Ты принадлежишь мне - Ноэми Конте

— Чак Кларк, — говорю я.

Его голова наклоняется, а брови изгибаются. Я знаю, что он больше ни на что не сердится. Нет, он в основном... в шоке и отвращении.

— Что? — Бормочет он, как будто это ужалило его в самое сердце.

— Да... — вздохнул я в ответ. — Её чёртов дядя.

Его грудь раздувается, так что очертания её футболки могут расплыться. Затем он снова откидывается на спинку своего широкого кресла и приказывает мне:

— Скажи Руслану, чтобы немедленно возвращался. Я хочу, чтобы он сопровождал меня к этому ублюдку с небольшим визитом вежливости.

— Что… так быстро?

Его щёки раздуваются от негодования, и голова запрокидывается.

— Приоритет, Гаррет, — напоминает он, снова впиваясь в меня глазами. — Нужно ли мне дать тебе подзатыльник, чтобы ты начал действовать?

И снова он меня бесит.

— Всё в порядке, я всё понял, — говорю я, поспешно отступая к выходу. — Я займусь этим прямо сейчас.

— О, и... — он всё ещё удерживает меня. — Приготовь брезент, два стула, стяжки и все мои обычные принадлежности в подвале.

Этот приказ заставляет меня нервничать, и я снова поворачиваюсь к нему:

— Два стула? — Повторил я.

Он кивает.

— Я также собираюсь позаботиться о шлюхе Тэмми.

Мой рот приоткрывается. Ладно, он никого не пощадит. По поводу этого последнего приказа я просто высказываю своё мнение, прежде чем окончательно покинуть комнату.

Когда я закрываю дверь, я не жду, пока достану телефон из кармана. Руслан немедленно отвечает на мой звонок, принимает просьбу своего босса и вешает трубку, заверив меня, что выходит из дома без дальнейших церемоний. Этот парень никогда не испытывал недостатка в эффективности. Да, приспешник Кейда довольно предан. В последние годы он всегда слушался его беспрекословно. До этого был ещё и Дэн, который был так же увлечён. Эм... пока Руби хладнокровно не прикончила его.

Не обращая внимания на эту деталь, я выдыхаю и спускаюсь по ступенькам, в надежде съесть блинчик. После откровений, сделанных Руби, я так и не поел, и, чёрт возьми, я умираю от голода.

Десять минут спустя, и когда я отправляю в рот последний кусочек фирменного угощения от Оли, мои мысли блуждают в представление того, что Кейд сделает с ублюдочным дядей Руби.

У меня уже есть небольшая догадка относительно его намерений по этому поводу, и на этот раз, чёрт возьми, мне совершенно безразлично, что какой-то мужчина собирается умереть прямо у меня под ногами.

В конце концов... этот ублюдок не заслуживает ничего, кроме этого.

ГЛАВА 39

КЕЙД

(RADIOACTIVE — IMAGINE DRAGONS)

Стоя прямо за спиной Руслана, я спокойно жду, когда он откроет дверь Кларков. Одним ударом ноги ему это удаётся. Он слегка поправляет воротник своей костюмной рубашки, слишком тесной для его массивной шеи, прежде чем переступить порог.

Следуя за ним, я продвигаюсь вперёд и иду по коридору, ведущему в гостиную. Раздаются медленные шаги, мои глаза поворачиваются в сторону соседней комнаты, которая является кухней. Тэмми, с сигаретой во рту и бутылкой виски в руке, шатается по направлению к нам, отплёвываясь:

— Малыш, что это за…

Её глаза падают в мои. Испуг мгновенный, её рука отпускает бутылку, которая разбивается у её ног.

— Чёрт, я... — заикается крашенная блондинка, отступая. — Эта маленькая дура доставила вам неприятности? Если да, то мы... мы можем всё уладить!

Я хмурюсь и наклоняю голову, замечая её искажённые оцепенением черты.

— Нет. Напротив, её компания, скажем так... довольно приятная.

Руслан кряхтит смеясь справа от меня, и я бросаю на него короткий взгляд и изображаю улыбку, прежде чем переключить своё внимание на лицо Тэмми. По дороге я кое-что рассказал о себе и Руби своему помощнику. В конце концов, мы знаем друг друга достаточно давно, чтобы вести такие разговоры, так что…

— О, правда? — Спрашивает дура с сомнением. — Но тогда в таком случае, что вы…

— Я пришёл навестить твоего мужа, — отрезал я сладким голосом. — Где этот ублюдок?

Сбитая с толку, она мгновение колеблется, прежде чем сказать:

— Э-э-э... Он... он спит.

Её дрожащий указательный палец тянется в направлении гостиной, чтобы указать мне на одну из комнат, примыкающих к ней.

— Вон там, вторая дверь справа.

Я награждаю Руслана коротким кивком, чтобы он взял на себя ответственность вытащить этого ублюдка из постели.

— Чего вы от него хотите? — Заинтересовалась Тэмми. — Если это как-то связано с крэком, который мы взяли на днях, клянусь, мы планировали заплатить!

Морщась, я на мгновение подробно разглядываю её, прежде чем сказать:

— Я ещё не слышал об этой истории.

Её рот приоткрывается, когда эта идиотка понимает, что только что продала себя сама.

— Не беспокойся, — говорю я, махнув рукой. — Мы разберёмся с этим позже.

Или нет. Оставаясь более чем сбитая с толку, Тэмми пристально смотрит на меня, пытаясь выяснить настоящую причину моего прихода сюда сегодня. Я не заставляю её долго ждать:

— Твой ублюдочный муж много лет насиловал твою племянницу. Представляешь, она даже забеременела от него, поэтому я пришёл свести с ним счёты.

Её рот приоткрывается, она на мгновение смотрит на меня, а я небрежно добавляю:

— Успокойся, Руби потеряла ребёнка.

После минутного сомнения идиотка обиженно отступает на шаг, после чего восклицает:

— Это неправда! Блядь, эта сука пиздит, как дышит!

Моя грудь вздымается от её «отрицания». Я медленно выдыхаю и отвечаю:

— Не держи меня за идиота, дорогуша.

Её глаза широко раскрыты, она всё ещё отказывается это признавать:

— Нет, поверь, Руби всегда была склонна рассказывать истории! Эта маленькая шлюха — настоящая лгунья!

Я закатываю глаза, не желая лишний раз противоречить ей. Неужели наркотики не только сводят её с ума, но и действительно ослепляют её? Эм... я сомневаюсь в этом.

Справа от себя я слышу ругающийся гнусавый голос. С силой Руслан толкает едва одетого Чака на диван, заставляя его сесть на него. Когда он поднимает подбородок, он наконец видит меня и прекращает оскорбления в адрес моего товарища. У меня такое чувство, что моё присутствие в этих стенах действует как ведро ледяной воды.

— О, добрый вечер, мой друг! — Я улыбаюсь вниманию худого старика.

Его лоб морщится, подчёркивая его ужасные морщины, когда он заикается:

— Мы заплатим, клянусь!

Этот парень такой же придурок, как и его жена, и меня это выводит из себя. Тем не менее, я делаю шаг к нему и сажусь прямо перед диваном. Мои зрачки снова смотрят на отверстие,