Лезвие бритвы - Энн Бишоп

— Дядя Дуг немного рассказал о том времени, когда он был молодым полицейским, выжили и служил в населённых пунктах, окружённых дикими землями. Я помню, как он говорил, что существует буферная земля терра индигене, которая отделяет человеческие места от дикой страны, и что очень немногие люди когда-либо видели настоящую дикую страну и выжили.

— Мин как-то сказал мне, что на Грейт Айленде нет дикой страны. Большая часть острова нетронутая земля, принадлежащая Иным, но все терра индигене знают о нас, и даже те, кто не взаимодействует с нами напрямую, участвуют в охоте или сборе урожая, что выгодно обеим сторонам.

— Посредники, как и Иные, кто живёт в Дворах. — Роджер помолчал. — Я никогда не забываю, что сказал дядя Дуг во время того визита. Он сказал, что люди думают о дикой стране только с точки зрения необработанной земли и расстояния от человеческих жилищ. Но когда Иные говорят о дикой стране, они говорят о том, кто живёт на этой земле, а также о самой земле. Он сказал, что люди думают, что буфер между человеческой землёй и дикой страной всегда измеряется километрами, но иногда буфер между одним и другим может быть измерен метрами, и когда эта истина игнорируется, люди умирают, а человеческие места исчезают.

Стив кивнул.

— Это согласуется с тем, что я наблюдал у Иных. Думаю, есть ранги коренных жителей. Первый ранг, это тот, который имеет дело с нами. Когда наши предки пришли на этот континент, эти коренные жители наблюдали за нами и видели навыки, которые они хотели приобрести. Может быть, они уже пользовались простыми инструментами и рассматривали наши как улучшение того, что у них было. Конечно, люди были захватчиками, которые были одновременно соперничающими хищниками и новым источником пищи, но мы жили стаями и были поняты до некоторой степени. И некоторые из терра индигене были достаточно любопытны или достаточно преданы своему собственному виду, чтобы изучать нас, чтобы стать… заражёнными… нашей формой и некоторыми действиями, которые делают нас людьми.

— Второй ранг это коренные жители, которые живут на буферной земле и на краю дикой страны и имеют те же формы, что и те, которые живут в Дворах. Может быть, они могут приблизиться к человеческой форме настолько, чтобы использовать наши инструменты, и им нравятся некоторые вещи, которые делают люди. Поэтому они будут собирать деревья на своей территории, чтобы делать бумагу для книг, и разрешат добывать уголь, золото, серебро и всё остальное, что может быть на их земле. Немного. И они обычно не имеют дела непосредственно с людьми; они имеют дело с первым рангом терра индигене.

— А третий ранг? — спросил Роджер.

— Третий ранг никак не затронут людьми и живёт на земле, которая считается настоящей дикой страной, то есть большей частью Таисии. Эти коренные жители не хотят, чтобы мы были здесь, никогда не хотели. Пока мы не привлекаем к себе слишком много внимания, пока мы не представляем угрозы для их собственного вида, нас будут терпеть. Но когда они решат, что больше не намерены терпеть нас… — Стив содрогнулся.

Роджер посмотрел на Стива.

— Это то, что ты чувствуешь? Что это третий ранг коренных жителей, и они наблюдают за нами?

— Да. Я сомневаюсь, что Саймон Вулфгард любит или доверяет большинству людей. Если бы я был Волком, то, наверное, чувствовал бы то же самое. А шесть месяцев назад ему было бы всё равно, если бы однажды утром он проснулся и увидел, что все люди исчезли. Теперь он кровно заинтересован в том, чтобы некоторые люди выжили, и мы должны помочь ему поверить, что мы должны быть среди этих людей.

— Боги небесные и боги земные, — выдохнул Роджер. — Так вот почему эти коренные жители здесь? Наблюдать за нами?

— Нет, — медленно ответил Стив, руководствуясь чувствами. — Мы их не интересуем. Если верить некоторым старым историям, коренные жители существовали в той или иной форме с самого начала мира. Они были главными хищниками тогда, и они являются главными хищниками сейчас, потому что они меняются по мере того, как меняется мир, поглощая качества от новых видов хищников, не теряя сути того, чем они являются, — уверенность поселилась между его лопатками. — Они здесь не потому, что им любопытен вид, который не является частью их собственного. Они интересуются Саймоном Вулфгардом и тем, что он пытается сделать здесь и в Дворе Лейксайда.

— Потому что им интересно, представляет ли он следующую адаптацию терра индигене? — спросил Роджер. — Волк, который может занять место человека, но при этом остаться Волком?

Стив оглядел общину, дома и землю за ними.

— Надвигаются новые бури. Большие штормы. Сильные штормы. Мы должны заставить это место работать. Мы должны доказать терра индигене, что можем мирно делить работу и мир. Вот такое у меня чувство.

Роджер ничего не ответил. Затем он кивнул.

— Я в деле, — он указал на дом. — Я бы хотел заглянуть внутрь.

— Тогда давай хорошенько посмотрим, прежде чем отправимся обратно в Причал Паромщика и разработаем предложение о том, что нужно самодостаточному сообществу.

ГЛАВА 41

День Таисии, Майус 17

Саймон открыл дверь в одну из комнат над офисом Связного и отступил в сторону, пропуская Пита Денби вперёд. Человек хотел иметь собственную маленькую берлогу для работы. После некоторого размышления и обсуждения среди членов Деловой Ассоциации было решено, что кабинет над офисом имеет смысл до тех пор, пока клиенты Денби достаточно молоды и здоровы, чтобы подниматься по лестнице.

— Хочу ли я знать, для чего использовалась эта комната? — спросил Пит, оглядываясь.

— Она использовалась для секса.

Саймон думал, что это было очевидно, так как главным предметом мебели была кровать, но люди не всегда видели или обоняли очевидное.

— Я слышал, что для этого есть комнаты над социальным центром.

— Да, но эта… — Саймон нахмурился, не зная, как объяснить разницу.

— Представительские апартаменты?

Пит не обнюхивал всё вокруг, как это сделал бы Волк, но он проверил каждую часть комнаты.

Саймон кивнул.

— Более приватно. Но они почти не использовались, и нам больше не нужны обе комнаты для секса.

На самом деле он не мог припомнить случая, чтобы обе комнаты были нужны в одну и ту же ночь.

Пит посмотрел на него, но ничего не сказал. Вместо этого он проверил ванную, даже спустил воду в унитазе и открыл воду в раковине и душе, прежде чем подошёл к окнам, выходящим на зону доставки и вход на Главную улицу.

— У