Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

А корабля все равно — нет!

Нет в порту, нет в море, о чем доносят господа с Лориса. И не врут, в это Энтор верил свято. Пиратам нужна эта бузу. Ему нужны пираты для оживления торговли, а пиратам нужно единственное место, откуда их не гонят грязной тряпкой. Вымрут они без Лориса, а живут они на своем острове благодаря Энтору. Пиратством столькопродуктов не захватишь, сколько им надо, торговать приходится.

Вот и держится равновесие. Энтор ставит цены хоть • и выше остальных, но не настолько, чтобы пираты махнули рукой на договора и принялись нападать на его корабли.

А пираты служат сторожевыми... собаками?

Нет, скорее, сторожевыми гадами на подходах к его землям. Собаки все же преданные, а эти твари...

Укусят, только дай волю!

Мрази и сволочь, дрянь помоечная, твари пиратские — презирал Энтор своих союзников вполне искренне, но внешне ничего не показывал.

Нет, пираты не врут, он был уверен. Даже скрысятни- чай кто-то один добычу, его остальные не поймут, и рано или поздно информация просочится.

А куда тогда делась «Танцующая русалка»?

И куда делись его люди?

И... они мертвы — или нет?

Энтор отлично знал, что в море возможно всякое. Были легенды и о Морском Змее, и о Великом Водовороте, и о корабле-призраке, который проходит сквозь суда и забирает души моряков, и о русалках...

Корабли — пропадали.

Люди пропадали.

Но это — лучший вариант. Когда все исчезли — и не доставайся ты никому! Может, оно и неплохо!

А если не исчезли?

Если сейчас «Русалка» у тех, кто может получить информацию и применить ее?

Конечно, Энтор от всего отопрется. И доказать ничего не получится. Но в том-то и пакость, что никому те доказательства НЕ НУЖНЫ!

В политике такого уровня всем плевать на дедукцию!

Доказательства?Четкое знание, кому выгодно, плюс свидетельские показания. И пусть свидетелей нельзя тащить в суд, да и не будет того суда.

Но...

Ативерна.

Уэльстер.

Вирма.

Ханганат.

Если эти четыре государства ополчатся на Авестер, Эн- тору придется солоно. И даже очень горько. И морские пути перекроют, и многие поставки урежут, и пошлины поднимут... а злые купцы на всякое способны.

А если он ошибается?

Если лежит себе корабль где-то на дне морском и рыбки матросов кушают?

Хорошо бы...

И графиню... Лофрейн? Этого жалко, из красивого щенка могла вырасти грозная псина. Но — собак много, найдем новых! Может, и не стоило ввязываться в аферу, но так все заманчиво выглядело...

Побег графини с любовником, пощечина Ативерне, а заодно некая практическая польза, потом много-много дипломатии, еще пара пощечин Ативерне и мальчишке Ричарду... жаль, Эдоард подох, но туда ему и дорога! Да, на бумаге все было красиво. А как дошло до реального воплощения...

Никому нельзя доверять! Просто — никому! Никто не способен правильно претворить его гениальные идеи в жизнь... сначала сопляк не смог соблазнить графиню... болван!

Все бабы — шлюхи, сначала ломаются, а потом еще и сами просят. А он чего-то ходил вокруг да около... надо было кого другого взять, этого придворные девки избаловали дальше некуда! Привык, что шлюхи за ним бегают, вот и не справился с задачей!

Вот окажись там Энтор, он бы точно обаял графиню Иртон. Дело-то несложное!Потом это похищение... вроде как прошло гладко, но посол пишет, что им заинтересовались.

Ричард прямым текстом высказал, что знает виновных, и отвечать за наглость придется. А идиот-посол не смог отболтаться!

Хотя что ему стоило?

Доказательств не было, только подозрения... проник там кто-то к нему в спальню... болван!

Вот Энтор не сомневался в себе! Он бы и пытки выдержал! Определенно! А эти...

Никакой стойкости!

Вообще никакой!

А вот что ему теперь делать?

Чего ждать?

Хотя ответ так и так был прост. Не надо ничего ни ждать, ни делать, все равно от его величества Энтора здесь и сейчас ничего не зависит!

Вообще ничего.

Он может только сидеть и ждать. Ну и агентуру свою напрягать, чтобы ловили малейшие слухи, крохотные жесты, шепотки — да все! Все, что только могут!

Ловили, доносили...

Но чего не любил Энтор — так это терпеливо ждать.

Вот и бесился его величество, вот и летела в угол тронного зала корона, вот и пинались ногами рыцарские доспехи...

А ждать все равно придется. Хоть каких-то вестей.

Бирма, земли клана Хардринг

— «Танцующая русалка», значит. Джок Арран, значит...

Олав Хардринг смотрел с таким выражением лица, что Джок чуть палубу не испачкал.

И было от чего.Стоит этакий кошмар, выше самого Джока малым не на две головы, в два раза шире в плечах, улыбается, кровожадно...

А топор?

Да там как посмотришь... таким вековые сосны с одного удара валить!

Жуть — жуткая!

Кошмар кошмарный!

Джок в него мог, как в зеркало смотреться. Поясное. Высотой по пояс...

И чувствуется — это не просто так, это рабочий топор, это оружие, которое регулярно пробует кровь врага. Так что Джок даже немного зауважал себя, когда промямлил... ну, почти внятно спросил:

— Господин, вы — глава клана?

— Бери выше, — не без удовольствия усмехнулся Олав. — Глава Совета Кланов Бирмы.

И довольно погладил медальон на груди.

Это был их с Браном первый шаг. Сразу короноваться? Могут и не понять, и не признать. А вот вести дела, как глава Совета Кланов — так, для начала, это неплохой старт. Лет через десять, когда все привыкнут, и когда на счету Олава будет не одна сытая зима, можно и следующий шаг попробовать. К примеру, передать власть сыну.

Или — короноваться...

Это — потом. А сейчас Олаву было важно другое. Если это — тот корабль, на котором увезли графиню Иртон, считай, он получает преимущество на переговорах с ативерн- цами. Ричард — умный юноша и благодарный. Он оценит...

Поэтому, он перевел тяжелый взгляд на Джока, положил ему руку на плечо, едва не вогнав бедолагу в палубу, и тихо, но отчетливо произнес:

— Рассказывай.Джок сглотнул — и заговорил. Быстро, даже сбивчиво, торопясь рассказать все, прежде, чем Олав действительно разгневается. А то ведь костей не соберешь!

❖ >:< ❖

Спустя два часа Олаф Хардринг сидел за столом и писал письмо.

Хотя... вот топор в его руке смотрелся совершенно органично.

А дорогое золотое перо из Ативерны почти в руке и не виднелось. Но удобное!

На листе сами собой возникали строчки.

Ваше величество.

Волей судьбы, я могу оказать вам небольшую любезность.