей шее, его хриплый шепот у меня на губах: Я только о тебе и думаю.

— Ты еще здесь? — подает голос Майка.

Я отворачиваюсь, склоняю голову и понижаю голос:

— Да.

Слышу, как он тяжело вдыхает:

— Я отлично готовлю. И у меня потрясающая кровать... и невероятный душ... и парочка интересных игрушек... и очень голодный рот.

Я прикусываю губу, чтобы заглушить поднявшийся к горлу стон.

— И я чертовски хочу устроить тебе сегодня древний Рим, — дразнит он.

Черт побери. Член тут же наливается кровью, и мне приходится незаметно переступить с ноги на ногу.

Может, это как раз то, что мне нужно? Почему бы и нет?

В конце концов?

Он взрослый мужчина, а не эмоциональный калека, зацикленный на злости. Я не собираюсь становиться своим отцом, но и в священники записываться не планирую. Я заслужил немного отдыха. Заслужил кого-то, кто хочет меня.

— Завтра, — бросаю я. — Сейчас я не могу надолго отлучаться от сводной сестры. На семейной яхте есть отличная кухня. И неплохие кровати.

— Совсем одни?

Сердце пропускает удар.

— Да.

— Скинь адрес в смс.

— Ладно, — выдыхаю я.

Я сбрасываю вызов, а в ушах стучит пульс.

Не уверен, стал бы я добиваться его сам, но сейчас это ни капли не кажется ошибкой. Пора просто раствориться в удовольствии на пару часов с тем, кто не сможет причинить мне боль. По крайней мере, пока.

Я оборачиваюсь и смотрю на Далласа, который все еще следит за мной.

Понятия не имею, что у него за проблемы, но с ним вечно так.

И внезапно мне становится плевать. По крайней мере, сегодня.

Шагнув обратно в класс, я бросаю Софии:

— К Фиоре?

Она поворачивает голову и расплывается в сияющей улыбке:

— Пицца!

Она убирает краски, я беру ее за руку, выводя наружу, а Майло идет рядом. Глаза Далласа провожают нас до самого выхода, но я больше не удостаиваю его ни единым взглядом.

Глава 19

Даллас

Он болтал с кем-то по телефону, и при этой мысли в голове невольно возник вопрос: а как бы он выглядел, если бы разговаривал со мной?

Хотя мы никогда не общались по телефону. По крайней мере, когда были вместе. Я никогда ему не звонил, а на его звонки не отвечал. Мы переписывались. Коротко, по делу.

Я мотаю головой и зажмуриваюсь, пытаясь расслабиться, пока легкий ветерок шевелит кроны пальм и дубов.

Но образ его никак не идет из головы. Румянец на щеках. Улыбка на возбужденных губах. То, как вздымалась его грудь от предвкушения, с которым он был не в силах совладать.

Выступающие из-под одежды лопатки, сужающаяся к низу талия и совершенно безупречная, черт возьми, жопа, контуры которой так отчетливо проступали сквозь те спортивные штаны. Может, он болтал с тем наглым хлыщом из «Комнаты Вулфа». Может, с кем-то еще, но совершенно точно с тем, кого он мысленно уже раздевал.

Я сглатываю, открывая глаза, но перед взором — пустота.

Он выглядел... возбужденным. Счастливым.

Так, словно я не стоял в нескольких футах от него.

Я тяжело вздыхаю. Надо было нажраться еще несколько часов назад, как только вернулся домой.

Мы с Айроном отдыхаем у бассейна, пиво в бутылках так и стоит нетронутое, пока счастливые парочки плещутся в воде. Мейкон обнимает жену, пока носит на руках прямо в воде. Лив и Клэй смеются, целуясь и прижимаясь друг к другу со стаканами в руках.

Арми должен вернуться с минуты на минут. После работы он зависает в Сент-Кармене с какой-то горячей разведенкой, но с ночевкой остается только тогда, когда ее бывший забирает детей. Скоро комендантский час, так что Трейс проторчит в своем пабе до самого утра.

— Какого хрена вы оба творите? — ворчит Мейкон.

Мы с Айроном переглядываемся на нашего старшего брата, и я замечаю, что его хмурый вид сопровождается улыбкой.

Я сужаю глаза:

— Чего?

— Раньше вас обоих хрен было вытащить из баров и от баб, — продолжает он, — а теперь хрен выгонишь из дома.

Крисджен прижимается к нему, улыбаясь нам через плечо:

— Ой, оставьте их в покое.

— Они взрослеют, — поддразнивает Лив.

— Скорее, это волосы на моих яйцах растут, — отбрехиваюсь я.

Сестра с Клэй заливаются смехом, Мейкон трясется от умиления, кружа жену в воде.

Айрон косится на меня:

— Он что... улыбается?

Я бормочу в ответ:

— Жуткое