(Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание - Александра Воронцова

class="p1">Ректор зажал между пальцами цепочку, на которой покачивалась сфера, и приблизился к нам. Двигался он медленно, плавно, словно к ядовитой змее подходил. Дориэн не шевелился, лишь следил взглядом за каждым движением Натори.

Сфера Бриана покачалась между нами, и ректор вгляделся в нее. Я бы дорого сейчас отдала, чтобы знать, что там видит лорд-ректор, но увы. Артефакт строго индивидуальный. Им может пользоваться только его хозяин.

— Мда, — только и сказал лорд Натори, закончив изучение. — Как некстати-то. Радует только, что экзамен я ускорил.

Он потер переносицу, будто это могло помочь ему решить проблему, сути которой я по-прежнему не понимала.

На всякий случай я подняла самые мощные свои щиты, которые тут же засветились в магпроявленном пространстве.

— Спокойно, адептка Чаргетто. Без нервов, — поморщился ректор.

— Не представляю, как можно не нервничать, — выдавила я. — Вы же ничего не объясняете.

— Ваше напарничество идет с одной стороны успешно…

В этом месте Ренци хмыкнул.

— А с другой стороны… Вы два молодых и сильных идиота, — устало закончил Натори.

У меня даже рот приоткрылся от удивления.

— Звучит красиво, но непонятно, — прокомментировал Дориэн. Он явно ожидал подвоха, потому что опять заступил передо мной, закрывая мою дрожащую фигурку.

Я просто не могла не волноваться, у меня было ощущение, что сейчас решается наша судьба.

— Способ подстраховки придется сменить, — пришел наконец к какому-то решению ректор, и это не понравилось дознавателю.

— Кристиан, будет значительно надежнее изолировать их… — встрял Фаджио, но лорд Натори оборвал его:

— Ректор тут пока я. И, какими бы идиотами эти двое не были, она еще дети.

— Я не ребенок, — зарычал Ренци.

Зато про идиота он, видимо, согласен.

— Тебе придется потерпеть эмоциональную заглушку, пока не успокоится твой магический фон, — вынес вердикт Натори.

— Я не дам копаться у себя в голове, — тут же отказался Дориэн, и я его понимала.

— Это не вмешательство в сознание, это скорее медикаментозная блокировка, но да с подпиткой от менталиста, специализирующегося на эмпатии. На сутки или чуть дольше к тебе вернется самообладание, разве плохо?

Я думала, что Ренци снова отвергнет предложение ректора, но на удивление после нескольких секунд размышлений, Дориэн кивнул, но сделал поправку:

— Но только я сам выберу менталиста.

— На здоровье, — согласился ректор. — Только если ты не желаешь, чтобы сюда примчался императорский архимаг.

— Невеста Дальтиго вполне меня устроит.

Натори щелкнул пальцами, и вестник отправился по назначению.

— Пока мы ждем, не могли бы вы приступить к разговору, ради которого вытащили нас сюда? — осмелилась я сменить тему.

Мне было жутко, неуютно, и я устала перекладывать кулек, присланный тетей из руки в руку.

— Я бы подождал, пока адепт Ренци примет эликсир. Садитесь, адептка Чаргетто, ждать придется минут десять, если не больше, — лорд Натори указал на кресло возле окна.

Ну хоть не лечь на кушетку предложил.

Она меня пугала не меньше всей этой ситуации. Даже с моего расстояния было отлично видно, что кровать оборудована фиксаторами, а над ней висел заготовленный стазис.

Я по дуги обошла страшную мебель и опустилась в кресло.

Дориэн переместился ближе ко мне, снова встав так, что мимо него ко мне было не подойти.

Сидеть в тягостной тишине было невыносимо, и я снова обратилась к ректору:

— Вы сказали, что ускорили экзамен, — напомнила ему я. Мы с Ренци уже об этом знали, так удачно подслушав его разговор с Монферо, но хотелось больше конкретики. — Может, вы хотя бы скажете, когда он будет?

Подспудно мне казалось, что этот экзамен — финальная точка всех перипетий, в которые я угодила, поступив в академию.

— Вообще-то, вы не должны этого знать, — фыркнул Фаджио. Я вспомнила, что Дориэн упоминал, что дознаватель тоже проходил испытание. — Вы даже не поймете, когда все начнется. Если вы думаете, что вас, как на обычном экзамене, приведут на полигон, покажут направление и отправят с заданием, то вы сильно ошибаетесь.

Я обомлела.

Как это?

Неожиданно лорд-ректор уступил:

— Ник, у них повышенная сложность, так что можно сделать поблажку. Тем более, что дата ничем им не поможет. Сразу после присяги выпускников Кассиану.

— А вам не кажется, что присягу в текущих обстоятельствах лучше отложить…

О сейчас я была готова на любые аргументы, чтобы оттянуть неизбежное.

— Вы про нападения, адептка Чаргетто?

— Именно.

— По нашим расчетам осталось всего две жертвы, — почти подтвердил Фаджио наши с Ренци предположения. — Под профиль кандидата потенциально подходят четверо, их охраняют. Мы или справимся, или нет. И в этом случае, помощь Кассиана скорее всего будет необходима.

— Почему две? — подал голос Дориэн, который долго молчал. — Мы насчитали три.

Лорд Натори вздохнул:

— Двое — это те, кого мы не знаем. А вот тот вариант по поводу финальной жертвы всего один.

— Кристиан, это тайна следствия… — всполошился Фаджио.

— Да какая тайна, Ник? Они ходили сегодня к Алессии. Маячки подтвердили нашу догадку.

— Так кто последняя жертва? — Ренци как всегда был нетерпелив. — Адептка Чаргетто.

Глава 80. Палата временного заключения

— Зря ты это сказал… — крякнул дознаватель.

Лорд Натори, кажется, и сам понял, что поторопился, потому что у меня под ногами вспыхнул огненный круг. Прежде чем пламя взметнулось до потолка, отрезая меня от всех, я успела увидеть, как побледнело лицо ректора.

Сквозь оранжево-желтые языки мне ничего не было видно, зато слышно было хорошо. Магический огонь беззвучен.

— Пока еще желтый… Да отпусти ты его! Он не остановится! — рявкнул Натори, по-видимому, дознавателю, потому что через несколько секунд ко мне в круг ворвался с дикими глазами невредимый Ренци, и огненная стена стала опускаться.

Как бы я ни была зла за сегодняшнюю выходку на Дориэна, все равно не стала вырываться из стальных объятий. Было совершенно очевидно, что напарник не в себе. Да и я не могла за себя поручиться после реплики лорда Фаджио.

— Что значит зря? — шокированно спросила я, когда удалось посмотреть ему в лицо.

Потирая подбородок, дознаватель оторвался от разглядывания рукава куртки Ренци, оставшегося у него в руках. В его холодных голубых глазах не было ни грана раскаяния.

— Надо было подождать менталистку, — скривился Фаджио, подвигав челюстью. — Что это было, Проклятый вас всех подери? Я такое вижу второй раз в жизни, мне все это не нравится…

Он указал на потухшие нити заклинаний, которые еще минуту назад пульсируя пронизывали почти весь периметр палаты.

— А первый когда был? — настороженно уточнила я.

— Когда леди Гвидиче брат расстроил, — фыркнул дознаватель. — Я тогда лишился почти всех накопителей.

Наверное, мне стоило испугаться магической мощи новой знакомой, однако, я почему-то лишь