Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

там только личное, я прочитаю сам. Если про расследование, вы оба должны знать.

Он разорвал старую печать.

Внутри оказалось два листа.

Первый Роэн прочитал молча.

Лицо не изменилось.

Но я сразу поняла, что это личное.

Он сложил его и убрал во внутренний карман.

Второй положил на стол.

— Это для расследования.

Почерк Селии был ровным.

Письмо начиналось без обращения.

«Я больше не уверена, что материалы можно хранить дома. Каррен согласился принять копии и передать их Роэну только в том случае, если я сама не смогу».

Дальше шли даты.

Названия частей.

Номера документов.

И одно имя.

Маршал Дейран Вальк.

На момент написания он еще не был маршалом.

Селия называла его командующим Вальком.

Я читала медленно.

«После разговора Роэна с Вальком две архивные заявки были закрыты раньше срока. Один свидетель отказался от встречи. Через день документы по одиннадцатому крылу переместили в закрытый сектор по распоряжению Валька».

Роэн стоял рядом.

Я чувствовала его напряжение почти физически.

Лорен взял другую папку.

— Здесь копия распоряжения.

Он развернул лист.

Печать.

Подпись.

Дейран Вальк.

Распоряжение о переводе технических материалов закрытых испытаний в архив особого доступа.

Дата — за несколько дней до смерти Селии.

Я прочитала пояснение.

Испытания были обозначены как «программа стабилизации поведения боевых драконов в условиях отказа от приказа».

Я почувствовала холод.

— Это узды.

Лорен кивнул.

— Название другое. Смысл тот же.

Роэн взял документ.

— Подпись настоящая.

— Вы уверены?

— Я видел его подпись сотни раз.

Лорен достал следующий лист.

Это был список ответственных лиц.

Руководитель программы — полковник технического подразделения.

Куратор от высшего командования — Д. Вальк.

Я посмотрела на Роэна.

Он побледнел.

Теперь уже не было помощников.

Не было случайной утечки через адъютанта.

Дейран не просто мог узнать о расследовании Селии.

Он курировал программу, которую она расследовала.

— Роэн...

Он положил документ.

— Дальше.

Голос был спокойным.

Слишком.

Мы продолжили.

Следующая папка содержала отчеты о драконах.

Аррас был там.

Номер восемнадцатого крыла.

«Субъект проявил крайнее сопротивление корректирующему контуру. После третьего этапа разрушил часть оборудования и покинул испытательную площадку».

Ни слова о боевой травме.

Официальный отчет, который видел корпус, был ложью.

Еще два дракона из горной долины тоже значились в списках.

Красная самка со шрамом на шее.

Темный молодой дракон, пришедший прошлой зимой, отсутствовал: программа продолжалась и после документов Селии.

Лорен сел.

— Теперь у вас есть доказательство, что узды существовали как минимум двенадцать лет назад и Дейран курировал испытания.

— Есть доказательство его участия, — поправил Роэн. — Не убийства Селии.

— Еще нет, — сказал Лорен.

Я посмотрела на вторую папку.

Она была тоньше.

На ней рукой Селии:

«К императорской канцелярии».

Я почувствовала, как сердце начало биться быстрее.

Роэн открыл.

Внутри лежал черновик официального обращения.

Селия собиралась передать материалы не Совету.

Не Крыльям Короны.

Самому императору.

Она подробно перечисляла случаи воздействия на драконов, ссылалась на древний запрет узд и утверждала, что внутреннее расследование невозможно, потому что один из кураторов программы входит в высшее командование.

Имя Дейрана стояло прямо в тексте.

В конце была дата предполагаемой передачи.

Я посмотрела на нее.

За день до смерти Селии.

— Она собиралась передать это императору.

Роэн кивнул.

— На следующий день.

Лорен нашел еще один лист.

— Здесь запись Каррена.

Почерк был другим.

«С.А. должна была встретиться с представителем малой канцелярии у восточного архива. Не пришла. Позднее стало известно о нападении. Посыльный, которому передавал время встречи, исчез».

Я почувствовала, как по спине прошел холод.

— Значит, кто-то знал, куда она едет.

Роэн смотрел на дату.

— И когда.

— Не только через вас, — сказала я.

Он поднял глаза.

Я понимала, о чем он думал.

Пять лет он обвинял себя в том, что показал материалы Дейрану.

Теперь выяснялось, что позже Селия сама собирала новые доказательства и готовила официальную передачу.

Кто-то перехватил информацию о встрече.

Это не снимало его ошибку.

Но меняло картину.

— Дальше, — повторил Роэн.

В самом низу ящика лежала небольшая тетрадь.

Не дневник.

Скорее рабочие заметки Селии за последние недели.

Некоторые страницы были исписаны только номерами.

Другие — короткими мыслями.

На одной она писала о Теоне.

«Реакция усиливается. Он различает Тарна и Сарра, даже если не видит обоих. Норен считает это невозможным по обычной системе связи».

На следующей:

«В старых записях слышащие разрушали навязанные контуры, потому что возвращали дракону собственное ощущение выбора. Если это правда, Теон опасен для программы уже самим существованием».

Я перечитала.

— Разрушали узды.

Лорен приблизился.

— Похоже на то.

— Почему мы не нашли этого в других книгах?

— Потому что большая часть сведений о слышащих раздроблена. Возможно, Селия читала источники, которых у нас нет.

Роэн перевернул страницу.

Следующая запись была еще хуже.

«Если Вальк понимает, что Теон слышащий, он захочет ребенка живым. Мертвый слышащий бесполезен. Живой способен показать, почему узды рушатся».

Я почувствовала, как воздух в комнате стал тяжелее.

Не из-за красивой метафоры.

Просто потому, что несколько секунд никто не дышал нормально.

Теон был нужен живым.

Вот почему пять лет назад его не убили вместе с матерью.

Вот почему человек нес годовалого ребенка через лес.

Вот почему поддельный государственный лекарь пытался получить к нему доступ.

Вот почему Ивару приказали следить за любыми реакциями мальчика на драконов.

Роэн закрыл глаза.

Я видела, как пальцы сжали край тетради.

— Она знала.

— Подозревала, — сказал Лорен тихо.

Роэн открыл глаза.

— Достаточно, чтобы написать это.

Я продолжила читать.

Последняя заполненная страница.

«Сегодня получила подтверждение, что один из технических магов программы интересовался старым исследованием крови слышащих. Не знаю, что именно ищут. Теона нельзя оставлять в столице. Если не вернусь, Роэн должен объявить ребенка мертвым и вывести из-под любой официальной опеки».

Я замерла.

Роэн тоже.

Еще одна строка ниже:

«Но после этого он должен закончить то, что я не успела».

Я посмотрела на него.

Пять лет назад Роэн выполнил первую половину.

Объявил сына мертвым.

Спрятал.

Спас.

А вторую не выполнил.

Он прекрасно это понимал.

Лорен медленно закрыл папку.

— Теперь у нас достаточно.

Роэн не ответил.

Я подошла ближе.

— Роэн.

Он смотрел на последнюю запись.

— Она сама просила сделать Теона мертвым.

— Да.

— Все эти годы я думал, что это было мое решение.

— Решение все равно принимали вы. Но Селия понимала угрозу и считала этот