Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

Скорее понимание.

Теон взял отца за руку.

— Вы не отправите госпожу Маррен обратно в Ранвель?

Роэн удивился.

— С чего ты решил?

— Потому что там обыск, а здесь опасно. Вы иногда отправляете людей туда, где безопаснее.

Я почувствовала, как что-то сжалось внутри.

Роэн посмотрел на меня.

Потом на Теона.

— Нет. Я не буду решать за нее. Если Элина захочет остаться здесь с нами, останется.

Теон сразу повернулся ко мне.

— Захочу.

— Я еще не успела ответить.

— Но вы же захотите.

Я не стала мучить ребенка.

— Захочу.

Он удовлетворенно кивнул.

Роэн продолжал смотреть на меня.

Теперь я уже понимала выражение.

Он видел то же, что и я.

Теон не просто привык ко мне.

Мое присутствие стало для него частью безопасности не хуже стен, охраны и Тарна.

Только в отличие от стен я могла научить его справляться с тем, что происходило внутри него самого.

Лорен подошел к окну.

— Чужой всадник ушел на юг. Я бы не рассчитывал, что он оказался здесь случайно. Долину трудно найти, но если в корпусе сохранились старые карты убежищ, они могли знать.

Роэн выпрямился.

— Значит, даже здесь у нас мало времени.

— Не обязательно. Один всадник сюда не войдет, если свободные драконы не позволят. Отряд вызовет такую реакцию, что его увидят за несколько миль. Но тайным убежищем место больше считать нельзя.

Я посмотрела на Теона.

Он услышал.

Конечно.

— Значит, снова нужно ехать?

Роэн подошел к столу и сел рядом с ним.

— Не сегодня. И не прямо сейчас. Мы останемся здесь до тех пор, пока не поймем, что произошло в Ранвеле и что собираются делать люди Короны. Потом решим вместе.

Теон внимательно посмотрел на него.

— Правда вместе?

— Правда. Но это не означает, что я соглашусь на любой вариант, который тебе понравится. Я все еще твой отец и отвечаю за твою безопасность.

— Я знаю.

— Хорошо.

Никакого спора.

Наверное, потому что впервые слово «безопасность» не означало «я уже решил, а ты узнаешь потом».

Вечером Сарр принес сообщение из Ранвеля.

Господин Мелвин вернулся один и передал письмо Марты.

Мы сидели за старым столом в доме смотрителей, когда Роэн вскрыл конверт.

Я видела, как он читает.

— Ну? — спросил Лорен.

Роэн положил лист.

— Обыск закончен.

— Что нашли?

— То, что мы позволили найти. Узду Лорен забрал. Бумаги Селии здесь. Ивар остается под нашей охраной в отдельной башне, потому что распоряжение Кальда не дает права забрать задержанного без судебного решения.

Марта сообщала, что представители Короны проверили детское крыло особенно тщательно.

Сняли копии списков прислуги.

Осмотрели могилу Теона.

И задавали вопросы о том, почему в доме есть комната шестилетнего ребенка, если официально ни один ребенок Арденов не живет.

Я почувствовала неприятный холод.

— Они теперь точно знают.

Роэн кивнул.

— Да.

— Что ответила Марта?

— Что это комната ребенка дальних родственников, который иногда жил в Ранвеле. Кальд не поверил, но доказать обратное пока не может.

Лорен хмыкнул.

— После того как они уже отправляли наблюдателя и получали письма Ивара, доказательства им вряд ли нужны. Им нужен официальный повод.

Норен спросил:

— Что еще?

Роэн дочитал письмо.

— Кальд оставил уведомление. Через два дня я обязан предоставить список всех лиц, проживавших в Ранвеле последний месяц, и документы на каждого несовершеннолетнего.

Теон сидел рядом.

Он прекрасно понял.

— У меня нет документов.

Роэн посмотрел на него.

— Есть.

— Но там написано, что я мертв.

— Именно.

В комнате стало тихо.

Пять лет эта запись спасала Теона.

Теперь она превращалась в проблему, которую нельзя было решать еще одной ложью.

Я спросила:

— Что будете делать?

Роэн не ответил сразу.

Лорен смотрел на него.

Норен тоже.

Теон ждал.

И я почти физически почувствовала, как решение формируется.

Не привычное решение спрятать ребенка глубже.

Другое.

Роэн положил письмо на стол.

— Хватит.

Теон нахмурился.

— Чего?

Роэн повернулся к сыну.

— Пять лет я сохранял твою жизнь, доказывая всему миру, что тебя нет. Теперь люди, от которых я тебя прятал, и так знают правду. Продолжать ложь бессмысленно.

Я поняла раньше остальных.

— Вы хотите вернуть Теону имя.

Роэн посмотрел на меня.

— Да. Но сначала мне нужны доказательства того, кто именно запустил узды, кто убил Селию и зачем им был нужен слышащий. Если я просто объявлю сына живым сейчас, первая же комиссия попытается забрать его под видом государственной защиты.

Лорен медленно кивнул.

— Значит, следующие два дня мы не прячемся. Мы собираем то, с чем можно выйти из тени.

Роэн взял письмо Марты.

— Именно.

Теон смотрел на отца.

— А потом я больше не буду мертвым?

Роэн положил ладонь на его затылок.

— Если я сделаю все правильно, нет.

Теон ничего не сказал.

Просто придвинулся ближе.

Я смотрела на них и понимала: Ранвель действительно перестал быть безопасным домом.

Но впервые проблема была не в том, что его стены оказались недостаточно высокими.

Проблема была в самой лжи, на которой пять лет держалась безопасность Теона.

И теперь Роэн наконец собирался не строить следующую стену.

Он собирался выйти из-за старой.

Глава 15. Имя маршала

Глава 15. Имя маршала

На следующее утро Теон проснулся раньше всех и попытался самостоятельно развести огонь в очаге.

К счастью, он успел только сложить поленья в таком порядке, который считал правильным, и найти коробку с кресалом.

Я застала его на коленях перед очагом.

— Даже не спрашиваю, откуда вы взяли кресало. Положите на стол и отойдите от огня.

Теон обернулся.

— Я умею. Гарн показывал.

— Гарн показывал вам, как разжигать печь под его присмотром. Это не означает, что вы получили разрешение тренироваться в деревянном доме, пока все спят.

— Дом каменный внизу.

— А потолок деревянный. И я совершенно не хочу начинать день с объяснения вашему отцу, почему убежище свободных драконов теперь нужно строить заново.

Он нехотя отнес кресало на стол.

— Вы всегда находите самую плохую вещь, которая может случиться.

— Нет. Это талант вашего отца. Я просто учусь рядом.

Теон усмехнулся и сел на скамью.

За окном только начинало светлеть. Горная долина оставалась почти полностью скрыта утренним туманом, но иногда из белесой дымки проступала темная спина очередного дракона.

Ночь прошла