Все приключения Ивидель Астер - Анна Сергеевна Сокол

— Вашего Альберта еще надо найти. Есть кое-кто поближе. И когда начнут разбираться, выйти на виновных не составит труда. Например, на Гикара, который изготовил инструментариум…

— Травник, оружейник, ювелир и кожевенник, — произнесла я, мгновенно поняв, о чем говорил милорд Виттерн.

— Кожевенник Грен изготовил бурдюки для Золотого дождя, после которого должно было начаться заражение, — кивнул мужчина и снова дотронулся до ошейника, чем очень меня напугал. — А травник вполне мог изготовить яд.

— Линок этого не делал, — я чувствовала себя обязанной защитить парня. Наверное, потому, что он тоже ввязался во все это вслепую, вместе с нами, пока серые и иже с ними решали мировые проблемы.

— Да, не делал, — согласился учитель. — Но в случае удачно проведенной операции вряд ли это имело бы значение. Хватило бы и одной возможности.

— А ювелир? Главарь банды?

— Не тот масштаб. Ювелир не глава, максимум финансист этой операции, на все нужны деньги, даже на материалы: на кожу и воду…

— Тогда кто… — начала я и тут же поняла. «Его кандидатуру одобрили», — сказал белобрысый. — Оуэн!

— Аристократ, жестокий барон, натравивший собак на ребенка, — вставила серая.

— В виновность такого сразу поверят. Его отец — поставщик вина к празднику, вино должно было спровоцировать еще одну волну заражения. Заболев коростой, наследник богатого баронства сошел с ума и решил прихватить с собой на тот светвесь город. Чем не вариант для обвинения? А для черни, так и вовсе установленный факт, — он вздохнул. — Возможно, в этой цепочке есть еще звенья, и мы рано или поздно дойдем до них.

— Скорее поздно, — Аннабэль покачала головой. — Если не примете помощь серых.

— Но теперь вы все знаете, — проговорила я, не обращая внимания на перепалку. Мне не было дела до разногласий Академикума и серых. Я заставила себя разжать пальцы и отпустить мятую ткань. — При чем тут измена князю?

— Ну, сначала накажут очевидных виновных…

— Подставных, вы хотите сказать, — вставила Аннабэль.

— Неважно, — отмахнулся магистр Йен. — Народный гнев, погром лавок, убытки, травмы, смерти. Уверен, провокаторы, которые заведут толпу и направят народный гнев в нужное русло, уже проинструктированы. А потом, когда первая волна схлынет, — учитель развел руками, — люди начнут задаваться вопросом: куда смотрит князь? И смотри ли? Они всегда задают такие вопросы. Затворник не покидал Запретного города уже лет десять, жив ли он, или княжеством и сопредельными равнинами давно правит первый советник?

— Я думаю, все еще проще, — серая отошла от стены. — Не зря же они озаботились и запаслись противоядием.

— Народный спаситель? — нахмурился милорд. — Тот, кто выйдет из тени в нужный момент и излечит благодарный народ?

— Он самый.

— Ходили слухи о воре, что оглушал людей и… — я замялась, — излечивал их. Говорят, князь обещал ему прощение и награду, пусть только принесет противоядие.

— Н-да, — Йен Виттерн постучал пальцами по столу. — Только народного героя и революции нам не хватало.

— Мы здесь ни при чем! — выкрикнула я. — Лучше у нее спросите, — я указала на бывшую баронессу. — Что за многолетняя дружба связывает ее и того старого гвардейца с площади? Того гвардейца, что пытался отобрать у нас с Гэли иснтрументариум! Его поймали? Нет? А еще она утаила, что он маг.

Прозвучало немного обиженно, с теми же интонациями, с какими я жаловалась матушке на Илберта, в очередной раз удравшего с друзьями в горы, но мне было все равно. Я действительно обиделась. И испугалась.

— Я и забыла, что вы художник. Ивидель. — Серая подошла к столу. — Что ни время, ни морщины не скроют от вас истинное лицо. Только вы могли узнать на старой фотографии молодого слугу. Узнали, сделали выводы и удрали из моего дома. Одна! Ночью! Спасать этого… этого… баронишку… — она выдохнула и посмотрела на учителя. — Гвардеец был магом. Дар проснулся, когда Арирх был еще мальчишкой. Он не поступил в Магиус. Мой дед не стал оплачивать обучение сына камердинера. Итог — тот отправился в Отречение и был отрезан жрицами от силы.

— Разве ее можно вернуть? — удивился учитель.

— До сегодняшнего дня я думала, что нет, — вздохнула баронесса и стала неторопливо стягивать перчатку.

— Когда будут результаты эксгумации? — спросил учитель. Похоже, мои обвинения не произвели на него ни малейшего впечатления.

— Скоро, — перчатка из синей кожи полетела на стол. — Что вы так смотрите на меня, Ивидель? Я не злодейка и не главарь банды охотников за артефактами. Я сразу отдала приказ вскрыть могилу Арирха. И даже отца! Они погибли вместе десять лет назад на одной из гондол князя. Ушли к Девам и не могут вернуться, будь Арирх даже самым сильным из магов. Смерть не излечить.

— Если гвардеец — маг, то почему он не применил силы раньше — против меня и Гэли? — спросила я.

Они переглянулись. Видимо, этот вопрос волновал не только меня.

— Мы не знаем, — ответила Аннабель.

— Вот об этом и поговорим, — учитель как бы невзначай коснулся пальцем конверта на столе и поправил манжеты. — Для вас, Астер, эта история началась…

— В лавке Гикара, — я присмотрелась к бляшке сургуча на коричневой бумаге, к оттиску на конверте. Оскаленная змеиная пасть. Герб Астеров. Официальная печать отца. Я выпрямилась. Значит… значит, папеньке уже отписали. Но как? Когда успели? За два часа письмо не то что до Кленового Сада не дойдет, оно и пределы Льежа не покинет. — Мы с Гэли просто пошли за покупками.

Тогда я была уверена в своих словах. И никто не усомнился. В ошибках вообще не принято сомневаться, и чем больше ошибка, тем сильнее уверенность в правильности.

— С Гикара, — Йен Виттерн достал чистый лист бумаги и стал записывать. — А вечером…

— Вечером кто-то ударил по голове посыльного, доставлявшего покупки, — вставила серая. — Девушки не одну лавку посетили. Дальше ограбление дома Миэров, к счастью, неудачное. Первоначальная версия, что хотели украсть «Око Девы», не подтвердилась. Собственно, вора застрелили как раз потому, что хозяин увидел его в артефакте, так что впору начать сомневаться в здравомыслии грабителя. Вывод: охотились за чем-то другим. Мы перетрясли