Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

враги под стенами города, орут: «эй там, рюсски, выходи, сдавайся!!!», а русские смотрят сверху и тяжко вздыхают: «опять нам хоронить... что ж они все шляются-то?!! Хоть бы с лопатами приходили!».

В данный момент решался вопрос, у кого крепче нервы.

Кот, естественно, запястье не отпустил. Только сжал крепче.

— Позови хозяйку. Не поняла?

— Лари, — тихо позвала Лиля. — Ты все сделала?

- Д-да...

— Отлично. Составь с моего подноса горшочки.

-А...

— Давай, быстренько. Видишь, у меня рука занята, я его по назначению применить не могу.

— По назначению? — заинтересовался Кот.

— Конечно, — в тон ему удивилась Лиля. — Вот сейчас подруга все на стол составит, — Лари, кстати, так и поступила, — И я вас этим подносом по голове огрею. А то свой труд мне жалко, и пол пачкать неохота. Вот и терплю...

Кот невольно фыркнул.

Наглость?Э, нет. Видел он и наглость и хамство... женщина даже не думала бояться. И спокойно сообщала о своих дальнейших действиях.

Не боитесь, что отвечу?

Лиля кивнула на поднос Лари.

— Дай мужчине, пусть взвесит в руке.

Поднос был не алюминиевый. Ром заказал деревянные, надежные, не вдруг и разобьешь...

Лари послушно протянула поднос. Кот отпустил руку Лилиан, взвесил поднос на руке...

— И хватило бы решимости?

— Лари, иди, детка. У нас еще гости...

Лари послушно ушла, а Лиля посмотрела Коту в глаза. Глаз.

Один.

Карий и достаточно наглый.

— Я бы вас ударила вот сюда, — кончиком пальца Лиля обвела выбранную зону прямо на лице у Кота. И попробовала бы сломать нос.

— А ребят не боишься?

— Пуганная, — отрезала Лиля.

Что было чистой правдой. Вот когда недоброй память волк на них выскочил или когда бандиты напали...

Вот тут Лилиан боялась. А какой-то кошки с помойки... Понятно, что он может быть опасен. Но терпеть его и бояться?

Вот еще не хватало! Только прогнись один раз перед такими, потом всю жизнь спины не разогнешь!

— Ишь ты... ну, присядь с нами, пуганая.

Лиля покачала головой.

— Давайте лучше я вас приглашу в гости? Вы со мной поговорить хотите — ну так лучше не на людях.

— Не боишься?

— Вас — или ребят?Кот смотрел угрожающе, но Лиля не боялась. Не привыкла она бояться, и это чувствовалось. Так что мужчина медленно кивнул.

— Хорошо. Сегодня вечером в гости ждите, как трактир закроется.

— Приходите. Угостим на славу, — пообещала Лиля. И отправилась на кухню, чтобы обнаружить безнадежно пересушенное печенье.

Что ж.

Народная фантазия и не с таким справлялась — не пропадать же добру? Тем более, кота в гости ждем... как тут не уважить человека?

И Лиля, насвистывая детскую печенку про кота Леопольда, принялась за дело.

— Алия, ты не боишься? — Марион какое-то время наблюдала за ее сиятельством, а потом поняла, что ничего интересного не увидит.

— Нет, не боюсь.

— Амы...

— Марион, успокойся. Я договорюсь с Котом. Мне еще рожать, так что мне лишнего беспокойства не надо, — поморщилась Лиля.

Марион вздохнула — и согласилась. А что ей еще оставалось делать? Только верить подруге. Пока она ведь не ошибалась. И потом не ошибется, правда? Правда же?

« « ❖

Одноглазый, Кот постучал в трактир тем же вечером. Не один, естественно.

Десяток адъютантов пожаловал с ним, но тут уж Лилиан не церемонилась.

— Располагайтесь, господа.

Бандитам были выделены три столика, на которые Лари принесла и выпивку, и закуску. А Кота посадили отдельно.Лиля проследила за сервировкой стола, и присела рядом с ним.

— Вечер добрый, господин Кот. Простите, имени вашего не знаю.

— Котом и зови, не обидно, — хмыкнул покровитель всея квартала. — А ты — Алия. Правильно?

— Правильно.

— А по фамилии как?

— Веска, — Лиля даже плечами пожала. Он что думал — она не спросит, как девичья фамилия Марион. — Аля Веска.

— Ну, со знакомством, Аля. Муж-то твой где? Или так — ветром нагуляла?

Лиля пожала плечами.

— Мужа нет рядом. А я выживаю, как могу.

— Вот оно как... жить, значит, хочешь.

— И хорошо жить, — до какого-то предела Лиля настроена была соглашаться. Но — только до какого-то.

— А платить мне не хочешь.

— Не могу, — спокойно пояснила Лиля. — Мы только начинаем работать, если сейчас и стражу кормить буду почти себе в убыток, и вам платить — по миру пойдем.

— Вы и так пойдете. Если трактирчик ваш заполыхает с четырех сторон.

— Не пойдем, — парировала Лиля. — Выскочить не успеем.

— Может, и не успеете. Смотря, до чего договоримся.

— Смотря, что вам нужно, — парировала Лиля, — у нас двое детей есть, третий на подходе, вот уж велик героизм! С бабами да детьми воевать! Весь квартал ухохочется, а то и весь город! Сам Кот — беременную женщину одолел. Следующий противник, надо полагать, грудной младенец?

— Уж больно ты языката, — нахмурился Кот.

Лиля развела руками, не слишком усердствуя. Беременность же... бюст у нее опять расти начал. Хоть платьеи расставляли, а все равно тесновато, лопнет еще, потом собирай богатство!

— С волками жить — по волчьи выть.

— Хм. Хорошо сказано.

Лиле захотелось добавить, что с кошаками — мяукать по-кошачьи, но пришлось промолчать. И вместо этого...

— Сколько вы хотите с нас получить?

— Два золотых в месяц мне платят. На моей земле стоите...

— А я думала — на королевской, — парировала Лиля. — Ладно... пока мы платить не сможем.

— Могу в долг дать.

— А потом трактир на себя переписать? Небось, процент будет такой, что проще себя запродать, да процент на процент... угадала?

Судя по нахмуренному Коту — угадала.

— И что ты предлагаешь?

Кот дураком не был. Но тоже понимал, когда надо остановиться.

Может, раньше бы надавить и получилось. А сейчас наглая баба в своем трактире всю стражу, считай, прикормила. Попробуй, тронь ее — так из принципа тебя под землей найдут и обратно закопают!

Но и спускать такое...

Нет, никак нельзя.

Проблема?

Для Кота — да. Причем не имеющая решения. Но это для Кота. Не д^я Лилиан Иртон.

— Можем иначе заплатить.

— И как же?

— О деньгах поговорим потом, когда мы сможем их платить. А пока... работа у вас опасная, нервная. А