Психушка. Любовь до гроба - Катерина Пелевина

Затем доктор приходит, и я всё ему рассказываю, будто вываливая с жалобами.

— Так понял… Ты же помнишь, что нужно сделать ЭКГ, да?

— Помню, да…

— Хорошо… Там вдоль по коридору, найдёшь нужный кабинет.

— Угу… — слушаю все его объяснения. В том числе, он знает о рисках, но говорит, что в случае чего, нужно просто назначить курс успокоительного дополнительно. А пока мне нужно пройти все процедуры…

И вот, когда я туда иду натыкаюсь там на маленького плюшевого медведя, который сидит на лавке перед кабинетом, будто кто-то нарочно его тут оставил. Кошу на него взгляд и стучусь в кабинет.

— Занято пока, — отвечает женский голос. Я сажусь рядом с ним и жду… Жду, жду… А потом и вовсе беру в руки это чудо, чтобы поближе рассмотреть. Забавная мордашка вынуждает улыбнуться, а два чёрных глаза смотрят на меня с неким коварством, или я уже додумываю что-то… У меня едет крыша…

Дверь вдруг резко открывается и оттуда выходит Арсений, поправляя свою футболку. Если честно, более неожиданного места встречи я не могла себе представить, наверное… У него тоже какие-то проблемы? Тоже тахикардия? Больное сердце? Мало ли…

Он смотрит на меня, потом на медведя. Потом снова на меня. Глаза как зеркало, если честно… Я вижу в них своё отражение только в позолоте…

— Извини… Это твой? — спрашиваю испуганно, ощущая, как у меня натягиваются голосовые связки и садится голос.

— Я похож на того, кто таскает с собой плюшевых медведей? — звучит в ответ ядовитое.

Я проглатываю язык и хмурюсь, сжимая в руках игрушку. Чувствую себя дурой. Нафига так спросила?

— Да, ладно, я пошутил. Мой, конечно. Там внутри наркота, — шепчет, и я тут же швыряю его в сторону.

— Господи!!!

Он просто ржёт надо мной и уходит, так и не подобрав этого медведя. А я смотрю ему вслед и думаю… Что у него вообще в голове? Что с ним не так? И там что, правда, наркота?!

Когда захожу в кабинет, врач ждёт меня и просит раздеться для кардиограммы.

Когда всё фиксирует, делает заключение и записывает всё в мою карту, а я сижу рядом, наблюдая за тем, как она пишет. Меня немного смущает, когда ничего не комментируют и не объясняют. Просто молчат и думают, словно я сама должна расшифровать эти замысловатые каракули…

— Что-то не так? — спрашиваю у неё, увидев сколько всего она понаписала.

— Что?

— С моим сердцем…

— Нет, всё в порядке. Пульс завышен, но это не обязательно тахикардия. Потому что ты можешь просто нервничать из-за меня. Называется «боязнь белого халата».

Или боязнь Арсения Громова, думаю я про себя. Больше ничего у неё не спрашиваю, как бы мне не хотелось узнать, что там с ним такое… Потому что это, наверное, уже будет слишком…

А после… Дождавшись заключения, я забираю свою карту и тащусь обратно к своему психиатру.

— Тук-тук…

— Входи, Аврора… Ну, что?

— Вроде всё, как Вы говорили… Всё в порядке…

— Ну, тогда у меня нет оснований прекращать… Это побочное явление слишком слабое. Если совсем будет невмоготу, поговорим, а так… Попытайся выявить сопутствующие триггеры… Быть может, что-то другое выводит тебя на учащенный пульс… Звонки родных, воспоминания, другие переживания… — говорит он, а у меня только от одних этих слов опять в груди ядерная война намечается. Потому что я моментально думаю о двух янтарях, что всегда столь пристально и досконально рассматривают меня, будто пытаются пробраться внутрь моей души…

Однако я отрицательно качаю головой.

— Вроде нет…

— Значит, наблюдаем… Иди пока, прими таблетку…

Я вздыхаю и направляюсь к месту выдачи, затем принимаю новую дозу, запивая… И иду к себе в комнату…

Но как только захожу мгновенно покрываюсь мурашками, потому что тот самый злосчастный медведь сейчас сидит на моей кровати возле подушки с оторванной головой…

Глава 6

Аврора Стадницкая

Комната пустая. Илоны нет, но находка приводит меня в шоковое состояние. Это он сделал???!!! Он что… Маньяк какой-то или что?! Получается, что он точно был тут ночью, да?! Господи, Боже!

Хватаю этого медведя и на эмоциях направляюсь к нему. Вижу его снова с этой самой красивой барби, сидящих в коридоре и мило воркующих, словно они встречаются. Не знаю, так ли это, да и мне всё равно. Сейчас я зла и очень расстроена.

— Ты больной, что ли?! — выпаливаю, показывая ему медведя, а он лишь приподнимает бровь.

— Как бы, да… — отвечает с толикой сарказма.

— Я о том, что нафига ты припёр мне в комнату это?!

— Я? Ты что-то путаешь, седовласка. Я был тут, — сообщает он, глядя на мою соседку. А она тоже смотрит на меня как на придурочную.

— Иди проспись, — заявляет наглым тоном, и мне кажется, у меня сейчас из ушей пар пойдёт.

— Это, правда, не ты? А как же те слова… Про наркоту…

— Ну… Ты видишь в нём наркоту?

— Нет…

— Вот тебе и ответ. Я просто сказал, — заявляет надменно.

«Просто сказал»!!! Как будто это всё шутка какая-то, блин!

— И ты не видел, кто его брал потом…?

— Нет, мисс Марпл, не видел… — добавляет с высокомерием, а я по факту даже сказать ему ничего не могу… Но чувствую себя какой-то идиоткой…

В итоге… С кислой миной и этим покалеченным медведем иду к Дане в комнату…

Стучусь тихонько и прошу его выйти. У меня глаза слезятся, я не понимаю, что происходит. У меня будто какая-то паранойя началась… Может, это на фоне приёма таблеток???

— Чё такое? — выглядывает он, приобняв. — Чё случилось, Аврора?

Мы идём в мою комнату, потому что там пусто, и я всё ему рассказываю. А он с таким жутким видом смотрит на этого плюшевого мишку, что я еле проглатываю застрявший в горле ком.

— Что?

— Давай я ему башку пришью, а… Жутковато…

— Как? Тут же нет острых предметов… Иголок там…

— Если тихо, то можно у Катюхи попросить иголку с ниткой…

— А ей потом прилетит! Ты подумал?! Мало ли!

— Ну да… — задумчиво отвечает он, пока я шмыгаю носом.

— Да делать ему нехер с этим медведем… Ещё и сложно, что камеры поломали… Сейчас вроде как переустанавливают…

— Да?

— Ага, я ремонтников видел…

— Ясно… — вздыхаю я, вытирая щёки и смотрю на игрушку. — Бедненький… Если это он… То я… Я…

— То ты… — лыбится Данька, а я жалобно смотрю на него