Проблема притворства - Эмма Харт

Работай умнее, а не усерднее, и всё такое.

— Горничные сейчас на этаже, так что закрой за собой дверь, — сказал папа, усаживаясь в кресло за своим столом. — Итак, что всё это значит?

Я закрыла дверь и посмотрела на него, всё ещё держа руку на дверной ручке.

— Бабушка мне всё рассказала.

— Я не понимаю.

— О тебе и маме.

Он слегка наклонил голову в сторону.

— Что ты имеешь в виду? Ты и так всё знаешь.

— Что? О том, что это она предложила тебе встречаться с другими, потому что была бесплодна и не могла подарить тебе сына, чтобы продолжить род?

Он опустил голову, зарыв лицо в руки.

— Чёрт возьми, Олив, — пробормотал он, круговыми движениями массируя виски большими пальцами. — Когда она тебе это рассказала?

— Примерно час назад, — ответила я. — Я хочу услышать это от тебя.

— Я не желаю это обсуждать, — тихо сказал папа, глядя на меня. — Тогда это не было твоей проблемой, и сейчас тоже не должно быть.

— Это моя проблема, — твёрдо сказала я. — Папа, я заслуживаю знать правду. Потому что провела последние восемнадцать лет, думая, что ты полностью ответственен за развод, что ты изменил ей и разбил ей сердце, потому что она была недостаточно хороша.

— Ты думала так? Думаешь?

— Что она была недостаточно хороша, потому что у тебя родилась только дочь? Да, прости меня, но учитывая, что ты женился на Кармен, как только узнал, что она ждёт мальчика, все знаки указывали на это.

Он тяжело вздохнул.

— Садись.

— Я не хочу. Просто хочу знать правду, папа. Мне двадцать восемь. Думаю, я уже могу с этим справиться.

— Это правда, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. — Всё, что рассказала тебе бабушка, правда. Развод был идеей твоей матери. Я никогда этого не хотел. Мне было всё равно, что она больше не могла иметь детей. У нас была ты, и этого мне было достаточно. — Он на мгновение замолчал. — И чтобы она поправилась. Я не был готов к той части клятв, где говорится «до тех пор, пока смерть не разлучит нас».

— Только ты ушёл, когда она была жива.

— Похоже, что так.

— Почему ты не рассказал мне правду?

— Просто ты была ребёнком. Когда мы разводились, ты была слишком мала, чтобы знать все подробности. Харриет хотела сказать тебе, когда узнала, что её рак неизлечим, но я не позволил.

Я сглотнула.

— Бабушка так и сказала.

— Мы много спорили об этом. — Его губы изогнулись в едва заметной улыбке. — Она хотела, чтобы ты знала правду, ведь наши отношения были натянутыми, но я отказался очернить её ради своего благополучия.

— Ты должен был мне всё рассказать.

— Возможно, ты права, и я искренне сожалею, что не сделал этого, — тихо сказал отец. — Но я принял то решение, которое считал лучшим для тебя на тот момент.

— Мама поступила так же.

— Да, но, как и всё, что она делала, это было тем, что приносило ей боль, но другим — пользу. И вновь это помогло бы мне, но за её счёт. Однажды я уже позволил ей поступить так и не собирался допустить этого снова.

— Ты знал, как я себя чувствовала?

— Да.

— Ты мог это изменить, если бы рассказал правду. Наши отношения могли бы быть другими.

— Я не жалею об этом, Грейс. Если бы всё зависело от меня, ты никогда бы об этом не узнала. Твоя бабушка не должна была тебе рассказывать. Я знал, что ты винишь меня, и был готов жить с этой виной, если это значило, что ты видела свою мать так, как видел её я.

Я обняла себя, опустив взгляд.

— Ты уже потеряла свою мать, тебе не нужно было терять воспоминания о том, какой ты её считала, — мягко сказал он. — Мы знали, что она неизлечимо больна, задолго до того, как рассказали тебе. Ты уже сильно страдала, и я не видел смысла делать это ещё хуже.

— Почему она это сделала? — спросила я. — Заставила тебя уйти.

— Наследие нашей семьи древнее. Она знала, как важно для нас всех продолжить род, а она не могла этого сделать. Я один раз уговорил её передумать, но она так и не смогла отпустить эту мысль. — Он вздохнул, поднявшись и направившись к бару в углу комнаты. Потом открыл бутылку, налил себе виски и на мгновение уставился в стакан. — Твоя мама была подавлена, и хотя у неё был кто-то, с кем та могла поговорить о своём здоровье, о жизни в целом она не говорила. Я пытался её убедить так же, как и твоя бабушка, но она не хотела. Харриет была упряма, и если принимала решение, то уже не меняла его.

— Но ты всё равно это сделал.

— Я просто шёл у неё на поводу. В ту ночь, когда встретил Кармен... это была ошибка, Грейс. Я до сих пор не могу объяснить своих действий и на следующее утро всё рассказал твоей матери. Она меня простила. Сказала, что рада, потому что это значило, что я начинаю соглашаться с её мнением. — Папа усмехнулся, покачав головой. — Я не решился сказать ей, что был безбожно пьян, когда это произошло. После этого я говорил ей, что хожу на свидания, хотя это было неправдой, и это действительно делало её счастливой.

— Я не понимаю.

— Я тоже. — Наконец он повернулся и посмотрел на меня. — Я намеревался тянуть это как можно дольше, поверь мне. Она была счастлива, и хотя я ненавидел лгать ей... Не знаю, Грейси. Пока я лгал, это не казалось проблемой.

— Но Кармен оказалась беременна.

— Да. Я дал ей свой номер до того, как мы провели ту ночь вместе, и она сообщила мне. Кармен клялась, что я отец, и у меня не было причин ей не верить.

Я замерла.

— Ты ведь действительно отец Винсента, да?

Его глаза блеснули.

— Да, я его отец. Не волнуйся. Одним из условий, которые я поставил для свадьбы, было проведение теста на отцовство сразу после его рождения.

— Ох, хорошо. А то я не уверена, что смогу пережить ещё одну подобную новость сегодня.

— Твоя мать справилась со всем с достоинством. У неё уже были подготовлены документы на развод. Твоя мать не хотела ничего — ни алиментов, ни помощи. Я сказал ей, что она глупая, и что не буду обращать внимания на эти бумаги, и что она подпишет те, что подготовлю я,