(Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание - Александра Воронцова

двое, — одернул спорщиков лорд Натори, — свои счеты будете сводить в другое время. Я могу продолжить, или вы так и будете меряться… — быстрый взгляд на меня, — … своими шпагами.

Фаджио поднял руки в пораженческом жесте, а Ренци нагло устроил свою пятую точку на прикроватную тумбочку, всем своим видом демонстрируя, что он внимает.

Когда взгляд ректора коснулся меня, я сложила руки на коленях на ученический манер, вызвав у него смешок.

— Прекрасно, — ухмыльнулся лорд Натори, — всегда бы так.

Интересно, а он книгу мэтрессе Тилозо сдал?

— Вы говорили что-то о зацепке, которую нашли, — напомнила я, опасаясь, что разговор снова уйдет в нравоучения. Ну и мне действительно было любопытно, что мы упустили.

Оказалось, что дело не в нас. Точнее, мы просто не могли знать этих вещей, что еще раз больно щелкало в нос нашу самонадеянность.

— На одном из снимков запечатлен интересный документ.

Ректор достал из кармана магсниматель и, активировав его, показал нужный снимок. Кстати тот же самый, на котором глазастый Дальтиго разглядел вышивку. Увеличив изображение, лорд Натори обратил наше внимание на угол письменного стола позади снимавшего.

— Вот эта бумага вызвала у нас живейший интерес, — лорд-ректор указал на лист, который мы даже не заметили.

— И что там можно рассмотреть? — фыркнул Ренци. — Прочитать точно ничего не получится.

— Прочитать нет, — согласился Натори. — Зато мы видим герб. Опознать его было непросто даже нам, для этого пришлось изрядно покопаться в старых альманахах родов Лидвании. В свежих выпусках эту эмблему вы не встретите.

— Мы поняли, — процедил Дориэн. — Без вас мы бы ни за что не справились.

— Именно, — оскалился злорадно Фаджио.

Мы с ректором переглянулись. Кажется, мы оба устали постоянных перепалок этой парочки.

— И о чем нам этот герб говорит? — спросила я.

— Это свободный герб. Род герцогов Арицетти, которому он принадлежал, ушел в вечность. Собственность находится под опекой короны, но… Титул этот может перейти к тому, кто докажет пусть и дальнюю принадлежность к клану Арицетти и окажет услугу императору, достойную такого дара.

— Стало быть, наш злодей рассчитывает получить титул? Значит, он все-таки имеет какое-то отношение к этим самым Арицетти? Но ведь наверняка, когда в мир иной отошел последний герцог, поверенные искали законного наследника… — удивилась я.

— Искали, — согласился лорд Фаджио. — Даже в наш департамент обращались за содействием. Законных наследников не было обнаружено, но ключевое слово здесь — законных.

— А незаконные разве имеют право? — я все еще не понимала, куда он клонит.

— Совсем недавно у наших соседей, я имею ввиду Королевство, случилась заварушка, — блеснул улыбкой дознаватель. — Дело замяли, однако мы о нем осведомлены. Так вот, один не очень умный человек решил занять место короля Эдуарда, предполагая, что доли королевской крови даже у бастарда достаточно, чтобы иметь на это право. Его ждал печальный конец, бедняга так и не узнал, что даже этой капли в нем не было, но эта история заставила нас задуматься о тех, кто мог бы так же заблуждаться. Незаконнорожденных.

Мы с Ренци уставились друг на друга с пониманием:

— Орден Безымянных.

Дориэн нахмурился:

— Вы считаете, что все это было затеяно лишь для того, чтобы оказать услугу императору, раскрыть это преступление и получить титул? Не сходится.

Фаджио перестал строить из себя сердитого в тандеме «хороший дознаватель — плохой дознаватель»:

— Мы думаем, что это побочная цель, которую хочет добиться преступник или тот, кто все спланировал. Все-таки у меня есть сомнения, что действует одиночка. Но в пользу этой версии говорит то, что в прошлый раз, когда происходили нападения в резиденции императора, один из титулов был пожалован тому, кто оказал неоценимую помощь следствию. Правда, тот титул был личным, ненаследным и куда как менее почетным, чем герцогский.

— И кто же его получил? — полюбопытствовала я, хотя и так догадывалась. Страницы биографии декана словно оживали у меня перед глазами.

— Лорд Монферо, — подтвердил мои предположения лорд Фаджио.

Ренци скривился:

— И за что его наградили? Преступник не только не был найден, но и теперь повторяет свои злодеяния совершенно безнаказанно.

— Если речь идет об организации, то это запросто мог быть подражатель, — не спешил осуждать дознаватель. — Впрочем, я сомневаюсь, но пока у нас не будет доказательств, нельзя отбрасывать ни одну версию.

— И ведь на какого-то беднягу все свалили, — презрительно отозвался Дориэн.

— Угу, — подала голос я. — Как, например, на моего отца. Может, и сейчас попытаетесь? Хорошая кандидатура. Себя защитить уже не сможет. Только если то и правда дело рук Ордена, то мой отец должен быть вне подозрений. Или вы станете утверждать, что мой отец был не просто бастардом, а тем, от кого отказались?

Я прожигала взглядом лорда Фаджио.

— Леди, я не испепеляюсь взглядом. Над делом Иво Чаргетто я работаю, вы же сами не хотите облегчить мне задачу. Вы точно вся в отца. Судя по записям, которые мне предоставили, он тоже никак не помогал себя обелить.

— Вернемся к главной проблеме, — вклинился в разговор Ренци. — Чаргетто может пострадать.

— То есть ты считаешь, что если пострадает кто-то другой или даже император, это не так важно? — хмыкнул ректор.

— Чем больше деталей вскрывается, тем сильнее мне кажется, что императору нечего опасаться, — отмахнулся Дориэн.

— Опрометчиво, но в твоем случае беспокойство объяснимо, — непонятно сказал лорд Натори. — Итак, возвращаясь к давней истории и сравнив списки участников обоих инцедентов, мы выявили закономерность, благодаря которой у нас есть несколько подозреваемых.

— Есть ли среди них Русполли? — уточнила я.

— Есть, есть, — кивнул ректор. — Прямо сейчас его схватить нам мешает то, что мы все еще думаем, что у преступника есть сообщник, и нам не хотелось бы, чтобы ниточка, ведущая к нему, оборвалась. А следить за Русполли будет несложно, именно он предлагал вам, адептка Чаргетто, себя в женихи.

Глава 83. Новые неприятности

— Нет, не складывается! — засомневалась я, резко остановившись.

Ренци, который куда меня целенаправленно тащил с того самого момента, как мы покинули лазарет, обернулся.

— Что не складывается?

— Зачем Русполли тогда предлагал себя в женихи? Он же сам отправлял ко мне Кантоцци, чтобы скомпрометировать?

— Что? Жаль упускать шанс выйти замуж? — непонятно с чего разозлился Дориэн.

Звучало так, будто это был мой единственный шанс.

Да, выбор у меня невелик, но ведь если Фаджио удастся оправдать отца и восстановить честь моего рода, то все изменится. В конце концов, мне всего девятнадцать!

Какой же он противный, когда такой сноб.

— А что? У тебя самого были виды на Русполли? — огрызнулась я.

— Чаргетто, ты пытаешься нащупать границы моей эмоциональной