Дикий принц - Сиенна Кросс

— Просто отпусти Антонио, — мне удается выдавить из себя, мое зрение темнеет по краям. — Я та, кто тебе нужна, верно? Это все касается меня и моей семьи.

Санти смеется, звук резкий и отвратительный в моих ушах. — О, это даже близко не конец, Сир. Ты — только первый кусочек головоломки.

Черт, мои кузены. Мое дыхание сбивается, когда приходит осознание, растрачивая последний оставшийся в легких воздух. Хватка Санти усиливается, и мои колени подгибаются, когда темнота вторгается в мое зрение.

— Серена, нет! — Голос Антонио, выкрикивающего мое имя, эхом отдается в моем подсознании, пока он борется с наручниками.

— Я люблю тебя, — произношу я одними губами, надеясь, что он поймет сквозь этот хаос.

Его испуганное, разъяренное лицо — последнее, что я вижу, прежде чем зловещая чернота поглощает меня.

With love, Mafia World

ГЛАВА 51

Ты спасла меня

Антонио

— Porca puttana. Maledetto pezzo di merda97! — Лавина проклятий вырывается из моих стиснутых зубов, когда я смотрю, как Серена падает в обморок, и я ничего не могу сделать, кроме как бесполезно бороться с проклятыми наручниками, впивающимися в мои запястья. Я пытался открыть замок кончиком ножа, но пока мои усилия напрасны. Мой взгляд опускается на ее неподвижную фигуру, распростертую на полу, и волна ярости обрушивается на меня.

Затем из темноты вырывается луч света...

Мне показалось или она сказала мне, что любит меня, прямо перед тем, как потерять сознание? Dio, я должен знать.

— Когда я освобожусь, я, блядь, уничтожу вас обоих, — рычу я. — Тогда я протащу ваши ободранные трупы через весь город Рима, чтобы все увидели, что происходит, когда ты причиняешь боль тому, что принадлежит мне. — Я бросаю взгляд на Сантьяго, потом на Федерико. — И просто для ясности, Серена Валентино моя.

Ее друг заливисто смеется, но напряжение на его лице выдает истинное состояние. — Может быть, в загробной жизни. Вы двое сможете жить долго и счастливо в аду, которого вы заслуживаете.

— Я выпотрошу тебя голыми руками, прежде чем позволю тебе снова прикоснуться к ней. — Dio, мне просто нужно добраться до нее. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоить свое безумное сердцебиение и неистовые движения, я вставляю лезвие ножа в запорный механизм. Если я только смогу отключить храповик...

— Вы оба будете мертвы задолго до того, как тебе представится такая возможность. — Санти ухмыляется, устраиваясь на диване.

— Тогда возьми меня вместо нее. Я сдамся и позволю тебе делать со мной все, что ты захочешь. Просто отпусти ее.

— У меня уже есть ты, Феррара. — Он ухмыляется, и я не могу дождаться, когда сорву эту дерзкую ухмылку с его лица. — Кроме того, мне просто нужно сохранить жизнь Серене достаточно долго, чтобы заманить сюда Изабеллу, Маттео и Алисию. Я слышал, Алессандро и так едва жив. Его приезд был счастливым совпадением, которое я не мог упустить. Валентино и Росси украли жизнь моей матери, так что теперь в качестве расплаты я получу жизни их детей.

Он много говорят, учитывая, что он может истечь кровью в любой момент.

— Ты такой предсказуемый. — Раздается резкий смех, когда я смотрю на bastardo, яростно работая над кандалами у себя за спиной. — Ты убил мою маму, а теперь я собираюсь убить тебя, — Я усмехаюсь плаксивым голосом. Затем поворачиваюсь к Федерико. — Какое у тебя оправдание?

— Я ненавижу тебя. — Он пожимает плечами, прижимая полотенце к ране на предплечье и морщась. — Всегда ненавидел. Просто в тебе есть что-то такое, что меня раздражает.

— Я ценю твою честность. — Я шевелю кончиком ножа, и что-то щелкает. В глубине моего нутра загорается надежда, и я бросаю быстрый взгляд на Серену. Ее грудь медленно поднимается и опускается, из пореза на голове все еще сочится кровь.

— И поскольку старик уходит на пенсию, — продолжает Федерико, тяжело дыша, — захват рушащейся империи Феррара — идеальный способ укрепить позиции в качестве нового capo Сартори.

— Как это амбициозно с твоей стороны, Феде, а я-то думал, что ты просто избалованный ребенок, прячущийся за огромной властью своего отца. — Еще один поворот... Еще один щелчок, и замок открывается. Боль пронзает мои запястья, когда я, наконец, высвобождаю одну руку из холодного металла наручников. Сжимая браслеты кончиками пальцев, чтобы они не упали на пол, я смотрю на пару, затем на свой пистолет, лежащий на полу у двери. Слишком далеко, чтобы дотянуться, но оба мужчины залечивают огнестрельные ранения благодаря мастерству Серены в стрельбе, а я просто немного потрепан, к тому же у меня есть нож, о котором они ничего не знают.

Мне нравятся мои шансы.

Я вскакиваю на ноги в мгновение ока, адреналин маскирует слабую боль в суставах от времени, проведенного связанным и неподвижным. Федерико и Санти скрючились на диване, сосредоточившись на своих ранах, а не на мне. Их пистолеты лежат на журнальном столике в пределах досягаемости.

Я сжимаю нож в кулаке, его рукоять плотно ложится в мою ладонь, ощущая знакомую и успокаивающую тяжесть, и придвигаюсь на дюйм ближе.

Голова Санти вскидывается, его глаза расширяются от смеси шока и страха. — Антонио, ты... — начинает он, но его слова обрываются, когда я подхожу ближе, лезвие блеснуло на свету.

— Я думаю, мы достаточно поговорили, — Я прерываю: Федерико нащупывает свой пистолет, ругаясь себе под нос, поскольку раненая рука замедляет его движение. Я не даю ему возможности прицелиться. Быстрым движением я выбиваю оружие из его досягаемости, отбрасывая его на пол.

Сантьяго бросается на меня, его крупное телосложение само по себе является оружием, но не таким хорошим, как у меня. Я делаю шаг в сторону, используя его инерцию движения против него, и он, спотыкаясь, проходит мимо. Затем я делаю еще один выпад, и мой нож находит свою цель, неглубокий порез на его бедре. Он воет и отшатывается назад, ударяясь о стену.

— Тебе следовало оставаться вдали, imbecille. — Я обхожу его, сжимая нож, другим глазом наблюдая за Федерико, который пытается прислониться к стене. — Нет, это не имеет значения, я в любом случае сделаю тебе больно.

Федерико снова хватается за пистолет, на его лице читается отчаяние. Я сокращаю расстояние между нами, мой удар вызывает острую боль в ноге, но вышибает из него дыхание. Он со стоном падает, схватившись за бок. Я снова бью его, на этот раз целясь в голову. Сегодня пощады не