Какой скандал! (Это просто смешно) - Ци Инцзюнь

Вань Инь — использовать порох для приведения в действие механизма, выпускающего скрытое оружие. Я работал над этим множество ночей, чтобы создать единственный в своем роде…

— Пистолет, — перебил его Сяхоу Дань.

— У тебя проблемы со зрением, как это может быть пистолет? Я дал этому название — «Таинственный арбалет непрерывного огня Девяти Небес».

Сяхоу Дань:

— …

Сяхоу Дань, сдерживая улыбку, ответил:

— Дядя, если тебе так нравится, пусть будет так.

— Берите по одному, это может спасти вам жизнь в критический момент. Но без тренировки будет трудно прицелиться, поэтому лучше не использовать его без необходимости. А я? Мне это не нужно, я и так могу защититься.

* * *

В зале снова воцарилась мертвая тишина.

Даже яньцы, только что наступавшие с триумфом, невольно остановились, затаив дыхание, глядя на то, что происходило в центре зала.

В деревянной колонне внезапно появилась огромная дыра, откуда поднимался дымок и исходил запах гари.

Сяхоу Дань, сам не зная почему, отступил на полшага, прежде чем вновь обрел равновесие, держа в руках странное устройство, направленное прямо на Туэра.

Никто не успел разглядеть, как он выстрелил, но сила взрыва и разрушительная мощь уже перевернули представления всех присутствующих.

Видимо, он промахнулся, ведь если бы попал в Туэра…

Туэр запрокинул голову и громко рассмеялся.

— Отлично! — его глаза загорелись кровожадным огнем. — Сегодня посмотрим, кто из нас умрет, ты или я!

Но, сказав это, он не бросился на Сяхоу Даня, а прыгнул в сторону Бэй Чжоу.

Бэй Чжоу нахмурился, стараясь увеличить расстояние, чтобы дать Сяхоу Даню возможность прицелиться. Но Туэр инстинктивно понял его замысел, схватил Бэй Чжоу и вступил с ним в ближний бой, крикнув:

— Делайте так же, он не сможет прицелиться!

Его люди тут же поняли его замысел и начали действовать по тому же принципу: приблизились к оставшимися стражникам для рукопашного боя, а некоторые даже использовали трупы стражников как щиты, шаг за шагом приближаясь к Сяхоу Даню.

Бэй Чжоу, прижатый Туэром к стене, холодно сказал:

— Ты меня недооцениваешь?

Слегка изменив положение ног, он внезапно сосредоточил внутреннюю энергию по всему телу, его длинные волосы взметнулись, а меч засверкал, словно радуга.

Туэр уклонился, но меч Бэй Чжоу прорезал окно, унося своего хозяина наружу.

Туэр замер, осознав его замысел слишком поздно.

Позади раздался новый взрыв, и его плечо пронзила острая боль!

Тур взревел от боли и, следуя за Бэй Чжоу, выпрыгнул через окно. Его правое плечо кровоточило, запах жженой плоти смешивался с кровью, вызывая тошноту.

Он перекатился подальше от окна, поднялся на ноги под проливным дождем, но уже не мог поднять правую руку. Его взгляд был полон ярости, и он смотрел на Бэй Чжоу, словно хотел разорвать его на части.

Бэй Чжоу, щелкнув языком, с сожалением заметил:

— Да, прицел действительно не очень точный.

Туэр, перекладывая меч в левую руку:

— Продолжим!

* * *

В зале стражники уже были почти все убиты, оставшиеся четверо или пятеро с трудом держались.

Вдовствующая императрица долго сидела на полу в шоке, но заметив, что нападавшие не проявляют интереса к её жизни, попыталась незаметно выбраться через заднюю дверь.

Сяхоу Дань выстрелил и убил четырех янцев, но оставшиеся были трудны для прицеливания, и он случайно ранил одного из своих телохранителей.

Но наличие пистолета заставило янцев держаться на расстоянии.

Сколько осталось патронов? Три? Четыре? Он не помнил.

Он глубоко вдохнул и снова поднял пистолет, как вдруг услышал крик телохранителя:

— Ваше Величество, сзади!

Сяхоу Дань резко обернулся, успев только избежать смертельного удара.

Ха Цина неожиданно напал и вонзил меч в грудь Сяхоу Даня.

Возможно, из-за того что он привык к боли, Сяхоу Дань сначала ощутил ледяной холод, а лишь потом, с задержкой, почувствовал боль.

Он машинально поднял руку и нажал на спусковой крючок.

Ха Цина упал.

Сяхоу Дань рухнул на колени, не зная, стоит ли вытаскивать меч из груди. Рана начала неметь — возможно, лезвие было отравлено. Подумав об этом, он всё же стиснул зубы и вытащил меч, и кровь тут же забила ключом.

* * *

У ворот храма один из стражников, заметив, что дело принимает дурной оборот, бросился в ливень, собираясь сбежать с горы и позвать подкрепление из императорской гвардии.

Он пробежал всего несколько шагов, как над головой раздался свист рассекаемого воздуха. Не успел он поднять глаза, как стрела пронзила ему сердце.

Из леса раздался крик, затем звук падающего тела.

Так повторилось несколько раз, и Бэй Чжоу заметил это. Сражаясь с Туэром, он, набрав воздуха в грудь, закричал из окна:

— В лесу засада! Они не дают нам спуститься с горы!

Вдовствующая императрица, почти добравшаяся до двери, вздрогнула и повернулась к Сяхоу Даню. Он стоял на коленях и поднял голову, встретив её взгляд.

Их взгляды встретились, и он, не раздумывая, направил на нее дуло пистолета.

У вдовствующей императрицы потемнело перед глазами, она инстинктивно закричала.

Но Сяхоу Дань опустил пистолет и выстрелил в её ногу.

Раздался ещё один душераздирающий крик:

— Сяхоу Дань, будь ты проклят…

— Матушка, вы действительно хотите, чтобы мы погибли вместе?

— Что… — В голове вдовствующей императрицы всё смешалось, она плакала и стонала от боли, сопли и слезы текли по её лицу. — В лесу не мои люди! Мои люди в городе!

События разворачивались слишком быстро, и Сяхоу Дань не успел все осмыслить.

Но теперь, услышав её крик, он всё понял.

Принц Дуань.

Вдовствующая императрица всё ещё вопила:

— Это правда не я! Пожалуйста, отпусти меня…

Сяхоу Дань усмехнулся:

— Матушка, кто бы мог подумать, что мы, мать и сын, в итоге закончим вот так. Но в этом несчастье есть и маленькая радость — ваша усыпальница всё же пригодится.

Сказав это, он искренне улыбнулся, радуясь собственной шутке.

Холодный пот и слезы текли по лицу вдовствующей императрицы:

— Ты… ты сумасшедший…

— К сожалению, я ещё не могу умереть, — Сяхоу Дань покачал головой.

Сколько патронов осталось? Два? Один?

Он поднялся, убив еще одного приближающегося яньца.

— Ещё есть люди, которые ждут моего возвращения.

Глава 37

Ян Дуоцзе вышел из бокового павильона храма и направился к следующему. Снаружи беспрерывно гремел гром, раскаты становились всё ближе, как будто некое гигантское существо с небес постепенно приближалось, намереваясь разбить гору Байшань на куски.

Сердце Ян Дуоцзе неистово колотилось, и он невольно втянул голову в плечи. Очередная молния ударила так сильно, что испугала одного из слуг, и тот наклонил зонт, окатив Ян