Моя Ошибка - Никтория Мазуровская

С бодуна думать о бывшей жене, о семейной жизни…,это полный капец самолюбию и здравому рассудку. Но вставать с кровати и идти что-то делать, работать там или что, это вообще приравнивается к самоубийственной миссии.

Миссия невыполнима, чтоб ее!

Он перевернулся на спину и уставился в потолок.

Новая квартира. Еще ремонт даже не сделал как хотел, чтоб комфортно было. Все времени не находил, да и жить в ремонте, то еще удовольствие, а гостиница его б точно довела…до чего-то не очень хорошего.

Ах, да… о чем он? Новая квартира. С хорошей планировкой, в новом спальном районе…продвинутый такой район и жилплощадь не дешёвая. Взял квартиру не глядя, главное, что мебель есть и парковочное место. Все.

Ему нужен был дом, место, куда он может вернуться.

Купил. Окей. А дальше что? Место это, домом так и не стало.

Григорий по натуре был домоседом. Не любил шумные сборища. Домашний уют, семья, жена и дети. Он всегда этого хотел, всегда к этому стремился. У него был период «гулянья» и тра*анья всего, что движется.

Он ждал ту единственную на которой женится раз и навсегда.

Дождался на свою голову.

Выбор пал на одногруппницу Тамару. Красивую, умную и, казалось бы, разделяющую его взгляды на жизнь.

У них все было тихо и спокойно. Никаких вспышек страсти. Линейные и тихие отношения, уважение, доверие и любовь… так ему думалось. До поры до времени.

Он учился на экономиста, а в итоге заинтересовался программированием и возможностями интернета. Онлайн-магазины, шоппинги и так далее. Григорий на этом поприще построил свой бизнес.

И, спасибо родителям, которые, видя, как сын карабкается на вершину, надоумили заключить брачный договор.

Как же он не хотел, не видел в нем смысла. Все верил людям. Томке верил. Зря, как оказалось.

Начались проблемы, сначала проверки аудиторские, потом господа из налоговой, потом утечка информации, проигранный тендер… Прибыли стало мало, казалось, что все вот-вот рухнет и он останется ни с чем…

Вот тут ему основательно прилетело оттуда, откуда не ждал.

Родная жена тайно подает на развод и присылает к нему адвоката с документами, в которых черным по белому расписаны все его грешки, укрывательства доходов, и так далее. И все это попадет в соответствующую инстанцию, если он не поделится с ней кровно заработанным.

Вот так.

Бракоразводный процесс длился год.

Прошла любовь. Вера. Надежда. Осталась пустота и разочарование. И глухая тоска по чему-то, чего он и знать не знает. Не по жене же, что самое обидное. А по чему-то, абстрактному. Не понимал, что с ним. Метался, как зверь раненый, и загнанный в клетку.

Отдал жене дом, внушительную сумму, но ей и этого оказалось мало. Решила, что всесильна.

А хрен ей! И началась борьба за каждую копейку, за каждый рублик.

И он эту борьбу выиграл. Зубами свое вырвал из цепких ручек благоверной.

И остался совсем один.

Друзей у него было мало, что не удивительно,- по натуре он человек достаточно закрытый, замкнутый.

С сотрудниками всегда держался отстраненно, в рамках рабочих отношений.

Адвокат у него, правда, хороший оказался, толковый, да и сам мужик, во! Крутой! Таких мало встречалось по жизни.

Вот они вчера и пошли праздновать победу. Нажрались, как свиньи. А тут подвалили «красотки» и стало совсем хорошо.

Никто не собирался девушек принуждать, не дебилы же.

Но Гриша не мог ту девочку от себя отпустить, не давало что то внутри, грызло его, и пока он к себе прислушивался, эта проворная дурочка уже уселась к нему на колени и принялась такое вытворять, что будь он помладше, да другого склада характера и ума, они бы устроили «шоу» прямо в клубе.

Слава Богу, что вовремя появились «спасители» куколки, а то, кто знает, чем бы все закончилось.

Гриша, хоть и был пьяным, но за компанией своей куколки последовал на улицу, и стал свидетелем очень интересной сцены. Прямо-таки трагедия в духе Шекспира. Две сестры, непонимающие друг друга; горе, разделившее их, и бедный мужик, пытающийся со всем этим бардаком справиться.

Это было бы смешно, если бы не было так печально.

Он не знал, что приключилось в их семье, но подозревал, что что-то ужасное.

Сейчас, придя в себя и проанализировав ситуацию и вчерашние действия, Гриша понял, почему его так тряхнуло на эту куколку.

Боль. В ее глазах он увидел такую губительную и душераздирающую боль, что ему самому становилось плохо.

И эта боль не пройдет сама. Не зарубцуется, спустя время. Нет. Она будет выжигать. Убивать. Разрушать. Пока эта молоденькая девушка не станет бездушной и не перестанет ощущать что-либо вообще.

А он не хотел. Не желал молодой и красивой куколке такой участи.

Его тоска приняла вид конкретного лица, цвет волос, цвет глаз, и обрела голос.

Теперь он знает куда и к кому его тянет.

Пусть это странно. Но, где-то он читал, что для того, чтобы человека полюбить, нужна секунда; чтобы его узнать,-минута; а, чтобы забыть,- не хватит жизни.

И Гриша в это верил. Он, недобитый романтик, верящий в любовь с первого взгляда.

С Томкой было по-другому. Он присматривался, раздумывал.

А с куколкой… раз и все! Пропал. Понял. Прозрел и готов начать воспитывать свою благоверную.

Рука потянулась к телефону.

Время раннее, но дело не ждет.

Григорий знал, кому звонить и просить подсобить. Шах ему как-то уже помогал, точнее не он сам, конечно, а контора под его крылом. Заправляла там не женщина, а Цербер, не иначе, с такой поговоришь, и задумаешься: на хрена мужики, вообще, на планете существуют, когда есть такие Женщины. Насколько Гриша знал, Марина Александровна вышла замуж, и ему оставалось гадать: мужу сочувствовать, или все же жене?

Новости в мире бизнеса распространяются быстро. И нового игрока в сфере компьютерных технологий он лично пока не знал, но фотографию и файлик с краткой биографией видел.

Как там правильно? Кто этот парень теперь Шаху? Или Шах ему? Зять? Никогда он в этой дребедени не разбирался. Кузен?

Ладно, потом разберется.

Пара гудков и не очень вежливый ответ на том конце провода.

- Да! – рявкнул Шах в трубку так, что захотелось нажать отбой и позвонить позже, но дело превыше всего.

- Савелий Петрович, дорогой, ты что такой злой с утра? Как жена, дочка? Здоровы?

- Гриша, какого… тебе надо в такую рань? – в трубке послышался женский голос, возмущенный и недовольный, - Золотце, мы сейчас продолжим ругаться дальше, подожди, я