Шторм ярости и мести - Мелисса Рёрих

— И снова лишь ради своих целей, — безучастно ответила она.

— Чтобы спасти тебя! — сказал Теон, явно стараясь удержать ее внимание на себе. Его волосы прилипли ко лбу, дождь смешивался с непрекращающимся потоком крови из раны. — Я пытался это изменить. Я сделал все, что мог.

— Судьба зовет, и требует жертв, — сказала она, снова опускаясь перед Теоном на корточки. — Те, кто пришел в этот мир незваным, познали эту истину. Мы все ее познали.

— Их королева будет мстить, Тесса. Не сомневайся.

— Я на это рассчитываю.

— Ее месть не будет знать границ.

— Тогда она познает мой гнев, как познал его ты.

— И я бы молил об этом снова и снова, если это все, что ты мне позволишь, моя умная буря, — ответил Теон, и его дрожащая рука поднялась, чтобы коснуться ее щеки. — Но я понимаю, что наше время вышло. Снова у меня закончилось время.

Она на миг потерялась в этих темно-изумрудных глазах и черных волосах. В едва заметной ямочке и губах, которые она целовала столько раз, что не сосчитать. А затем она поцеловала его. Глубоко и нежно, так, как это должно было быть всегда.

— Прости, что я подвел тебя, маленькая буря, — сказал Теон, когда они отстранились друг от друга. Скорбь и боль читались в его глазах. — Я пытался. Я пытался спасти тебя.

— Я понимаю, — прошептала она. — Прости, что не смогла отдать тебе всю себя. Каждую частичку.

И она вонзила золотой кинжал ему в грудь.

— Но когда Хаос придет к власти, должен остаться только один.

ГЛАВА 26. Теон

Он поерзал на месте, обнаружив, что кресло куда удобнее, чем он предполагал. Впрочем, иного и ждать не стоило. Правители этого мира не согласились бы на меньшее. Разумеется, места на возвышении в здании Трибунала были роскошными, в то время как скамьи для всех остальных — жесткими и неудобными.

Боковая дверь открылась, и появились Лорд Ахаза и Леди Серафины в сопровождении своих Источников. Каждый проследовал к своему месту. Остальные Леди уже были здесь и успели устроиться. Рордан откинулся на спинку, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, а затем уставил взор на Теона.

— Наследник Сент-Оркас. Как любезно с вашей стороны почтить нас своим присутствием, — процедил Рордан.

Он выдерживал взгляд Теона, явно чего-то ожидая.

Извинений? Объяснений?

От Теона он не дождется ни того, ни другого.

Его отец мог быть последним ублюдком, но он позаботился о том, чтобы Теон умел держать удар в кругу этих людей.

Теон откинулся в своем кресле, широко и по-хамски расставив ноги и упершись локтем в подлокотник.

— У меня не было выбора в этом вопросе, — спокойно произнес он. — Судя по всему, пока я был занят передачей власти в своем королевстве, вы позволили виллам Сираны превратиться в кладбище.

Рордан пугающе замер.

— Ты намекаешь, что я имею к этому отношение?

— Конечно нет, — ответил Теон. — Но виллы находятся в вашем королевстве. И ваша обязанность — обеспечивать их безопасность, точно так же как другие королевства охраняют Поместья, а мы держим Подземелье в узде и под контролем. Виллы — это ваша территория.

В зале воцарилась тишина.

Сегодня здесь не было публики. Скамьи пустовали. Ни Наследия, ни знати. Только правители и их Источники. С Теоном не было даже советника. Он бы взял Акселя, хотя бы для видимости, но его брат исчез, оставив лишь гребаную записку. Узнав об его уходе, Теон не проронил ни слова. Он сел в машину, доехал до берегов реки Уинфелл, где вечно все шло наперекосяк, и выпустил все наружу.

Свой гнев.

Свое разочарование.

Свое отчаяние.

Свою печаль.

Его тьма покрыла землю, просачиваясь во все вокруг. Растительность увядала, жизнь покидала листья и корни. Земля стала серой и мертвой. Перед глазами стояла чернота, скрывая все: от звезд и неба до земли и воды.

Теон не знал, сколько простоял там, пока сила изливалась из него, а мир вокруг умирал. Но когда зрение наконец прояснилось, что он увидел в водах перед собой?

Они были такими же темными и черными, как Ночные Воды в восточной части королевства Ариуса. Вся река Уинфелл почернела, и он не знал, как это понимать.

Но теперь он сидел здесь, один в помещение, полным тех, кто явно не желали видеть его в этом кресле. И Теон пытался понять, как и где ему вписаться во все это.

Воздух после его последнего ответа Рордану был наэлектризован. Лорд сверлил его взглядом, а Теон не отводил глаз. Вокруг Лорда заструился золотой туман, и Теон в ответ позволил клочьям тьмы проявиться в воздухе.

Когда Рордан ничего не ответил, Теон произнес:

— Хотя бы скажите, у вас есть подозреваемые? Зацепки? Хоть какая-то информация о том, что там произошло?

— Ты имеешь в виду — кто там произошел, — с усмешкой вмешалась Леди Селесты.

— Кто? — повторил Теон.

— Именно — кто, — огрызнулась она. — Не надо строить из себя невинность. Мы все знаем, что это был твой Источник.

— Который, как мне сказали, мне больше не принадлежит. Ее у меня забрали, — сказал Теон, указав на Лорда Ахаза.

— Но она все еще связана с тобой как Источник, не так ли? — спросила Леди Фалейны.

— Учитывая, что подле меня нет нового Источника, это очевидно.

— И все же на тебе новая метка, — заметила Леди Эйналы, многозначительно глянув на его правую руку, где Тесса начертила символ Ахаза.

Он знал, что должен быть в ярости из-за этого, но это была часть ее, которую она никогда не сможет вернуть себе. Возможно, это единственное, что она когда-либо отдала ему добровольно, поэтому он не питал к метке того отвращения, которое следовало бы чувствовать, даже если это был символ враждебного королевства.

Теон пожал плечами, разминая кисть.

— У нас возникли разногласия. Она бывает… непредсказуемой.

— Эта девчонка не просто непредсказуема. Она неуправляема! — заявила Леди Селесты. — Несмотря на все обещания, что ее будут держать в узде.

Это колкое замечание было адресовано напрямую Рордану.

— Я занимаюсь этим, — парировал Рордан.

— И как успехи? — спросил Теон, приставив палец к виску.

— Это тебя больше не касается, — огрызнулся Лорд Ахаза.

— Я думаю, это касается нас всех, — вмешалась Леди Фалейны. — Рордан, она была причастна к тому, что случилось на виллах?

— Это было недоразумение.

— Недоразумение? — переспросила Леди Аналы. — Будь добр, объясни.

Рордан вдохнул, заметно собираясь с духом, и выпрямляясь. На кончиках его