Кудряшка не твоя. Второй шанс (не)возможен - Анна Лапина

— Всё у вас будет хорошо! — пытается меня ободрить, хотя ей не очень нравится идея моего брака с той, кого я не люблю. — Ксюша хорошая девочка! Полюбишь её… наверное. В любом случае она не сбежит от тебя, как Олеся.

— Ты ведь знаешь, что я сам виноват, — одергиваю маму. — Не надо так о Олесе говорить.

— Знаю-знаю! Прости! — кивает она согласно, но всё же, как любая мама, пытается выгородить и меня. — Но знала ведь, что у тебя горе. Могла бы простить твою несдержанность. Вернуться. А она на развод подала! И даже ни на одно заседание не явилась!

Потому что была беременна.

Но это я понял лишь сейчас.

Если бы она явилась беременной, никакого развода бы и в помине не было. Я ведь тянул до последнего. С адвокатом ее бодался. Ждал, что она появится, и мы помиримся. Что всё для неё сделаю.

А если бы узнал, что у нас ребенок — то на сто процентов бы вернул. Даже шантажом.

— Мамуль, я сам всё решу, — одариваю её сдержанной улыбкой.

Но что я могу решить? Ксюша беременна сейчас. Олесе было тогда…

С одной стороны — уже рожденный ребёнок, а с другой — та кроха, которую я видел вчера на экране УЗИ.

И этот выбор невозможен!

С одной стороны — бывшая любимая жена, с другой — нелюбимая будущая…

Здесь выбор прост и понятен. Хоть и тоже невозможен для исполнения.

— Я с тобой пойду! — заговорчески шепчет мама. — Постою тихо у двери. Хочу послушать, как Саша будет психовать при виде тебя! Ох и прочитает тебе лекцию!

— Мам, ты садистка.

— Тоже мне новость придумал, — фыркает она и толкает меня вперед, а сама идет следом. — Я вечером с Эстель поговорю! Пусть пригласит к нам как-то Андрея с семьёй. Может быть, мне тоже волосы завить? Пусть меня накрутит девочка. Я посмотрю, а потом запишусь на химию!

— Не легче ли в салон сходить? — бросаю недоумённый взгляд в её сторону.

— Не люблю эти салоны!

Общество она не любит. Отвыкла. Лишь пару раз в год появляется на людях. В остальное время заточена в своём замке добровольно.

— На дом пригласи, — предлагаю ей.

— Вот и приглашу ту девочку!

— Делай, как знаешь, — отмахиваюсь, но при воспоминании о девочке не могу сдержать улыбку. — И меня тоже пригласи. Мне очень понравилась девочка. Я даже не могу тебе описать, как сильно после неё захотел именно дочь.

Интересно, а какая всё же у нас с Олесей малышка?

Эти выходные обещают быть очень долгими.

Открываю дверь в кабинет отца и решительным шагом вхожу, стараясь держать лицо и сразу засмеяться с выражением лица отца.

Тот отрывает взгляд от бумаг, переводит его на меня и останавливается на волосах. Его ноздри раздуваются, и взгляд становится многоговорящим.

Он так и кричит: «Что с моим сыном? Какая психушка примет его сегодня и срочно?»

— Боже! — не удерживает он и от словесных комментариев. — Это кто на тебя напал? Надеюсь, это можно убрать? Смыть водой? — бросает он, пальцем указывая на свою голову, где у него, в отличие от меня, красуется короткий ежик.

— Не смывается, отец, — бросаю с притворной грустью и опускаюсь на кресло перед отцом. — Химию сделал. Решил имидж сменить. Мне кажется, что мне идет! Моложе стал выглядеть…

Моложе, словно клоун, но честно признаться, мне это нравится. Безумно. Думаю, всё дело в том, что сделал мне эту красоту ребёнок, воспоминания о котором греют душу.

— Мда уж, — выдыхает он. — Ты вроде ещё молод для кризиса среднего возраста. И в жизни у тебя всё хорошо… С чего вдруг тебя бахнуло?

— Разве хорошо? — хмыкаю.

— Разве плохо? — отзеркаливает он, сложив руки на груди. — Скоро женишься. Будет ребёнок. В деньгах не нуждаешься. Что ещё нужно?

— Счастье? Любовь? — подсказываю ему.

— Всё это неважно, сынок, — с грустью выдыхает он. — И жену свою полюбишь. А уж ребёнка точно будешь любить. Родиться. Увидишь кроху и сразу полюбишь, — произносит так, словно сам прошёл через всё это, но я знаю, что с мамой у него была красивая история любви. — Не думай, что я бесчувственный чурбан. Всё знаю. Всё понимаю. Но любовь в жизни даётся всего один раз. Ты свою… спустил в унитаз. Олеся была хорошей девушкой и очень мне нравилась, но хватит тебе уже по ней страдать. Сколько лет уже прошло! Семь? Хватит! Строй семью с Ксюшей и забудь уже о том, что когда-то было лучше! У меня тоже когда-то зубы были лучше и своя была большая часть. И что теперь — страдать по прошлому?

Вздыхаю и закрываю тему, заговорив о работе.

— Я за бумагами приехал, — объявляю ему, потеряв настрой шутить насчёт кудрей. — Дома изучу.

— Я сделал тебя уже копией, — тянет и достает из выдвижного ящика папку. Протягивает мне. — Надеюсь, твоя химия смывается. Не хотел бы заставлять тебя перед свадьбой всё под ноль состригать.

— Не знаю, — качаю головой, предпринимая слабые попытки поднять настроение. — Если смоется, то придётся делать заново.

Отец недовольно качает головой, но, кажется, инфаркт ловить не собирается.

— Я пойду, — поднимаюсь на ноги, направляюсь на выход.

Больше шутить не хочется совсем.

— Давай поужинаем и поедешь, — предлагает отец, поднявшись следом. — Ксюша у родителей или дома?

— С подругами сегодня, — произношу, обернувшись. — Хорошо, поужинаем.

— Пусть отдыхает Ксюшенька. Ребёнок родиться — будет некогда.

Не думаю, что Ксюша с появлением ребёнка откажется от развлечений. Наоборот, выдохнет, ведь сейчас многое ей я запрещаю. Многое из того, что она делала не в положении. Например, гулять в клубах по ночам, находиться рядом с подругами, когда те курят. Сама Ксюша не курит, к счастью.

Глава 4

Воскресенье жду, как свой день рождения в детстве. С нетерпением и волнением, потому что в этот день должна была приехать моя Ляйсан. Сразу же после рождения Или Ляйсан для меня стала словно сестра. Она от такой беды меня спасла, и по сути только благодаря ей я жива, здорова, счастлива в браке и моя дочь со мной. А ведь не заговори она со мной в тот день в роддоме — то не было бы у меня моей Кудряшки…

У Ляйсан и её мужа бизнес за границей, и они часто мотаються в Штаты, но каждый раз, когда они приезжают, то Андрей и Захар, муж моей почти что сестры, забирают детей и оставляют нас с Лясей одних.

И