Альфа Тео - Си Джей Праймер

сумку в своей комнате в общежитии и покидаю комплекс, отправляясь в лес на пробежку. Мой живот все еще скручен, мысли беспорядочные и иррациональные. Примерно через милю всего этого становится слишком много — есть только один способ по-настоящему сбежать.

Я схожу с тропинки и раздеваюсь, зовя свою волчицу вперед. Она быстро подчиняется, кожу покалывает от моей волчицы, когда мои кости хрустят и переставляются. В тот момент, когда я становлюсь на четыре лапы, я бросаюсь в кусты, продираясь сквозь лес. Я убегаю все дальше от комплекса отряда — от своих мыслей, своих страхов, своих проблем. Как будто я убегаю от самой себя.

ГЛАВА СОРОК

Тео

Я не знаю, зачем мне вообще ехать домой, в Саммервейл. Я пытаюсь больше общаться со своей стаей, навещая ее раз в неделю, но это всегда заканчивается тем, что я ссорюсь со своим стариком и нервничаю из-за напряжения между нами, которое, кажется, никогда не рассеется. Я остаюсь на ночь, но визит никак нельзя назвать продуктивным.

Я возвращаюсь в комплекс на следующее утро как раз вовремя, чтобы провести учения с командой, что помогает снять часть стресса, который принес с собой. После того, как они заканчиваются, я остаюсь с ребятами, в то время как остальная часть отряда возвращается в комплекс, чтобы перекусить. У меня серьезная рана от асфальта на левом предплечье после того, как Грей уронил меня во время нашей последней тренировки, и я потираю ее, когда подхожу к Джаксу и Броку, слегка морщась.

— Грей здорово тебя отделал, да? — Брок хихикает, разглядывая мою руку.

— Ага, — бормочу я. — Ты меня опередил.

Это тоже было не в первый раз — я продолжал допускать небрежные ошибки, пока мы выполняли упражнения. Не уверен, то ли я отвык от практики из-за того, что в последнее время так много времени провожу с ИТ-подразделением, то ли я просто морально устал после визита домой. В любом случае, мое тело сегодня сильно пострадало.

— Ты не отвлекался, да? — Дразнит Джакс, игриво ударяя меня по бицепсу.

Я выгибаю бровь. — С чего бы мне отвлекаться?

Неужели это так очевидно?

— Пожалуйста, — смеется Рид, подходя к нам. — Мы видели, как субботним вечером ты таскался за своей девушкой, как щенок.

Я хихикаю, закатывая глаза. Конечно, они будут продолжать подтрунивать надо мной из-за Брук. Не то чтобы я возражал — она единственное, что идет правильно в моей жизни на данный момент. — Вы, ребята, просто завидуете.

— Чертовски верно, — говорит Грей, подходя ко мне и хлопая меня по плечу. — Хотя ты заслуживаешь немного дерьма после всего, что ты мне устроил, когда я был с Фэллон.

Я поднимаю руки, сдаваясь. — Ладно, в свою защиту скажу, что тогда я понятия не имел, что такое супружеская связь…

— Как будто это оправдание тому, что ты придурок, — бормочет Брок, закатывая глаза.

— Может, и нет, но я исправился, — беспечно отвечаю я, проводя рукой по волосам.

Парни хихикают, качая головами.

Джакс толкает меня локтем. — Чувак, ты уже рассказал своему отцу о супружеских узах?

Я съеживаюсь при упоминании моего отца. — Не-а. — Я смотрю вниз, пиная грязь. — Я думал об этом, когда был там вчера, но потом он начал вести себя как мудак, и я не хотел портить ему гребаный день.

— Разве все дело не в том, что он хотел, чтобы ты остепенился, стал ответственным? — Спрашивает Рид, приподнимая бровь. — Не знаю, какая девушка могла бы кричать о серьёзности и ответственности больше, чем Брук Иствик.

— Она не такая спокойная, какой кажется, — ухмыляюсь я. — У девушки есть дикая сторона.

— О да? — Спрашивает Джакс, его интерес возрос.

— Она должна быть замужем за таким извращенцем, как ты, — дразнит Рид.

Я протягиваю руку, чтобы толкнуть его, качая головой и посмеиваясь. — Как скажешь, чувак.

— Так я не понял, — говорит Джакс, почесывая затылок. — Почему ты не говоришь своему отцу, что Брук — твоя пара?

Я складываю руки на груди, выдыхая. — В конце концов, так и сделаю.

По правде говоря, я надеялась, что мой отец изменит свое мнение обо мне, основываясь на том, чем я занимался в последнее время, на том, как я продвинулся вперед, а не на том, с кем я в паре. Однако чем больше я стараюсь, тем очевиднее становится, что ничто из того, что я делаю, никогда не будет для него достаточно хорошим.

— Тогда ты, возможно, все-таки побьешь Джакса и станешь альфой, — смеется Грей.

Джакс наносит удар по бицепсу Грея, затем снова поворачивается ко мне, ухмыляясь. — Думаешь, это повлияет на твоего отца? Иметь ее в качестве пары?

— О да, — хихикаю я. — Давай будем честными, мой старик думает, что солнце светит у нее из задницы. Как только я скажу ему, что она моя пара, это только вопрос времени, когда он сделает меня альфой.

Ухмылка внезапно исчезает с лица Джакса.

— Что? — Спрашиваю я, хмуря бровь. Потом понимаю, что он смотрит не на меня, а мимо. Я слышу, как дверь в дежурный комплекс со щелчком закрылась.

Я оборачиваюсь, и мои глаза тут же встречаются с глазами Брук.

Дерьмо.

Я должен был почувствовать ее, учуять ее запах — и вот она стоит в нескольких ярдах от меня, ее глаза широко раскрыты, челюсть отвисла.

— Брук… — Начинаю говорить я, но она резко оборачивается, расплывающееся пятно светлых волос. Она распахивает дверь и врывается обратно внутрь.

— Черт, — бормочу я, проводя рукой по лицу.

Грей хмурится. — Не стой здесь просто так, иди и верни ее, — рявкает он.

Я вздыхаю, разворачиваюсь и бегу к комплексу, когда дверь закрывается.

Черт.

Что она слышала? Я продолжаю прокручивать разговор в голове, пока направляюсь к двери. Мое сердце учащенно бьется в груди, и я чувствую, как там поселилась тяжесть. Очевидно, я облажался, но что именно я сказал?

Я толкаю дверь, вхожу внутрь и дико озираюсь по сторонам. Я ныряю в коридор общежития, замечая ее в другом конце коридора.

— Брук! — Я зову ее, но она не оборачивается.

Гребаный ад.

Я бегу за ней трусцой, чтобы догнать. — Брук!

Я нахожусь в нескольких футах от нее, когда она исчезает в своей комнате, хлопнув за собой дверью.

Черт, блядь, блядь, блядь.

Я резко останавливаюсь перед ее дверью, занося кулак, чтобы постучать в нее. — Брук!

Дверь распахивается, и, судя по тому, как я наклоняюсь, я почти вваливаюсь внутрь.

— Брук… — Я резко останавливаюсь, когда ее глаза встречаются с моими. Они пронзительные, в них клубится теплая смесь гнева и обиды,