Свет в тёмной башне (омнибус) - Марина Ефиминюк

на радость, на общие планы и устремления. Могли быть просто счастливыми… Но реальная жизнь, та самая, в которую они все постоянно врезались, как в стену, никогда не давала поблажек.

Днем куратор Чи передал новое письмо от семейного поверенного из Норсента. Тот вежливо уточнил, получил ли маэтр Коэн предыдущее послание, ответа по-прежнему нет.

Ноэль сложил письмо и поднялся из-за стола, оставив нетронутый обед.

— Ты куда? — удивился Эйнар.

— Надо написать поверенному, — объявил он друзьям. — Скажи профессору, что сегодня меня не будет на практике по высшей магии.

— Не подумай, что я раздаю ценные советы, но тебе пора заканчивать с этими людьми, — вдруг совершенно серьезно высказался друг. — У них только-только разыгрался аппетит.

— Знаю, — сухо отозвался Ноэль.

Рэдмин промолчала и, потупившись, начала нервно размешивать в тарелке суп.

— Коэн, — вмешался Валериан, в принципе глухой к чужим разговорам, — если ты не будешь есть, то я заберу твою порцию. Аппетит зверский!

Не дождавшись разрешения, он принялся ловко переставлять тарелки на свой поднос, пока их не утащили домовики. На экскурсии в августе Чарли предупреждала, что замковые духи в Ос-Арэте исключительно шустрые, но не уточнила насколько.

Коэн похлопал худого как каланча парня по плечу:

— Ни в чем себе не отказывай, приятель.

— Как можно быть таким прожорливым? — фыркнул Эйнар, наблюдая, как приятель заталкивает за щеку кусок мяса.

— Стихия требует еды, — пробормотал Вал с набитым ртом.

Он придерживался спорной теории, что магическая стихия становится сильнее, если за обедом закладывать в себя двойную порцию. Обычно становилось больше тела, а не магии, но народу нравилось объяснять любовь вкусно поесть желанием подрастить магический резерв.

В полной тишине тесной общежитской комнаты Ноэль все-таки сорвал печать на конверте от поверенного и открыл письмо. Внутри лежал незаверенный чек на крупную сумму, ожидающий оттиска семейной печати Коэнов, отчет с расходами прошлого месяца и записка.

Мастреса Родэ просила передать, что хочет приобрести дом в прибрежной провинции Ишим. Лекарь посоветовал ее дочери морской воздух. Поверенный вежливо и без оценочных комментариев спрашивал, нужно ли ему нанять консультанта по недвижимости…

День, когда в дорого обставленный кабинет в доме Коэнов ворвалась женщина в черных одеждах, притащившая с собой худую девочку-подростка с траурной повязкой на правой руке, помнился так четко, словно встреча случилась не прошлым летом, а неделю назад.

— Ты прислал мне это! — проговорила мать Рэкки Родэ, отказавшись от вежливого предложения присесть, и со злостью припечатала на край массивного стола конверт с чеком. — Как ты посмел прислать это в мой дом?

— Мне сказали, что королевская канцелярия отказала вам в компенсации, — пояснил Ноэль. — Я готов ее выплатить.

Они оба знали, что сумма в чеке превышала ту самую компенсацию, которую просила мать погибшего.

— Ты думаешь, заплатив мне, смоешь с себя грех? — недобро усмехнулась она, не сводя с Ноэля ненавидящего взгляда. — Кое-что невозможно исправить деньгами, маэтр Коэн. Просто живи и помни, что ты убийца! А еще лучше сдохни с этим!

Уходя, мать Рэкки Родэ хотела яростно хлопнуть дверью кабинета, но не позволили домовики. Духи-хранители старого особняка не выносили, когда портили хозяйское имущество.

