Шепот о тебе - Кэтрин Коулc

было никаких преград. Темные деревянные балки обрамляли стекло так, что казалось, будто весь дом сливается с лесом. А камень будто привязывал его к земле.

Дом раскинулся по склону горы, а закрытая галерея соединяла две его части. Когда мы были детьми, мама называла дальнее крыло «детской половиной». Мы могли там носиться, устраивая эпические игры в прятки, а она получала свои минуты тишины, когда это было нужно.

Воспоминания, которые сейчас боролись за первенство, были светлыми: смех и подшучивания, грандиозные розыгрыши и бои с водяными пистолетами, пицца на всю компанию и марафоны фильмов про монстров. Но за ними тянулся след вины — жгучей, въевшейся глубоко внутрь.

Я притормозил на круговой подъездной дорожке за четырьмя другими машинами. Понятия не имел, какой кому принадлежит. Разве что белый внедорожник с логотипом службы охраны природы наверняка был Роана. Остальное — без догадок.

Заглушив мотор, я выбрался из машины и направился к дому. В этот момент распахнулась входная дверь, и я успел уловить лишь стремительное движение. Через секунду в меня врезалось маленькое, но неожиданно сильное тело.

— Ты приехал!

Я улыбнулся, подхватывая Грей на руки.

— И я по тебе скучал, Джи. Как ты себя чувствуешь?

Она зарычала мне в ухо, проигнорировав вопрос, но обняла еще крепче.

— До сих пор не верится. Ты решил, надолго ли останешься? Уверен, что хочешь поселиться в гостинице? Могу поспорить, мама с папой пустили бы тебя в домик…

— Дай человеку вдохнуть, — усмехнулся Лоусон.

Я поставил Грей на пол и шагнул к старшему брату, заключив его в крепкое объятие.

— Черт, как же рад тебя видеть, Лоу.

Он хлопнул меня по спине.

— Не был уверен, что твоя страшная рожа и правда сюда доберется.

Его слова кольнули, но не сильнее, чем я заслуживал. Для Лоусона это была всего лишь мягкая подколка. Он не знал, насколько глубоко они задевают.

— Семейка снова в сборе! — выкрикнул Нэш, обнимая нас обоих и утягивая Грей в кучу-малу.

Она бухнулась мне в спину с приглушенным «ух».

— Нэш…

К нам подошел Роан, и Нэш тут же протянул к нему руки:

— Даже не думай, — буркнул тот.

Нэш состроил преувеличенно обиженную мину.

— Ну давай, мрачный кот.

Роан нахмурился и остался на месте.

— Ладно, испорти семейное воссоединение, — вздохнул Нэш.

Роан лишь кивнул мне.

— Привет.

Это в его духе. Никаких «рад тебя видеть» — он прекрасно понимал, как мне тяжело вернуться сюда. Не раз я задавался вопросом, почему он сам не уехал. Ту ночь со стрельбой он пережил не легче нас, а в чем-то даже тяжелее. Может, остался, чтобы доказать всем обратное.

— Рад тебя видеть, — сказал я.

Он только хмыкнул.

— Мама сказала, ужин готов. — И, развернувшись, пошел к дому.

— Как видишь, мало что изменилось, — пробормотала Грей.

Я едва не спросил, изменилась ли Рен. Остался ли у ее смеха тот же хрипловатый оттенок? Морщится ли нос, когда она улыбается? Но проглотил вопрос и направился к двери.

— Иногда то, что все по-старому, — неплохо.

— Пап! — донеслось с крыльца. — Люк не отдает Xbox!

Лоусон вздохнул.

— Вот что изменилось — полноценный подростковый бунт. — Он поднял взгляд на среднего сына: — Недолго. Ужин готов. Иди, поздоровайся с дядей, чтобы он не подумал, что я воспитал шайку дикарей.

Дрю одарил меня кривоватой улыбкой:

— Привет, дядя Холт. Топ, что ты вернулся.

Я вопросительно посмотрел на Грей:

— «Топ»?

Нэш хлопнул меня по плечу:

— Это значит «здорово». Тебе надо подтянуть сленг.

Мимо Дрю проскочил маленький мальчишка и кинулся ко мне.

— Дядя Холт!

Я поймал его на лету и подхватил.

— Привет, Чарли. Как ты успел так вымахать с нашей последней встречи?

Вина кольнула сильнее. Прошло-то всего несколько месяцев, но и Чарли, и Дрю стали будто на голову выше.

Он улыбнулся, блеснув дыркой на месте двух передних зубов:

— Потому что ты никогда, блин, не приезжаешь.

— Ты же знаешь, бабушка не любит, когда ты говоришь «блин», — проворчал Лоусон.

— Это даже не ругательство, — буркнул Дрю.

— Может, и нет, но в ее доме мы играем по ее правилам. Верно?

— Мы играем по ее правилам, потому что она печет печенье, — вставил Чарли.

— Умный парень, — прошептал я, ставя его на пол.

— Люк! — позвал Лоусон.

— Что? — донесся раздраженный голос, заметно ниже, чем я помнил.

Лоусон сжал переносицу:

— Господи, спаси меня от подростков.

— Я не подросток, — сообщил Чарли с важным видом.

— И я каждый день благодарю судьбу за это.

— Мы не такие уж и плохие, — закатил глаза Дрю.

— Да ну? А как насчет того, что вы зафигачили дом краской из пейнтбольных ружей? Или Люк, который угнал мою машину без прав? Или орете так, что уши вянут?

Дрю виновато улыбнулся:

— Мы держим тебя в тонусе.

— Вы делаете меня седым.

В голосе Лоусона слышалась и шутка, и усталость до костей. Понятия не имел, как он со всем этим справляется, но, может, я смогу хоть немного разгрузить его, пока здесь.

— Люк, живо сюда! Ужин стынет, — снова позвал Лоусон.

Минуту — тишина. Потом из подвала появился парень, которого я едва узнал. Всего пятнадцать, а выглядел старше. Темные волосы завивались вокруг ушей, а на лице застыло угрюмое выражение, больше похожее на Роана, чем на Лоусона.

— Привет, Люк.

Он кивнул:

— Привет. — И тут же отвернулся, направляясь к кухне-гостиной.

Лоусон сжал губы в тонкую линию:

— Точно не хочешь пожить у нас? Холодный прием круглосуточно — мечта.

Я усмехнулся:

— Думаю, у каждого из нас была пора, когда мы все ворчали на маму с папой. Это нормально.

— Я отрабатываю свою бурную юность, — поморщился он.

Нэш наклонился к нему и шепнул:

— Но оно того стоило.

Лоусон покачал головой, пока мы все шли на кухню:

— Тебе еще не прилетела расплата. Вот заведешь свою стайку сорванцов — тогда и поговорим.

Голова Нэша дернулась:

— Даже не каркай. Я в эту дорожку не сверну.

Грей ухмыльнулась:

— Жду не дождусь, когда кто-нибудь тебя проучит.

— Меня? Никогда. Я слишком практичный.

Дело было не в этом. Просто Нэш всегда любил только одну девушку. А когда умудрился все испортить, возвел вокруг себя стены до небес.

— Холт! — мама выскочила из кухни и заключила меня в объятия. — Как же я рада, что ты дома.

— Спасибо, что приготовила ужин.

— Твое любимое.

Я попытался скрыть свою гримасу за очередной натянутой улыбкой.

— Спасибо, мам.

Она отпустила меня, и я направился к отцу, который сидел на диване, закинув ногу на огромный пуфик. Гипс уже сняли, но он явно все еще берег ногу.