Квест по мирам с принцем обмана - Анна Бахтиярова

— Мы далеко. Живем и ни во что не вмешиваемся.

— Но мы — те, кто есть. Тем более, вместе.

Я так и не поняла, что подразумевалось под этим «вместе». По отдельности Сивилла нас меньше опасалась? Но Винсент вообще безобиден. Да, он был солдатом. Но это в прошлом. Сейчас он — большой ребенок.

От родителей присутствие в моей жизни брата я пока скрывала. Ни к чему им такое знание. Навестила я их только раз. Через пару дней после возвращения в город. Отказалась говорить об Александре Гарте. Хотя они и хотели знать подробности встречи. Сказала только, что мне ужасно не понравился их бывший приятель. Хам, каких поискать. Поэтому я не стала ждать, пока его мордовороты посадят меня на поезд. Уехала раньше. Сама. Провела время у друзей на природе. Каталась на лошадях, много гуляла на свежем воздухе. Не знаю, поверили ли родители до конца. Я видела, как они пару раз переглянулись. Но сделала вид, что не заметила.

— Главное, что ты отдохнула и получила новые впечатление, — подытожила мама.

— Получила, — подтвердила я, выдавив улыбку.

Знали бы родители сколько было этих самых впечатлений, точно бы не стали улыбаться в ответ.

…В общем, я делала вид, что всё в порядке. Что странности закончились, а жизнь вернулась в привычную колею. Точнее, встала на путь возвращения.

Вспоминала ли я квест по мирам? Думала ли о принце, которого пообещала дождаться?

Конечно, да.

Такое быстро не забудешь. Но угрызений совести из-за невыполненного обещания я не испытывала. Принц сам мне лгал. Много о чем. Будем считать, что мы квиты. И вообще, как именно он собирался мне помочь? Он ведь не может путешествовать по мирам без риска заблудиться. А я прекрасно справилась сама. Иногда он мерещился мне в толпе. Но я понимала, что это лишь игры разума. При ближайшем рассмотрении это всегда оказывался кто-то другой. Принц обмана Эдвард Лоренгельм при всем желании не сумел бы сюда добраться. Даже в Тайной бухте — в непосредственной близости к Жемчужине Ронды — он был невидим для всех, кроме меня. Почти призрак.

А я сейчас далеко от границы миров.

* * *

Началом конца нашей с Винсентом спокойной жизни стал день, когда, как любят говорить, ничего не предвещало беды.

Мы позавтракали в кафе на набережной, немного погуляли. Брат рассказывал, как в детстве любил запускать кораблики в пруду. Вернулись домой мы довольные и расслабленные. Но в дверь позвонили. Я даже переодеться не успела.

Это оказались родители, которые еще ни разу не приезжали ко мне без приглашения.

— Мы были поблизости, — прощебетала мама. — Решили заглянуть.

Они уже входили в квартиру. А Винсент вышел в холл, услышав голоса.

— Добрый день, — поздоровалась с ним мама, глядя с подозрением. — Вы друг Натали?

Я собралась было ответить, что это коллега. Работает со мной над квестами, и вообще мы очень заняты.

Но Винсент успел раньше. Ткнул пальцем в сторону моих родителей и выпалил:

— Похитители! Заодно с гадиной Сивиллой! Это они тебя увезли!

Надо было видеть лица нежданных гостей. Особенно мамино. Папа, конечно, вытаращил глаза от удивления. Но она… Она испуганно охнула, попятилась, врезалась в стеллаж, и с полок посыпались вещи: с нижних — обувь, с верхних — шляпы, шарфы и всяческая мелочь. И не только мелочь. Одна увесистая сумка просвистела в считанных сантиметрах от маминой головы.

Я закрыла глаза на несколько секунд. И тяжко вздохнула.

Что ж, простой путь теперь исключен. Придется идти длинным. Неприятным для некоторых участников.

— Нет, это не друг, — проговорила я, поочередно посмотрев на родителей. — Это мой брат Винсент. Но вы уже и сами, подозреваю, догадались.

— В смысле, брат? — попыталась мама поиграть в глупые игры.

— А давайте не будет унижать ложью ни меня, ни себя, — отчеканила я жестко. — Ни к чему делать вид, что вы ничего не понимаете.

— Натали, дорогая, — начал папа тоном, будто говорил с больным ребенком.

Но я зарычала. В буквальном смысле. Кровь разрушителя давала о себе знать.

— Я люблю вас обоих, правда, — проговорила, не сводя с родителей строгого взгляда. — И благодарна за счастливое детство. Но вряд ли хоть когда-нибудь прощу, что вы участвовали в сговоре. Как вообще можно было жить спокойно после того, как разлучили нас с Винсентом? Сивилла — тварь. На ее руках немало крови жителей разных миров. Но вы двое? Мне всегда казались, что вы — люди порядочные.

— Натали, что такое бы говоришь? Ты здорова? — не унималась мама. Будто попытка выставить меня сумасшедшей могла что-то исправить.

— Дорогая, я позвоню доктору Бруксу, — вторил ей отец. — Нужно пройти обследование. Видимо, предательство Рона ударило по тебе сильнее, чем мы думали.

Я почувствовала, как ярость разливается по телу.

А Винсент разволновался не на шутку.

— Они хотят закрыть тебя в клинике! — вскричал, нервно пружиня на месте.

Папа посмотрел на моего брата презрительным взглядом. Таким, каким я у него и представить не могла.

— Вот этот индивид точно напрашивается на принудительное лечение, — объявил безапелляционным тоном.

Винсент засуетился сильнее прежнего.

— Никто никого ни на какое лечение не отправит, — заверила я брата. — Ты помнишь, кто главный?

— Ты, — прошептал Винсент.

— Именно. И я буду принимать решение. А не они. Ясно?

— Да.

— Отлично. Мы с тобой сейчас перекусим и посмотрим кино. А вы… — я повернулась к родителям. — Извольте покинуть мою квартиру. В следующий раз мы встретимся, когда вы перестанете играть в игры и будете готовы к обстоятельному разговору о прошлом и будущем. Ни днем раньше.

Мелькнула мысль, что можно открыть дверь магией, дабы выбить почву из-под ног двух лгунов. Но я решила не издеваться над нервной системой людей, которых, действительно, любила. У папы сердце не совсем здоровое.

Родители обменялись хмурыми взглядами. Но подчинились. Мама не хотела уходить, но папа взял ее под руку, заставив покинуть мою квартиру. Напоследок он посмотрел на меня. В глазах я прочла глубокую печаль.

— Они будут и дальше мешать, — проговорил Винсент, когда дверь закрылась.

— Не будут, — заверила я.

— Они считают, что ты принадлежишь им. Так радовались, когда тебя заполучили. Я — помеха.

— Им придется смириться с неизбежным, — улыбнулась я подбадривающе и впервые обняла Винсента. Прижалась к нему крепко.

И вот странность.

По телу прошла волна тепла. Я точно не могла сказать, что именно ощутила. Но между нами определенно была некая связь. Будто мы — части одного целого.

* * *

Родители не напоминали о себе почти три недели.