Она вернулась через неделю. С надменностью заявила, что семья Коэн действительно ей должна, и забрала чек. А в следующем месяце мастреса Родэ вновь появилась в элегантном кабинете особняка. И месяцем позже. Газеты полоскали имя единственного наследника Коэнов, а он выписывал чеки семье парня, пытавшегося ударить его боевым заклятьем посреди людной улицы…

Ноэль заверил очередной чек и распорядился не заниматься покупкой дома, пока он не вернется в Норсент — в конечном итоге всему есть предел. От неприятного дела его отвлек стук в дверь. Не дождавшись разрешения, незваный гость опустил ручку.

— Привет? — В комнату заглянула Чарли. — Ты занят?

Он поймал себя на том, что улыбается, и покачал головой, предлагая ей заходить. Можно не стучаться и без спроса. Ноэль был просто рад видеть любимую девушку, ведь в комнате с ее приходом как будто стало светлее. Заключить Чарли в объятия и вдохнуть тонкий аромат, пожалуй, было лучшим, что случилось с ним за сегодняшний день.

— У меня только занятия закончились, — пояснила она, ловко поймав за лямку соскочивший с плеча распухший от учебников портфель. — Чем занимаешься?

— Неприятными делами. — Он забрал увесистый портфель и пристроил его на стул.

— Значит, настроение у тебя не очень…

Как и в прошлый раз, Чарли с любопытством рассматривала почти пустую комнату и растирала ладони, словно замерзла. Она выглядела человеком, принесшим дурную весть…

— Что случилось? — прямо спросил Ноэль, не понимая, почему она мнется.

— Я сказала родителям, что обручальные нити развязаны, — пояснила Чарли, стараясь на него не смотреть.

— Как они отреагировали? — внимательно наблюдая за ней, уточнил Ноэль.

— Сдержанно. — Она потерла переносицу и глубоко вздохнула. — Боже, зачем я тебе вру? Папа просто промолчал, мама ответила в своей уникальной манере. Она отправила мне приглашения на премьеру в королевский театр.

— Ты ведь любишь театр, — напомнил Ноэль. — Мужчины в белых трико, танцы историков. Королевский театр наверняка похуже местного будет, но заодно талант артистов сравнишь.

— Приглашение на мое имя и Алекса Чейса, — серьезным тоном пояснила Чарли. — В следующую среду мы должны вместе быть в Но-Ирэ.

Ноэль осознал, что не может сказать ничего, что не содержало бы отборной брани. Один тесный экипаж, длинная дорога, театральная ложа на двоих. Сплошная романтика. Чарли еще никуда не уехала, а ему уже хотелось свернуть Чейсу шею. Заранее. Но странно отправляться на тот свет из-за неуемного желания родителей с обеих сторон свести отпрысков обратно. Помолвка означала не только договор о браке, но и финансовые обязательства между семьями.

— Вдвоем с Чейсом? — наконец вкрадчиво переспросил он.

— Приглашения от его величества, — вдруг принялась оправдываться она. — Как понимаешь, я не могу отказаться от поездки.

— Хорошо, — кивнул он, заставив себя проглотить раздражение.

— Не обижаешься? — осторожно спросила Чарли.

— Ты ведь не обижаешься на дождь, если он срывает планы, — попытался отшутиться Ноэль.

— Вообще-то, я обижаюсь. Знаю, что это глупо, но обычно неимоверно бесит, — вдруг призналась она, с трудом сдерживая улыбку.

— Ты обедала? — спросил Ноэль, стараясь закрыть неприятную тему.

— Нет еще. — Она подошла к столу, небрежно сдвинула бумаги, не позволив себе посмотреть в них, и полезла в портфель. — На самом деле я увидела в столовой Эйнара. Он сказал, что ты в общежитии, а твой обед доедает Валериан. К слову, он выглядел крайне довольным.

— Эйнар?

— Да оба! Выглядели сытыми и довольными. Явно не занимались неприятными делами.

Чарли говорила и шустро доставала из портфеля ящички, в которые в столовой упаковывали еду