Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

Роэн посмотрел на меня.

— У нас есть немного времени. Кальд предъявил распоряжение у ворот, но по закону я имею право проверить подлинность печатей и вызвать собственного представителя перед допуском людей в жилые помещения. Я уже отправил человека к окружному судье. Это даст нам час. Возможно, два.

Лорен стоял, сложив руки на груди.

— А если распоряжение настоящее?

Роэн перевел взгляд на документ.

— Оно настоящее. Я узнаю печать канцелярии. Проверка нужна не мне, а чтобы использовать законное время до начала обыска.

Мне не понравилось другое слово.

— Вы сказали «обыска».

— Потому что это обыск, как бы красиво его ни назвали в документе.

Марта спросила:

— Что именно они ищут официально?

Роэн взял лист.

— Доказательства незаконного удержания дикого дракона, запрещенного вмешательства в деятельность имперского патруля и сокрытия магически опасного лица, представляющего возможный государственный интерес.

Теон смотрел на отца.

Я почувствовала, как его ладонь нашла мою.

Не сильно.

Просто пальцы коснулись.

Я сжала его руку.

— Магически опасного лица, — повторила я. — Удобная формулировка.

Лорен ответил мрачно:

— Настолько удобная, что под нее можно подвести любого человека с неизвестной способностью.

Норен подошел к столу.

— Они не могли получить полноценное судебное распоряжение за одну ночь после ареста Ивара. Значит, запрос готовили раньше.

— Именно, — сказал Роэн. — Приказ о моем вызове в столицу пришел до разоблачения Ивара. Этот документ тоже явно оформлялся заранее. Сегодня просто выбрали момент.

— Потому что их человек перестал отвечать, — сказала я.

Роэн посмотрел на меня.

— Скорее всего.

Севен вмешался:

— Милорд, если они войдут и не найдут мальчика, первым вопросом станет, куда он исчез.

— Пусть спрашивают.

— Это будет выглядеть как признание.

Роэн ответил спокойно:

— Я уже подделал смерть собственного сына пять лет назад. После того, как правда выйдет наружу, мои юридические проблемы будут значительно шире одного отсутствующего ребенка во время обыска. Сейчас меня интересует не то, как ситуация выглядит, а то, что произойдет, если Теон окажется перед людьми, которые называют его «магически опасным лицом».

Я посмотрела на него.

— Что вы предлагаете?

Роэн подошел к карте.

— Мы уходим в горную долину, где были вчера.

Теон поднял голову.

— К свободным драконам?

— Да. Не в ту часть, где находится Аррас, а выше по долине. Лорен знает старый дом смотрителей. Оттуда есть еще один выход через западный перевал. По земле туда быстро не добраться.

Лорен кивнул.

— Дом старый, но крыша цела. Я останавливался там много лет назад. Если Марта даст еды и одеяла, несколько дней проживем без проблем.

— Несколько дней? — спросил Теон.

Роэн посмотрел на сына.

— Не знаю, сколько. Возможно, один. Возможно, больше. Я не обещаю срок, которого не могу знать.

Теон сжал мою руку сильнее.

— Мы все?

Вот он.

Вопрос, который еще вчера пришлось бы объяснять отдельно.

Роэн ответил сразу:

— Все, кто должен знать правду и кому сейчас опасно оставаться здесь. Ты, я, Элина, Норен и Лорен. Марта останется управлять домом, потому что кто-то должен присутствовать при обыске. Севен останется с охраной.

Марта недовольно посмотрела на него.

— Я тоже могу уехать.

— Можете. Но тогда Кальд получит пустой дом, задержанных людей и ни одного человека, способного официально представить хозяйство. Он закроет Ранвель под государственную печать.

Она сжала губы.

— Ненавижу, когда вы правы.

— Я тоже иногда.

Теон впервые за утро едва заметно улыбнулся.

Я спросила:

— Как мы уйдем незаметно, если над воротами два дракона патруля?

Роэн указал на карту.

— Они держатся с востока. Тарн выйдет через северную площадку ниже склона. От главного двора ее не видно. Господин Мелвин уже летит сюда на Сарре. Норен и Лорен уйдут с ним. Мы с Теоном полетим на Тарне.

Я сразу поняла, чего не хватает.

— А я?

Он посмотрел на меня.

— С нами.

— На одном драконе втроем плюс вы?

— Тарн выдержит. Для Теона установят детский ремень между мной и вами. Полет будет медленнее, но безопаснее, чем пытаться вывести экипаж через любую дорогу.

Теон неожиданно оживился.

— Я полечу?

— Да. Но это не прогулка. Ты делаешь все, что скажу я или Элина. Если начнешь чувствовать слишком много драконов еще до долины, говоришь сразу.

— Я понял.

— И если станет плохо, мы разворачиваемся независимо от того, насколько тебе хочется увидеть Арраса.

Теон посмотрел на меня.

— Я точно понял.

Я заметила, что Роэн почти улыбнулся.

Потом снова стал серьезным.

— Марта уже собирает вещи. У нас около сорока минут.

Я посмотрела на него.

Весь разговор он вел иначе.

Не просто отдавал приказ.

Объяснял.

Слушал вопросы.

Называл риск.

И главное — не пытался разделить нас.

Мне не хотелось хвалить его за то, что нормальный человек и так должен делать.

Но после первых недель в Ранвеле разница была огромной.

— Хорошо, — сказала я. — Тогда собираемся.

Марта забрала меня с собой.

Она уже превратила большой стол в холле второго этажа в пункт подготовки.

Там лежали теплые вещи, одеяла, лекарства, еда, фонари, запасные сапоги Теона и небольшая стопка книг.

Я посмотрела на последнюю.

— Это что?

Марта совершенно серьезно ответила:

— Если мы отправляем ребенка в горы на неизвестное время, я не собираюсь слушать потом, что он забыл все, чему вы его учили.

Теон, стоявший рядом, возмутился:

— За два дня невозможно забыть все.

— Тогда легко докажете.

Я взяла две книги и убрала половину остальных.

— Мы все-таки уходим от официального обыска, а не открываем выездную школу.

— Вы сами обычно говорите, что распорядок нужен.

— Нужен. Но я не потащу на Тарна шесть учебников.

Теон выбрал книгу о первых всадниках.

Я забрала ее.

— Нет.

— Почему?

— Потому что она тяжелая.

— Но интересная.

— Возьмем маленькую книгу и тетрадь.

— Это наказание.

— Это вес.

— Тарн большой.

— И именно поэтому не нужно превращать его в книжный обоз.

Марта тихо рассмеялась.

Даже сейчас это помогало.

Через десять минут у Теона был небольшой дорожный мешок.

У меня — свой.

Марта собиралась положить еще одно одеяло, но я остановила.

— Там есть дом.

— Старый.

— Лорен сказал, крыша цела.

— Лорен также считает, что чай можно пить из одной чашки