Призрак - Грир Риверс

того, даже если бы он был заинтересован, я нет. Я не вижу его таким. Он мой друг. — Я сжимаю руку Рэнда через стол. — Таким же, как и ты. Я не знаю, что бы делала без тебя, если бы ты не предупредил меня о Соле.

Его очаровательная улыбка становится хрупкой, и он вытаскивает свою руку из-под моей. Он отпивает виски, прежде чем прикусить губу.

Я заговорщически наклоняюсь вперед.

— Ты знаешь… просто потому, что Лоран пил скотч, это не значит, что ты должен это делать. — Улыбка, которую я получаю, гораздо слабее, чем я ожидала, когда он смотрит в свой стакан.

— Мой брат никогда не мог найти свой любимый бренд в Новом Орлеане. Я все время думаю об этом. Как он пытался сделать этот город лучше и никогда не был удовлетворен. Я не предпочитаю этот напиток, но он напоминает мне, зачем я здесь. Когда я восстановлю имя Шателайнов, мы возьмем весь Новый Орлеан, начиная с портвейнов. Это будет лучше, чем мог мечтать мой брат.

Я хмурю брови.

— Я думала… Я думала, тебя все это не волнует. Я думала, ты вернулся сюда, потому что это твой дом. Ради искусства и культуры.

Он пожимает плечами и перекатывает донышко своего бокала по краю.

— Я люблю Новый Орлеан, но искусство и культура не приносят денег, Скарлетт.

Нахмурившись, я кручу ожерелье с розово-золотым опалом, которое мне доставили этим утром из местного бутика. К ожерелью прилагались серьги в тон и длинное черное атласное платье. Я раздумывала надеть этот наряд, поскольку не сомневаюсь, что это должен был быть подарок от Сола, и он просто не отменил доставку. Но, поняв, что мне нечего надеть, кроме театральных костюмов и леггинсов, я сдалась. Честно говоря, я рада, что сделала это, потому что чувствую себя великолепно.

Элегантное платье с глубоким вырезом, а на спине у меня вышитая сверкающая черная бабочка. Дизайн выглядит точно так же, как маска, которую я надеваю на глаза.

Одна из причин, по которой я знаю, что именно Сол оставил мне это платье, заключается в том, что юбка с запахом открывается до разреза, который начинается прямо у моей правой тазовой кости. Время от времени я провожу рукой по чувствительной коже, представляя, что это его рука.

Но нет. Я сделала это. Я решила, что мое будущее будет без Сола, и мне нужно придерживаться своего решения. Он безжалостный преследователь, который манипулировал мной в течение нескольких месяцев.

«Я люблю тебя».

Это признание до сих пор разрывает мое сердце и решимость на части. Я закрываю глаза и качаю головой.

— Эй, ты в порядке? — рука Рэнда накрывает мою, побуждая меня открыть глаза. Его большой палец ласкает мою ладонь, заставляя кожу зудеть от мягкого прикосновения. Но он озабоченно хмурит брови, поэтому я сопротивляюсь, чтобы не отстраниться. — Если это слишком для тебя, мы можем пойти. У нас будут другие шансы спеть где-нибудь вроде этого. Таких мест пруд пруди.

— Нет, нет. Я в порядке. Просто немного болит голова, — вру я.

По правде говоря, я хотела бы уйти, но мадам Джи и Зигги Майлз разрешили мне спеть, и я не хочу упускать это.

— Ладно, если ты так говоришь. Хотя я понимаю, почему у тебя болит голова. Здесь темно и затхло, а тема неуклюжая. От одних только этих цветов у меня может начаться мигрень. — Он для выразительности нюхает воздух. — Определенно не свежесрезанные.

Он обводит рукой кафе, указывая на великолепные красные, белые и черные розы, расставленные повсюду. Я уверена, что это еще одно пожертвование от моего демона музыки. Его, однако, нигде не видно.

У меня голова шла кругом в поисках его всю неделю, но безуспешно. Вероятно, он купил непомерное количество декоративных букетов только для того, чтобы поддержать мисс Мейбл и мадам Джи, но в глубине души я надеюсь, что он хотя бы подумал обо мне, когда заказывал их.

— Неужели? Тебе не нравятся цветы? По-моему, они великолепны. И дама, которая их продает, добрейшая на свете...

— Но из Трема, верно? — он фыркает. — Милая Летти, я вырос в великолепном Садовом районе. По сравнению с этим они выглядят... Печально.

У меня отвисает челюсть. В детстве он никогда не был таким претенциозным.

Или, может быть, я просто идеализировала его в своей голове? Безусловно, приятнее помнить хорошее, чем смотреть в лицо плохому.

— Тем не менее, группа довольно хорошая. Кстати, о музыке… как прошло твое прослушивание? Если ты будешь исполнять главную роль, я уверен, что смогу свести тебя с лучшими людьми на Бродвее.

Я качаю головой еще до того, как он заканчивает.

— На самом деле я не хочу заниматься театром после окончания учебы. Думаю, я останусь здесь. Может быть, буду петь в таких местах, как это. Кроме того, я не получила эту роль.

Джиллиана получила его после моего неудачного прослушивания. Теперь эта роль принадлежит ей.

Рэнд хмурится.

— Серьезно? Я думал, сегодняшний вечер был всего лишь разовым. Тебе не кажется, что лаунджи и бары немного… скромны для человека с твоим талантом? Разве ты не хотела бы полностью раскрыть свой потенциал...

— Сегодня вечером у нас в доме особый гость, — объявляет в микрофон вокалист Зигги Майлз. — Мисс Скарлетт снова почтила нас своим присутствием. Скарлетт, поднимайся сюда.

Тревожная энергия бурлит у меня в животе и груди, и я смотрю на Рэнда в поисках поддержки.

— Не ставь меня в неловкое положение. — Он подмигивает с дразнящей усмешкой.

Я морщусь, прежде чем пробормотать в ответ:

— Я сделаю все, что в моих силах.

— Летти, Летти, Летти… Я шучу. Ты что, шуток не понимаешь? — он сжимает мою руку, и искренняя улыбка наконец-то появляется на его губах. — У тебя все получится. Не могу дождаться, когда услышу тебя.

— Спасибо. — Уголки моих губ приподнимаются, прежде чем я делаю глубокий вдох и встаю со стула.

Неприкрытая морщинистая ухмылка Зигги приветствует меня, когда я пробираюсь сквозь толпу в черных, белых и красных масках к сцене. Все, мимо кого я прохожу, хлопают, и от этого у меня кружится голова и я нервничаю одновременно. Когда я подхожу к платформе, мое внимание привлекает белое пятно. Мое сердце бешено колотится, и я останавливаюсь на месте, пытаясь найти его, но Зигги протягивает руку, чтобы вывести меня на сцену.

— Поднимайся сюда, Скарлетт. Я не могу заставлять публику ждать.

— Извините! — я нервно смеюсь и принимаю его руку помощи, чтобы подняться на сцену.

Но даже после того, как я устраиваюсь в