Переплет розы - Айви Фокс

– Все по-другому. Вы с Шэй слишком близки по возрасту, чтобы он почувствовал то же, что и я.

– Ты имеешь в виду, как навязчивый, чрезмерно контролирующий Athair - отец? Прости, что разрываю твой пузырь, deartháir mór - старший брат, но у меня уже есть отец, и он ни капли не беспокоится обо мне, лишь бы этот договор шел по плану.

– Это несправедливо, Айрис. Athair - отец беспокоится о тебе.

– Да, я знаю. ― Она выдохнула, склонив голову так, чтобы ее рыжеватые кудри закрыли лицо от моего взгляда.

Я снова притягиваю ее к себе, и в ее прозрачно-зеленых лугах так отчетливо проступает грусть, что она не дает мне покоя.

– Ты знаешь, что если бы он мог, то никогда бы не отказался от тебя. Ты его любимый ребенок.

– Я тоже это знаю. Ты пришел сюда, чтобы напомнить мне, как сильно вы все меня любите, да?

– А тебе нужно напоминание? ― Я вскидываю бровь.

– Нет, не нужно. Так что завязывай с тяжелыми разговорами и помоги мне закрыть эти чертовы чемоданы.

Я не могу не рассмеяться над ее нахальством.

– Возможно, тебе стоит умерить свой пыл, когда ты доберешься до Вегаса. Я не уверен, как русские отнесутся к женщине, которая ругается как матрос.

– Жесткое дерьмо. Я Келли, черт возьми. Это у меня в крови, так что им лучше привыкнуть к этому.

– Я уверен, что ты позаботишься о том, чтобы они привыкли.

Когда мои опасения немного улеглись, я помогаю ей закрыть чемоданы, но оставляю ручную кладь открытой.

– У меня есть кое-что для тебя.

– Опять жемчужины мудрости? ― Она закатывает глаза.

– Нет, ничего такого. Свадебный подарок. Поскольку я не смогу присутствовать на вашем торжестве, я подумал, что должен сделать тебе подарок сейчас.

Без лишних слов я протягиваю ей небольшой пакет, который спрятал в кармане пиджака. Она не выражает недовольства тем, что это не подарочная упаковка или что на ней нет красивого банта. Это было бы слишком по-девчачьи для Айрис. Ей никогда не нравились нарядные вещи, тем более что моя младшая сестра в душе всегда была сорванцом.

Когда она открывает коробку, ее глаза сияют от восхищения при виде кинжала, который я сделал для нее на заказ в синем бархатном футляре. Я обязательно попросил, чтобы лезвие было достаточно маленьким, чтобы Айрис могла легко спрятать его в ладони, но достаточно смертоносным, чтобы она могла перерезать им горло любому. И самое главное украшение - фамильный герб Келли, выбитый на рукоятке. Если когда-нибудь возникнет случай, когда она почувствует необходимость использовать его, я хочу, чтобы она вспомнила о крови, которая течет в ее жилах, чтобы укрепить свою решимость.

Келли никогда не убегают от борьбы.

Мы заканчиваем их.

– Это... это прекрасно, ― шепчет она, искренне переживая каждое слово.

– Я рада, что тебе нравится.

– Мне больше, чем нравится. Я люблю его! ― восклицает она с ликованием, обхватывая руками мою талию и прижимаясь щекой к моей груди.

Я крепко обнимаю ее, вдыхая ее свободный дух и запечатлевая его в памяти.

Кто знает, когда я увижу ее в следующий раз?

Или даже смогу вот так держать ее в своих объятиях?

Когда я слышу легкое похрипывание, кулак, сжимавший мое сердце все утро, делает еще один болезненный рывок. Айрис не из тех, кто плачет или проявляет эмоции. Она всегда следила за тем, чтобы не показывать слабость, поэтому, видя ее такой уязвимой, она могла бы с таким же успехом использовать чертов кинжал, чтобы разрезать мое сердце и порезать его на мелкие кусочки.

Через несколько секунд она наконец отстраняется, ее самообладание снова становится стальным. Я поднимаю ее подбородок, чтобы еще раз посмотреть ей в глаза.

– Ты помнишь все, чему я тебя учил? ― спрашиваю я ровно.

Она кивает.

– Ты помнишь все, чему тебя учил твой учитель?

Еще один кивок.

– Хорошо. Помни, Айрис, ты сильна. Сильнее, чем любой из тех грубиянов, с которыми тебе предстоит столкнуться. Но самое главное - ты умна. Положись на свою интуицию. Она обеспечит тебе безопасность.

– Ты должен давать Волкову этот совет. Не мне.

Я хватаю ее за подбородок, на этот раз с большей силой, чтобы показать ей, что это не игра.

– Не валяй дурака, Айрис. Эти засранцы съедят тебя на завтрак, если ты им позволишь.

– Ты забываешься, старший брат. У меня тоже довольно большой аппетит, ― прорычала она, ее острый как бритва взгляд не отрывался от моего.

– С Алексеем и его братьями не стоит шутить. Они не такие, как мы. Они животные, у которых нет кодекса чести. Если они захотят сломить тебя, они сделают для этого все, что в их силах. Не облегчай им задачу.

Она отстраняет свое лицо от моей хватки, ее изумрудные глаза приобретают более глубокий оттенок, который меня тревожит.

– Я уже большая девочка, Тирнан.

– Это точно. Только не будь глупой девчонкой.