Я вылечу тебя - Джиджи Стикс

Эти слова пронзают меня, как кинжал, в самое сердце, и у меня перехватывает дыхание. Я подавляю в себе все инстинкты защитника, не желая быть еще одним мужчиной, который причинит ей вред.

Когда она смотрит на меня горящими решимостью глазами, моя решимость ослабевает. Я не могу противиться своему маленькому призраку. Ей нужно встретиться с ними лицом к лицу, как и мне нужно встретиться с Отцом. Я хочу, чтобы она вернула себе свою силу.

Я киваю, но в горле пересохло, и я не могу вымолвить ни слова.

— Так ты мне поможешь? — спрашивает она.

— Ладно, — наконец выдавливаю я. — Но это только тренировка. Миссии по возвращению ты поручишь моим оперативникам.

— Хорошо, — говорит она и снова ложится мне на грудь.

Несколько часов спустя Тайлер сообщает, что весь персонал, отправленный в дом-ловушку, выведен из строя или мертв. Отключив ловушки, Джинкссон и его команда извлекают выживших и избавляются от тел.

Я приказал удалить им зубы, на случай, если они прячут устройства связи. Я также вызвал Камилу. Обе мои сестры примерно одного роста с Аметист, но Изабель, вероятно, не согласится драться со своей пациенткой.

После завтрака мы с Аметист везем тележку на тренировочную площадку в миле от нашего убежища. Пока Дельта и его приспешники живы, мы по-прежнему считаем, что катакомбы под Парижским кладбищем подвержены риску.

Камила ждет нас в комнате с бетонными стенами, освещенной резким флуоресцентным светом. Вокруг нее — боксерские груши, маты для спаррингов и боевое снаряжение, развешанное на дальней стене.

Она оборачивается к нам, когда мы входим, и ее лоб морщится от беспокойства. Я не удивлен, что Камилу встревожило фальшивое признание Долли, ведь она была первой, кто его заметил. Моя сестра может быть осторожной, но если кто-то и понимает целительную силу мести, так это она.

Когда я думаю о том, что она осталась одна в нашем родительском доме с Джоном, мне хочется закончить то, что я начал с писсуаром. Или хотя бы снова казнить его на электрическом стуле.

— Ты уверена, что хочешь этого? — спрашивает Камила, бросая взгляд на Аметист.

Моя маленькая призрачная подруга расправляет плечи.

— Мне нужны силы, чтобы снова встретиться лицом к лицу со своей сестрой.

Камила смотрит на нее с секунду, а потом пожимает плечами.

— Если будет слишком тяжело…

— Не будет. — Аметист бьет кулаком по ладони. — И не сдерживайся.

Мы с сестрой переглядываемся. У меня уже была возможность за эту ночь смириться с решением Аметист, но моя сестра в замешательстве.

Камила догадывается, что пришлось пережить Аметист, и, скорее всего, не хочет усугублять ее травму.

Подняв руку, я пресекаю попытки Камилы расспросить ее и жестом показываю, чтобы она отошла в сторону.

— Ладно, — говорит моя сестра. — На этот раз ты не будешь полагаться на преимущество в весе или силе. Ты сразишься с равным по силе противником, который проверит твои навыки и выносливость.

Аметист кивает, сглотнув.

— Мы обойдемся без боксерских перчаток. Судя по видео, которое мы скачали прошлой ночью, это не в стиле Долли. Мы сосредоточимся на рукопашном бою. Когда ты освоишь основы, мы перейдем к ножам.

Мои мышцы напрягаются, когда Аметист шагает вперед, с каждым шагом набираясь решимости. Желание защитить ее терзает меня изнутри, грозя вырваться наружу. Я хочу схватить ее, прижать к себе и уберечь от всего, что может ей навредить. Но если я ее остановлю, она не добьется успеха, а ей нужно восстановить силы.

Поэтому я сжимаю руки в кулаки и сдерживаю разочарование.

Камила принимает боевую стойку, Аметист повторяет за ней. Пока женщины кружат друг вокруг друга, Камила объясняет, как лучше расставить ноги для равновесия и подвижности.

— Ксеро? — раздается голос в моей Bluetooth-гарнитуре. Это Джинксон.

— Докладываю. — Я отхожу от них.

— Трое из тех, кого нашли в доме-приманке и его окрестностях, умерли по дороге в камеры предварительного заключения. Двое в критическом состоянии, один стабилен.

— Есть какие-нибудь данные о выжившем? — спрашиваю я, не сводя глаз с Аметист и Камилы.

— Мойры, — бормочет он. — Все они.

Я поднимаю брови.

— Они знают, что работают на Дельту?

— Выживший сказал, что его клиента зовут Фенрик Грир.

Я киваю. Отец не просто использует псевдонимы, он крадет чужие личности. Так звали человека в маске, который вывез Аметист из лечебницы на старом школьном автобусе.

— А их задача?

— Убить всех, кто был в доме, и забрать пленников. Клиент был особенно заинтересован в спасении заместителя шерифа Хантера.

— Куда они должны были доставить пленников?

— Были указаны координаты дома в десяти милях от аэропорта Брей. Я уже отправил оперативников на разведку.

— Будьте осторожны, — отвечаю я. — Дельта наверняка устроит ловушку.

— Поэтому мы посылаем туда полицию, чтобы проверить, все ли в порядке. Я сказал им, что их пропавший заместитель начальника полиции отправился туда с молодой девушкой.

— Хорошая мысль. Тот, кто работает на этого коррумпированного ублюдка, отправится туда лично, чтобы защитить репутацию Хантера.

Звук удара плоти о плоть возвращает мое внимание к Аметист и Камиле, которые уже вовсю сражаются друг с другом.

Камила наносит удар ногой, но Аметист уворачивается. Это прогресс по сравнению с ее последней тренировкой.

Я полагаю, что это мышечная память из летнего лагеря в аду. Отец, этот скользкий ублюдок, даже не скрыл название своего заведения. В греческой мифологии Мойры — это еще одно название трех судеб.

Как ни странно, ни одна из девушек из "Трех судеб" так и не попала в Академию Мойры.

Аметист уклоняется от правого хука Камилы. Она становится быстрее и искуснее. Она разворачивается на пятках, блокируя очередной удар, и контратакует прямым выпадом, который заставляет Камилу отступить.

— Что мне делать с ранеными? — спрашивает Джинкссон.

— Поместите их в отдельные камеры, пока мы не разберемся с Дельтой. Мойры больше не будут выполнять заказы клиента, из-за которого они понесли большие потери.

Камила уклоняется от удара и отступает. Аметист бросается вперед, но попадает под правый хук Камилы. От силы удара Аметист падает на землю, ее тело распластано, как сломанная кукла.

Черт.

62. ЧЕТЫРНАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД. АМЕТИСТ

Почему я должна терпеть эту злобную близняшку? Я ее ненавижу.

Она смотрит на меня с другого конца заднего сиденья и дышит так тяжело, что мне хочется врезать ей