Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

— С ним будет Норен.

— Речь не о том, хороший ли Норен человек.

Роэн стиснул челюсть.

— Элина, сейчас не время спорить о чувствах. В столице знают, что мой сын жив. Знают о его способности. Сегодня уже отправлено сообщение с ложным маршрутом. Мы не знаем, кто получит его и когда поймет, что их обманули.

— Именно сейчас время говорить о чувствах Теона, потому что иначе вы снова сделаете то же самое, что пять лет назад.

— Пять лет назад это спасло ему жизнь.

— А потом превратилось в пять лет, в течение которых он не знал названия деревни рядом с собственным домом.

Роэн сделал шаг ко мне.

Голос оставался тихим, но в нем появилась жесткость:

— Я лучше снова буду объяснять сыну, почему он меня ненавидит, чем буду стоять у настоящей могилы.

Я выдержала его взгляд.

— А я не предлагаю оставить Теона под открытыми воротами и ждать следующего нападения. Не превращайте любой спор с вами в выбор между вашим решением и смертью ребенка.

Он замолчал.

Я продолжила:

— У нас есть Тарн. Есть Лорен. Есть Норен. Есть люди охраны, которых вы теперь проверили. Есть горное убежище свободных драконов, о котором корпус почти не знает. Есть возможность уйти всем вместе, если Ранвель действительно станет опасен. Но вы собираетесь первым делом разделить семилетнего почти ребенка с людьми, к которым он привязан, и сделать его еще одной точкой на секретной карте.

— Ему шесть.

— Тем более.

Марта вмешалась спокойно:

— Я на стороне Элины в одном. Если Теона нужно вывезти, объяснить ему и отправить с человеком, которого он сам хочет рядом, безопаснее даже для охраны. В прошлый раз он был младенцем. Сейчас его нельзя просто посадить в экипаж и считать, что главное сделано.

Роэн посмотрел на нее.

— А если за Элиной следят?

Лорен ответил:

— Тогда не используйте экипаж. Используйте Тарна или другой путь. Но разделение имеет смысл только как часть конкретного плана, а не как привычка прятать каждого в отдельную коробку.

Норен кивнул.

— И если вы рассчитываете, что я увезу Теона ночью без разговора с ним, сразу говорю: я этого делать не стану.

Роэн посмотрел на всех нас.

Возможно, впервые за много лет решение, которое он считал очевидным, не поддержал ни один человек в комнате.

Я подошла ближе.

— Послушайте меня. Я не говорю, что Теон должен остаться в Ранвеле любой ценой. Если появится реальная угроза или официальный отряд, мы уйдем. Но я не буду участвовать в том, чтобы снова сделать его мертвым мальчиком, который каждую неделю просыпается в новом безопасном доме и не знает, кому можно назвать собственное имя.

— Его имя уже знают враги.

— Тогда тем более бессмысленно продолжать прятать от него самого его жизнь.

Роэн закрыл глаза на секунду.

Потом подошел к окну.

Во дворе Теона не было.

Он все еще находился на кухне с Гарном.

Не знал, что Ивар Кесс, которого он видел почти каждый день семь лет, передавал сведения о нем людям в столице.

Не знал, что отец уже успел придумать новый побег.

Не знал, что несколько взрослых сейчас спорят, должен ли он снова стать тайной.

Роэн долго молчал.

Когда заговорил, голос стал тише.

— Хорошо. Сегодня никто никуда не уезжает.

Я не почувствовала победы.

Это не была победа.

— Спасибо.

— Но если появится официальное требование передать Теона или новая угроза Ранвелю, мы уходим. Все. Вместе. Без обсуждения того, достаточно ли серьезна опасность.

— Если опасность реальная, спорить не стану.

— И горное убежище станет первым вариантом.

Лорен кивнул.

— Там легче защитить мальчика и сложнее подойти по земле. Кроме того, свободные драконы не любят посторонних всадников.

Роэн посмотрел на меня.

— Вы понимаете, что после сегодняшнего я не отпущу вас обратно в столицу одну?

— Понимаю.

— И пока расследование не закончится, ваша обычная жизнь тоже изменилась.

Вот теперь стало по-настоящему неприятно.

Не потому, что он был неправ.

Потому что среди бумаг Ивара стояло мое имя.

Люди в столице уже знали, что я рядом с Теоном.

Я кивнула.

— Тогда будем решать по мере необходимости. Вместе.

Он услышал последнее слово.

— Вместе.

Только после этого мы пошли к Теону.

Я думала, что самым тяжелым окажется рассказать ему про Ивара.

Ошиблась.

Теон выслушал почти молча.

Сначала не поверил.

Потом попросил уточнить, действительно ли Ивар сам передавал сведения или только позволял другим.

Роэн сказал правду.

Мальчик сидел за столом и смотрел на свои руки.

— Он знал меня с маленького.

— Да.

— И все равно рассказал?

Роэн сел рядом.

— Да. Он убедил себя, что делает это ради безопасности государства. Еще ему платили и обещали хорошую должность. Ни одно из этих объяснений не делает поступок правильным.

Теон помолчал.

— Это он пустил тех людей?

— Он передал план дома и изменил посты. Говорит, что не знал про ночное нападение. Мы пока не знаем, правда ли это.

— Вы его убьете?

Вопрос заставил меня замереть.

Роэн ответил без паузы:

— Нет. Он предстанет перед судом. Я хочу узнать, кому он отправлял сведения и кто стоит за ним. Если я просто убью человека, который знает часть правды, от этого ты не станешь безопаснее.

Теон кивнул.

Потом спросил:

— Мы опять уедем?

Вот он.

Главный вопрос.

Я посмотрела на Роэна.

Он посмотрел на меня.

И ответил сыну сам:

— Возможно, придется. Но если это случится, ты будешь знать куда, зачем и с кем. Я больше не стану перевозить тебя из одного места в другое так, будто твое мнение вообще ничего не значит.

Теон долго смотрел на отца.

— Госпожа Маррен тоже поедет?

Роэн ответил:

— Если она сама захочет.

Мальчик перевел взгляд на меня.

— Захочу.

Он наконец немного расслабился.

— Тогда хорошо.

После всего пережитого именно это оказалось для него самым важным.

Не стены.

Не количество охранников.

Не расстояние до столицы.

Кто будет рядом.

Поздно вечером Роэн получил полный список содержимого тайника Ивара.

Денег оказалось достаточно, чтобы подтвердить регулярные выплаты почти за два года.

Писем — девять.

В одном из старых донесений говорилось, что после пяти лет сомнений существование наследника Арденов наконец подтверждено.

В другом требовали следить за любыми контактами Теона