Неугодная невеста Дракона, или Тайна леди Дойл - Мари Александер

‒ Мы нет! ‒ согласилась женщина. ‒ Но вот ОН жаждет попробовать её!

‒ Ты, что дала ЕМУ её кровь? ‒ чуть ли не выкрикнул мужчина и начал проверять мои запястья и шею.

‒ Тише! Ты разбудишь её, ‒ тут же ответила женщина и попыталась отвести мужчину от меня. ‒ Я не резала её!

‒ Но? ‒ потребовал ответа мужчина.

‒ Когда обрабатывала рану на затылке, то на бинте осталась кровь, ‒ пояснила женщина.

‒ Зачем? В ней нет магии! Она пустышка, поэтому и не, ‒ тут мужчина оборвал свою мысль и резко сменил тему. ‒ Её нужно срочно перевезти в другое место. До Лондона и обратно я уже не успею, поэтому нужно найти другое укромное место, где её можно будет подержать до того, как я смогу стереть ей память.

Тут же память напомнила мне разговор с доктором Беллом, после визита мистера Икс. Вернер сказал тогда, что Глава Тайного сыска не только имеет доступ к таким магическим технологиям, но и умеет ими пользоваться. И это он сказал тогда про Артура.

Мне срочно захотелось снять повязку и убедиться, что это просто совпадение. Стирать память наверняка умеют и другие. И пока я мысленно искала другую кандидатуру, заговорила женщина.

‒ Ты не сказал мне, что она и есть третья дочь барона Монтигрин! ‒ обвинила она мужчину. ‒ Ты знал и не сказал! Я была уверена, что она умерла, но этого не случилось. А что теперь? Ты говоришь она пустышка, но твои глаза выдают тебя. Когда ты говоришь о ней, твой дракон подбирается близко к коже? Признайся! В ней появилась искра?! Да!

Какое-то время мужчина молчал, а женщина ждала. Но её терпение быстро закончилось, и она решила действовать. Я даже не успела испугаться, когда поняла, что она сделала.

К моей шее приставили что-то металлическое, холодное и очень острое. Рука, державшая кинжал, не дрожала. Женщина очень уверенно обращалась не только с оружием, но и со своими нервами.

‒ Пока это лишь предупреждение, ‒ почти прошипела она.

‒ Не смей! ‒ попытался образумить её мужчина. ‒ Она не должна умереть здесь и сейчас! Она может стать источником силы.

‒ Источником твоей силы уже стала я, муж мой! ‒ сказала женщина.

Мне показалось, что её хладнокровие начало изменять ей. Рука не дрожала, но вот в голосе что-то изменилось, когда она заговорила вновь.

– Или ты забыл, как клялся мне в церкви в любви и верности? Тогда же ты дал обещание, что сделаешь всё, чтобы я была счастлива. Ты сказал, что нужно лишь немного подождать и я стану хозяйкой Хилс-Ррок!

‒ Любовь моя, все, что я делаю, это ради тебя! Ради нас! Но её нельзя убить здесь, ‒ повторил мужчина. ‒ Если в Шерлиз Монтигрин проявилась та самая искра, что была в Первой Леди, он ОН её получит. То ОН перестанет нам подчиняться. Любовь моя, ты же это понимаешь.

Слова мужчины заставили женщину задуматься. А может просто ей требовалось услышать от него те самые слова «Любовь моя»? Тут сложно было определить. Но нажим лезвия на мою шею ослаб.

‒ Этого нельзя допустить ‒ мужчина продолжал убеждать женщину. ‒ Ты видела, на что Он способен, ты знаешь, что он не отдаст нам Хилс-Ррок. Поэтому убери кинжал. Скоро светает, нам нужно подняться наверх.

‒ А она? ‒ спросила женщина, отведя кинжал от моей шеи.

‒ Она останется здесь, а завтра ночью, я полечу в Лондон и спрячу её там. В Доме Желаний мадам Паскаль очень глубокий подвал и оттуда никто ещё не сбегал.

‒ Погоди, её же будут искать! ‒ возразила женщина.

‒ Так она уже сбегала один раз, ‒ спокойно сказал мужчина. ‒ Вот и в этот раз все решат, что она сбежала.

‒ Хорошо, ‒ согласилась женщина. ‒ И потом, мы же не оставим её в живых? Даже стерев память мы не получим гарантии, что она не начнёт снова разнюхивать и…

‒ После того как мы решим порос с НИМ, ‒ перебил её мужчина. ‒ Мы подумаем о том, как лучше поступить с ней. Всему своё время, любимая. А сейчас ступай, тебе пора. А я накормлю ЕГО и на время вернусь в Лондон, чтобы потом прибыть сюда уже официально.

Мужчина явно хотел выставить её. Но женщина не пожелала уйти просто так. Когда женщина заговорила снова, я поняла, что она уже стоит с другой стороны от меня, рядом с мужчиной. Мне пришлось напрячь слух, чтобы расслышать её слова.

‒ Муж мой, поцелуй меня, а проводи. А потом уже займись зверем. ОН очень голодный, ‒ прошептала она и после недолгой паузы добавила. ‒ Только прошу тебя, сегодня отключи сознание бедняжки Бонни, пусть в этот раз ей не будет больно.

Мужчина ответил ей что-то, но я не расслышала. Наверное, он решил выполнить её желание и они целовались. Долго целовались, потому что прошло порядка нескольких минут, а может и более, когда я поняла, что они ушли, и в каменной камере я снова осталась одна.

Воцарилась тишина. Но и она была недолгой.

Душераздирающие женские крики нарушили эту тишину, и я поняла, что мужчина всё же не выполнил просьбу жены, он отключил сознание Бонни. И даже плотная тугая повязка не спасла меня. Я слышала каждый её крик и каждую мольбу о пощаде.

Невозможность как-то помочь ей, чувство беспомощности душило. Я беззвучно рыдала, забыв о том, что мужчина может в любой момент зайти и понять, что я уже не в отключке. Но абстрагироваться от чужой боли и страданий не получалось.

Казалось, что это длилось бесконечно. Повязка моя давно стала мокрой от слёз, уши заложило, от собственных рыданий и криков, которые так никто и не услышал. Это была пытка. Она рождала внутри меня страх, что, то же самое ждёт и меня. Потому как я не поверила тому, что женщина позволит мне выйти из этого подземелья живой.

Получалось, что спустившись в это подземелье одна, я не только не Бонни лишила шанса на спасение, но и себе подписала смертный приговор.

Глава 68

Мой мозг не выдержал такой нагрузки и решил перезагрузиться.

Сознание покинуло меня, и я была благодарна этому.

Придя в себя через какое-то время, я поняла, что нахожусь всё там же. Металлические обручи на руках и ногах, кожаный