По следам - Валерия Арвен

не говорил, потому что боялся, что это кто-то из наших? Поискав еще зацепки, я наткнулась на запертый ящик. Я всегда знала, где папа хранит ключи и важные документы — подглядывала за ним, пока он меня наказывал за плохие оценки. И таким же способом узнала пароль от сейфа. Открыв его, я нашла флешку и письмо, но прочитать его не успела. В кабинет постучали, и вошли Михаил и Анатолий. Они опять о чем-то спорили, ругательства так и лились рекой. Анатолий активно жестикулировал, пока Михаил хмурился.

— Вы сюда пришли по делу или спорить?

— Анна, нам необходимо урегулировать вопрос с заказами оружия. Скоро придут на сделку.

— Ты не можешь сам это решить? — я прокручивала в руках флешку.

— Могу? — Михаил неуверенно уточнил. — Но ты должна знать, что происходит, и решение всё равно за тобой.

— Знаю, — я устала вздохнула и зарылась пальцами в волосы, но быстро опомнилась и вернулась в нормальное состояние. — Но ты варишься в этом больше. Тем более нам надо сделать так, чтобы никто не знал, что я заняла пост отца.

— Почему? — двое уставились на меня.

— Это помешает моим планам.

— Планам? — в этот раз задал вопрос Михаил.

— Да, — я перебила их прежде, чем кто-то успел задать очередной вопрос. — Прекращайте допрос. Как только посчитаю необходимым, я вам все расскажу.

Сегодня в клубе выступит знаменитый диджей. Мы долго его добивались. Народу будет тьма. Вечер обещает быть жарким.

Как только мужчины вышли из моего кабинета, я открыла ноутбук, который уже миллион раз проверила, и никакой информации там так и не нашлось. Вставила флешку и достала наушники. Чтобы никто не разузнал лишнего.

Долгая загрузка и надпись: "Файл поврежден". Еще несколько попыток, но надпись не менялась. Злость и отчаяние начали подниматься в глубине души. Я быстро взяла телефон и набрала номер Александра — повезло, что сегодня он поехал с нами. Пару гудков, и его голос раздался в трубке:

— Что случилось?

— В мой кабинет. Сейчас.

Я не стала дожидаться, когда он начнет возникать или возражать, быстро повесила трубку. В попытках совладать со своей агрессией я погрузилась в размышления, поджидая Александра. Непроизвольно начала крутить в руке нож для писем. Кажется, папе его кто-то подарил. Симпатичный сувенир, которым удобно вскрывать письма. Приятная гладкая рукоятка, при этом довольно острое лезвие…

Александр резко ворвался в кабинет, от чего я дернулась и чуть не запустила в него нож.

— Спокойно, а то перебьешь всех нормальных, — сказал он пренебрежительно.

— Дело есть.

— Ты мне не босс.

— Сядь, — сухо сказала я.

— Нет.

— Сядь, Александр, — я не повышала голос, но в нем было столько стали, что он на секунду посмотрел на меня как-то по-другому.

— Ань, ты чего? — Александр вылупил на меня глаза и начал медленными шагами подходить ко мне, как к опасному животному.

Я же сфокусировалась на форме имени, которым он меня назвал. Моим сокращенным именем меня звали только несколько человек, и большинство из них мертвы.

Он снова красноречиво посмотрел на нож в моей руке, после переведя взгляд снова на меня.

Я не заметила, как сжимала нож в позе готовой запустить его в него прямо сейчас.

Я положила нож на стол. Так, чтобы он его видел.

Он сел на стул напротив меня и сложил руки на груди.

— Я не буду притворяться, что ты мой босс. Ты просто пришла на все готовое, а сама ничего не представляешь.

Он наморщил нос, словно перед ним предстало нечто отвратительное.

— Это ты так считаешь, — спокойно сказала я.

Я знала, что будут люди, которым не понравится мое назначение. Это было ожидаемо.

— Уверена? — он наклонился вперед. — Ты хоть понимаешь, что люди, которых твой отец держал в узде, сейчас сидят за столом внизу и решают, как от тебя избавиться? Или ты думаешь, что фамилия Громова — это щит?

Я медленно встала. Подошла к окну, повернулась к нему спиной.

— Знаешь, что мне отец говорил о тебе? — спросила я, глядя на танцпол внизу.

— Что я гений? — голос Александра сочился сарказмом. — Что без меня его бизнес рухнет?

— Он говорил, что ты самый талантливый хакер из всех, кого он встречал, — сказала я спокойно. — Он очень гордился, что ты в нашей команде, что он не оставил тебя гнить в тюрьме в России.

Александр молчал.

Я обернулась. Александр смотрел на меня, и в его глазах впервые мелькнуло что-то живое, похожие на удивление.

— Но также он переживал, что когда-нибудь ты сбежишь и никто не сможет тебя найти. Что ты бросишь его, поджав хвост.

Он сжал челюсть от чего у него вылезла вена на лбу...

— Я бы этого не сделал, — его голос стал ниже. Тише.

— Докажи, — сказала я. — Сделай так, чтобы мой отец мог гордится тобой.

Я смотрела на него свысока, потому что знала его слабые стороны. Александр любил вызовы и ненавидел быть в проигрыше. Это его лучшая черта.

Он хотел что-то ответить, но я не дала.

— Пять лет я была рядом с отцом, — я говорила тихо, но каждое слово падало, как камень. — Все это время я была его маленькой тенью. Он учил меня каждую свободную минуту. Я заняла его место не потому, что он умер. Я заняла его, потому что он готовил меня к этому дню с двенадцати лет.

Я замолчала и дала ему время переварить.

— А знаешь, что самое смешное? — добавила я уже мягче. — Я не хотела этого места. Я хотела быть просто его дочерью. Но он умер. И теперь у меня нет выбора. Либо я сажусь в это кресло, либо его занимает кто-то вроде Павлика. И все, что строил отец, рухнет за полгода. Ты этого хочешь?

Александр молчал. Долго. Его пальцы, которые до этого нервно постукивали по подлокотнику, замерли.

— Нет, — сказал он наконец. Глухо. — Не хочу.

Он поднял на меня глаза. В них уже не было вызова. Была усталость. И осторожное… принятие?

— Давай лучше к делу. Я слышала, что ты очень умный. Посмотри, почему файл не открывается.

Он поднялся со своего места и подошел ко мне.

— Вот сейчас ты еще больше