Кости - К. Л. Спир

— … надо было позволить ей застрелить меня. Почему…

Его пальцы обвились вокруг моего свободного запястья, поймав мою руку, которая пыталась вытащить нож из кобуры у него на поясе.

Мой пристальный взгляд метнулся к его лицу, страх сжал мои внутренности. Его взгляд был пронзительным, но выглядел веселым.

— Как я уже сказал, я обязан тебе жизнью, — сказал он, отказываясь отпускать мое запястье, даже когда я попыталась вырваться. — Так что я притворюсь, что ты не пыталась украсть мой нож.

Я перестала притворяться и выругалась сквозь зубы. Он криво улыбнулся и отпустил мое запястье, отступая за пределы досягаемости. Я уставилась на него с ненавистью, снова жалея, что не оставила его умирать на крыше.

— Спокойной ночи, Боунс, — крикнул он и ушел, оставив меня одну в темноте.

Ночь была холодной и долгой. Я несколько часов пыталась высвободить руку, даже собиралась вывихнуть большой палец, чтобы посмотреть, смогу ли я выскользнуть из пластиковой стяжки, но решила, что это не сработает. Так что вместо этого я просто испортила повязку и натерла еще больше кожи на запястье, дергая рукой. Я не смела заснуть. Даже с постоянно сменяющейся охраной я не доверяла этим людям. Конечно, я была нужна им живой, но я слишком хорошо знала, какую боль можно причинить, не убивая.

К рассвету, у меня стучали зубы, а веки отяжелели. Когда Гриз подошел, чтобы освободить меня, он заметил мое окровавленное запястье, а затем посмотрел на меня. Я уставилась в ответ.

— Давай, — рявкнул он после того, как разрезал пластик, — вылезай.

Мои онемевшие и негнущиеся ноги подкосились, когда я попыталась повиноваться. Он схватил меня за руку, удерживая от падения лицом вниз, и что-то проворчал себе под нос. В лагере кипела суета, все готовились уходить. Гриз усадил меня у догорающего костра.

— Дай мне свое запястье. — Он сверкнул глазами. — Перевяжу.

Слишком уставшая, чтобы спорить, я протянула ему руку. Он наложил новую повязку, а я дрожала. Лана, казалось, игнорировала меня сегодня. Хотела бы мне ответить тем же, но я ей не доверяла. Я не спускала с нее глаз, пока она помогала загружать внедорожники, и у меня чуть сердце не выскочило, когда кто-то накинул мне на плечи куртку. Трей не остановился, чтобы посмотреть, не сброшу ли я ее, он просто прошел мимо и забрался во внедорожник, чтобы завести его. Хотелось бросить её в него, но я осознавала, что глупо отказываться от тепла из упрямства. Я надела куртку, проверила карманы и нахмурилась — они были пусты

Вскоре Гриз взял меня за локоть и повел обратно к внедорожнику. Я забралась внутрь и снова оказалась зажатой между Гризом и Треем. Я проигнорировала их обоих.

— Вперед, Альфа, — протрещал по радио женский голос; я узнала голос Рэйвен, и внедорожники тронулись.

Как и накануне, усталость смежила мне веки. Я боролась с этим так долго, как только могла, но прошло совсем немного времени — я моргнула, а солнце уже стояло в зените. Я прищурилась, глядя на бесконечное море деревьев, пытаясь сориентироваться. Моя дрожь ослабла, и я сгорбилась над…

Все мгновенное спокойствие, с которым я проснулась, испарилось, когда я поняла, что свернулась калачиком рядом с Треем, положив голову ему на плечо. Я резко выпрямилась, но мне некуда было податься, чтобы хоть немного отстраниться. Трей повернул голову, чтобы посмотреть на меня, но я просто снова согнулась пополам, несмотря на вызванную движениями боль в плече. Я долго сидела так, дремала, пока внедорожник не замедлил ход. Я выпрямилась и увидела, что мы подъехали к металлическим воротам, перегораживающим грунтовую дорогу. Джакс выскочил со связкой ключей, отпер ворота и распахнул их. Внедорожники проехали, и Джакс запер за нами, прежде чем забраться обратно. Мы проехали еще через тройку таких же ворот, и меня начало подташнивать. Куда бы мы ни направлялись, это место было хорошо защищено, но меня не покидало чувство, что нас запирают.

Мы неуклонно поднимались вверх, а деревья немного поредели. Когда мы поднялись на гребень, я впервые увидела анклав, укрытый в лесу и окруженный высокими стенами, похожими на металлические. В середине возвышалась массивная сторожевая башня. Сердце мое упало. Я никогда не видела столь хорошо защищённого анклава. Он выглядел как чертова крепость.

— Дом, милый дом, — сказал Гриз.

— Готов? — Спросил Трей.

Я украдкой взглянула на него, но он смотрел на Мака. Взгляд Мака метнулся ко мне в зеркале заднего вида, и на его челюсти дернулся мускул. Мой желудок сжался от напряжения, разлившегося в воздухе. Что бы ни ждало нас там, ничего хорошего оно не предвещало. Я знала, что должна вернуть Трею его куртку, но поймала себя на том, что крепче прижимаю ее к телу, как будто она могла меня защитить.

— Поехали, — ответил Мак напряженным голосом.

Мак с ревом подъехал к металлическим воротам, которые скрипнув, открылись. Я бросила последний отчаянный взгляд на лес, прежде чем он исчез за огромной стеной, возвышающейся над нами. Второй внедорожник ехал прямо за нами, и я услышала, как захлопнулись металлические ворота.

Здания из бревен, дерева и металла заполняли местность. Люди прохаживались по чему-то похожему на небольшую рыночную площадь. Когда подъехали внедорожники, большинство людей остановились посмотреть. Подошли несколько человек, высокая женщина постарше шла впереди. Через плечо у нее был перекинут кожаный ремень, на котором спереди висели два пистолета в кобуре, и кажется, огромный нож у бедра. Поблекшие татуировки покрывали ее морщинистую и обветренную кожу, а серые дреды были убраны назад и перевязаны платком. Ее глаза, зоркие как у ястреба, изучали меня. В них не было эмоций, только расчёт и мой желудок скрутило от того, насколько этот взгляд напомнил мне Джака. Трое мужчин с внушительного вида пистолетами крались за ней. В большинстве анклавов, с которыми я сталкивалась, было что-то вроде совета руководителей, но эта демонстрация силы делала это место больше похожим на гарнизоны в пустыне, управляемые жестокими военачальниками, с которыми часто работал Джак.

Внедорожники остановились. Мак вышел и подошел к женщине, кивнув. Трей и Гриз выбрались, Гриз потянул меня за собой. Он оттащил меня на несколько шагов от внедорожника, затем остановился, его хватка на моей руке усилилась, словно предупреждая. Мак тихо заговорил с женщиной, и она ответила. Я не слышала их слов, но атмосфера, казалось, превратилась во что-то уродливое. Я уставилась себе под ноги, ожидая, и попыталась подготовиться,