Дикий принц - Сиенна Кросс

Что я влюбилась в Антонио Феррара.

Это проклятое слово на букву "Л" эхом отдается в моей голове, когда Антонио входит в меня снова и снова, подталкивая меня ближе к забвению. Его рука обхватывает мою талию, ладонь зарыта у меня между ног, большой палец поглаживает мой клитор, когда он входит в меня сзади. Моя обнаженная грудь прижата к окну частного вагона поезда, зеленая тосканская сельская местность проносится мимо нас размытым пятном. Я стону от растущих угольков сильного удовольствия. Так жарко, знать, что в любой момент кто-нибудь, идущий по железнодорожным путям, может увидеть, как меня трахает накинутый на меня сильный мужчина.

Мужчина, который утверждает, что любит меня.

Его свободная рука сжимает мои волосы в кулак, откидывая мою голову назад, чтобы его язык мог ласкать мою шею. Он покусывает мою шею, задевая зубами чувствительную плоть, которая становится все более возбужденной с каждым сводящим с ума толчком.

Как только мы добрались до безопасного частного купе экспресса, мы продолжили с того места, на котором остановились, в pensione, с его членом глубоко внутри меня. Упиваться этим сильным удовольствием гораздо безопаснее, чем обсуждать слово на букву "Л" или все, что произойдет, когда мы доберемся до Рима.

И с такой скоростью мы доберемся туда в мгновение ока, всю поездку испытывая множественные оргазмы. Я не могу насытиться им. Ледяное стекло вызывает дрожь на моей разгоряченной коже, когда он набирает темп, его толчки становятся все более дикими с каждым движением бедер. Я отвечаю ему удар за ударом, так изголодавшись по нему.

— Я собираюсь кончить, — Я тяжело дышу.

— Подожди меня, tesoro. — Его теплое дыхание касается раковины моего уха, затем он берет в рот чувствительную мочку и прикусывает.

Волна мурашек пробегает по моей коже, прижимая соски к стеклу в виде тугих пиков.

— Посмотри, Серена, посмотри на пологие холмы, глубокие зеленые долины, виноградники, которые тянутся на многие мили. Разве моя страна не прекрасна?

Я бормочу "да", теряясь в нарастающем оргазме.

— И все же это меркнет по сравнению с тобой. Ты, Серена Валентино, восхитительна. — Он посасывает мою шею, покусывая чувствительную плоть, и все мое тело распаляется от комплимента. — Я бы хотела, чтобы мы могли оставаться так вечно. — Он толкается сильнее, шлепки его бедер по моей заднице отдаются эротической гармонией. — Dio, должно быть, я сделал что-то правильное в своей жизни, раз оказался здесь с тобой.

Его искренние слова ломают эту последнюю стену, уничтожая всякую сдержанность. — Я больше не могу ждать, — выдыхаю я. Я бормочу что-то невнятное, когда плотина рушится, и удовольствие с ревом проносится сквозь меня. Огонь обжигает мои вены, срывая крик с моих губ, мои колени дрожат от ошеломляющих ощущений. Рука Антонио обвивается вокруг меня, удерживая равновесие, когда он входит в меня в последний раз.

Я чувствую, как его член дергается внутри меня, за мгновение до того, как его губы оказываются у моего уха, он стонет мое имя, кончая. Мы вместе плывем на волне экстаза, оба все еще прижимаемся друг к другу, испытывая все до последней капли удовольствия, пока итальянская сельская местность размывается перед нами.

With love, Mafia World

ГЛАВА 49

Почти дома

Антонио

Римская сельская местность проносится мимо, мягкое покачивание поезда убаюкивает мои бурлящие мысли. Запуская пальцы в волосы Серены, лежащей у меня на коленях, я смотрю вниз на женщину, которую люблю. Я не думал, что способен на такие эмоции, и все же, теперь, когда я перестал бороться с ними, правда об этом бурлит глубоко в моем мозгу. Она все еще обнажена, мы оба, и моя сперма скользит по ее бедрам. Это самое восхитительное, что я когда-либо видел.

Ее глаза закрыты, дыхание тихое.

Она моя tesoro, сокровище моей настоящей жизни. Теперь я никогда ее не отпущу. Нравится ей это или нет. Монстр, который живет в темных уголках моего разума, рычит на последних словах. Игнорируя правдивость его слов, я делаю невероятно насыщенный вдох. Я не могу вспомнить, когда в последний раз я кончал так много раз. И самое безумное, что я мог бы сделать это снова. От одной мысли о Серене во мне разгорается желание, и мой член подергивается.

Я никогда не знал, что секс и любовь могут быть так неразрывно связаны.

Впервые за многие годы я по-настоящему сочувствую Рафу. Я наконец-то понимаю, что он сделал и почему. Потому что всего несколько недель с Сереной, и я могу честно сказать без малейших сомнений, что уничтожу любого, кто приблизится к моей tesoro. Я бы сравнял с землей всю страну, если бы это было необходимо для ее безопасности.

И я сделаю это... как только она будет спрятана в моем убежище в Риме.

Но это означало бы оставить ее одну, а мысль об этом внезапно становится неприемлемой.

Это пробуждает огненную ярость у меня внутри и заставляет жар пульсировать по венам. Мой инстинкт защищать ее, кажется, врожденно связан с моим желанием трахнуть ее. Как будто, когда мой член находится глубоко в этой теплой киске, я знаю, что ей не причинят вреда.

Поезд начинает замедлять ход, и яма ужаса разворачивается в моем животе. Наша блаженная передышка подошла к концу.

Серена, должно быть, тоже чувствует замедление, потому что ее веки открываются, и она растягивается у меня на коленях, от дымки глубокого насыщения в этих завораживающих сапфировых глазах захватывает дух. — Мы уже на месте? — Она ухмыляется.

— Мы прибудем в Рим через несколько минут. Наверное, нам стоит одеться.

Ее губы поджимаются, и это доставляет мне непомерное удовольствие. — Фу, нам обязательно это делать? — Она такая же одержимая, как и я. Только она полностью проигнорировала мое признание в любви.

Это должно раздражать меня еще больше...

Это так, но опять же, наши отношения не были обычными. Но я помню, как кто-то сказал мне, что приятных историй о любви не бывает.

Dio, что эта женщина сделала со мной? Я мечтаю о любви...

— Да, мы должны. — Наклоняясь над ее головой, я тянусь за ее сброшенной одеждой и предлагаю сначала лифчик и трусики.

Разочарованно зарычав, она садится, чтобы я, наконец, мог свободно передвигаться по купе. Может быть, она так же нервничает из-за того, что должно произойти, как и я. Присев на корточки, чтобы поднять с пола свои брюки, я роюсь в кармане в