Доппельгангер - Рита Лурье

– Я хорошо стреляю! – перебила Джуди, применив главный контраргумент. Итану ли не знать? Однажды он чуть не стал счастливым обладателем сквозного отверстия промеж глаз. Не надо было выводить из себя девушку, вооруженную пистолетом. Ему просто сказочно повезло, что тогда она проявила великодушие.

Тогда… когда?

Куда, кстати, запропастился потом пистолет? Где он сейчас? Вдруг опять пригодится.

Джуд была близка к тому, чтобы снова пустить его в дело. Впрочем, в приюте девчонка справлялась и кулаками. Била она крепко.

– Тебе самому ещё не надоело? – обиженно сказала она. Она стряхнула руку мужчины со своего плеча и поменяла позу, отвернувшись к нему спиной. С сердитым сопением она уставилась на платяной шкаф в углу спальни.

– Что именно? – растерялся Итан.

Он перегнулся через неё, чтобы заглянуть в лицо, но девушка уткнулась носом в подушку. Ей не хотелось демонстрировать ему злые слезы, выступившие на глазах.

– Уязвлять меня каждым словом! – с надломом воскликнула она. – Я только и слышу от тебя, какая я хреновая! «Безответственная девчонка», «жалкое, одноклеточное создание», «твоя безалаберность впечатляет». Я устала! Почему ты вообще со мной, если я так тебе отвратительна?! Катись к своей бывшей жене! Или… Зря, что ли, Габриэлла старается и виляет перед тобой хвостом? Почему бы тебе не трахнуть её? Наследства Уокеров вполне хватит, чтобы удовлетворить её аппетиты!

«Он этого не говорил», - запоздало поняла Джуди. Итан этого не говорил. Искрометные, ядовитые высказывания в её адрес принадлежали кому-то другому. Тому, кому она угрожала пистолетом. Тому, с кем целовалась в гостиной. Гостиной их дома, между прочим!

Беспросветный мрак.

Девушка сама загнала себя в тупик и оказалась в ужасном положении, вынужденная выбирать меньшее из двух зол. Если Итан всё признает, она отделается лёгкой обидой. Если примется всё отрицать, вот тогда случится настоящая катастрофа. Небеса разверзнуться. Между ними встанет неведомый призрак.

– Эй-эй, - мужчина вызволил её из-под подушки, глядя на Джуд обескуражено и будто виновато. – Что с тобой, мелкая? Когда ты стала такой обидчивой? – вздохнув, он всё-таки сдался, - извини, я не думал, что ты воспримешь так близко к сердцу.

– Ну конечно! - вспылила девушка.

Она ждала, но услышала вовсе не подтверждение, в котором нуждалась.

– Мы как-нибудь разберёмся с разумными машинами, - пообещал Итан, стирая костяшками пальцев слезинку с её щеки. – Только, ради всего святого, не реви. Я люблю тебя.

«Какие к чертям собачьим разумные машины?» – раздраженно подумала Джуд. Тут, между прочим, решается её судьба, а он цитирует культовый фильм!

Итан совершенно невыносим. Во всех мирах. Во всех своих воплощениях!

– Я тоже тебя люблю, - пробормотала девушка, не зная толком, к кому обращается. К нему, или к тому, другому.

«Извини, но я не он».

Мужчина целовал её, чтобы успокоить, совсем как тогда, в полумраке гостиной после неудачливого допроса. В голове Джуд всё окончательно перепуталось, но она заметила очевидное сходство. Тягучую, нестерпимую нежность, как после долгой разлуки.

Впрочем, вскоре она обо всём позабыла. Итан нашёл верный способ избавить её от душевных терзаний. Легкими и невесомыми были лишь касания губ. В противовес им, в руках, скользящих по её коже, чувствовалась властность и стремление обладать.

После душа Джуди не потрудилась одеться, под сбившимся в сторону одеялом она была полностью обнажённой. Она отпихнула ткань, ведь тело ощущалось пылающим, как в лихорадке. Возможно, она и правда была больна, это объяснило бы её невероятную ненасытность.

В последние несколько лет её личная жизнь была и то куда менее насыщенной, чем за один только сегодняшний день. Но…

Джуд заскулила, призывно разводя бедра, требуя заполнить её чем-то большим, чем дразнящие пальцы. Сейчас ей было абсолютно плевать, чьи руки ласкают её между ног и сжимают ноющую грудь, лишь бы только продлить удовольствие.

Он сказал: «Я бы тебя не бросил».

Но бросил! Где он теперь, тот человек с непроницаемо чёрными глазами и вымученной улыбкой.

Так что пусть катится к чёрту! Грош цена его обещаниям.

Итан разорвал поцелуй и прижал её спиной к своей грудной клетке. Его кожа не была потусторонне-холодной, она обжигала. Он придержал девушку под коленом, заставляя раскрыться и обеспечить лучший угол проникновения в её тело, но всё равно вышло немного болезненно. После двух половых актов подряд с непривычки саднило промежность. Это не уменьшало желания. Джуд легко стерпела минутный дискомфорт.

Она прикусила кулак, чтобы не быть слишком громкой. Приглушенный, сдавленный звук прорвался и через эту преграду.

Мужчина отвёл её руку в сторону, разрешая не сдерживаться в своих порывах, и протолкнул ей в рот свои пальцы. Они оказались немного солеными. После того, как побывали у Джуди внутри.

– Ты на вкус, как океан, - шепнул Итан, опаляя её шею разгоряченным дыханием. Это, наверное, было самое прекрасное и самое порочное, что ей когда-либо доводилось слышать. И самое ужасное!

Ведь она всё вспомнила.

Соль и мускус океана, на берегу которого он попробовал её в первый раз. Не Итан, а кто-то другой, намертво прописавшийся в её мыслях.

Голоса замолчали, тени убрались обратно во мрак, остался лишь он.

Гость из зеркала.

Разум связал концы разорванных нитей в самый неподходящий момент. Сейчас этого делать точно не стоило. Не тогда, когда Джуд должна была упиваться прикосновениями любимого мужчины и его движениями в своём теле. Это было предательством, думать о ком-то другом, пока Итан, прикусив её за загривок, изливался в ней.

«Большее, на что ты можешь рассчитывать – физическая близость» – предостерег её он.

Конечно, Джуди ослушалась. Вот и наступил час расплаты.

Девушка почувствовала сокращение внутренних мышц и бесконтрольную дрожь в коленях. В ушах зашумело, всё барьеры пали, и она потеряла контроль. Запретное имя воспользовалось этим, чтобы беспрепятственно выскользнуть изо рта.

– Натан.

Оглушенная тишиной, нахлынувшей со всех сторон, Джуди вскочила, чтобы спастись бесславным бегством. Трусливый побег был лучшим из всех решений, принятых ей за последнее время.

На бегу кутаясь в рубашку, она услышала удар кулака. Ей оставалось только порадоваться, что пришёлся он на спинку кровати, а не на её непутёвую голову.

Не помня себя, Джуд примчалась к зеркалу и плюхнулась перед ним на колени.

Прохладная, тёмная гладь остудила её горяченный лоб, но не мысли. Девушка стиснула раму в пальцах до хруста в костяшках. Витиеватая резьба отпечаталась на ладони.

Джуди отупело разглядывала узор на коже,