Дороги мертвецов - Джей Роуз

— Дверь была заперта на засов. Другого выхода не было. Я не собиралась сидеть и ждать, пока они вернутся.

Замерев, все трое вытаскивают пистолеты. Энцо снова и снова нажимает на кнопку связи, но сигнал, пропал. Мы заблудились в пустыне и далеки от света Господня в этом тесном круге ада.

— Что нам делать? — спрашивает он Хантера.

Изучая часовню, Хантер расправляет плечи.

— Давайте проверим все. Тут не припарковано ни одной машины. Мы справимся с тем, что внутри.

— Сможем ли мы?

— Да, — отвечает Бруклин, придвигаясь ближе ко мне. — Я буду с Харлоу. У нас все будет хорошо. Давайте двигаться.

Кивнув, я достаю нож, который она спрятала у меня в кармане, и крепко сжимаю его. Энцо поджимает губы и бросается вперед, вытаскивая из жилетного кармана маленький фонарик.

Чем ближе мы подходим, тем тише становится. Даже шум ручья затихает вдали. Зло цепляется за каждый увитый виноградом кирпич. Это сочащееся пирокластическое облако, которое поглощает всех нас.

Подняв пистолет, Хантер перемещается влево, под разбитое окно высоко над нами. Осколки стекла все еще валяются в гнилых листьях, медленно разлагающихся у нас под ногами.

Вход отмечен необработанными плитами резного камня. Взбираясь по небольшому склону, я почти врезаюсь в спину Энцо. Они оба остановились, глядя вперед в молчаливой сосредоточенности.

— В чем дело? — Бруклин замолкает.

Хантер взводит курок.

— Дверь открыта.

— И что?

Он отходит в сторону, чтобы мы могли увидеть, что нарисовано на деревянной доске. Я сразу узнаю знак Святой Троицы. Со временем она засохла и местами потрескалась, но темно-коричневая жидкость может быть только одной вещью. Я узнаю кровь, когда вижу ее.

Пригибаясь, чтобы миновать жуткий знак приветствия, Энцо ведет нас в охотничьи угодья пастора Майклса. Хантер продолжает бросать на меня опасливые взгляды, но я игнорирую его и захожу в часовню.

— О, — это все, что я могу выдавить.

Он был методично и катастрофически разгромлен. Вся оставшаяся мебель и витражи уничтожены. Даже алтарь больше не стоит. Похоже, здесь проехал бульдозер, намереваясь уничтожить все.

Пройдя по пустым жилым помещениям и главному молельному залу, Энцо объявляет, что здесь чисто. Хантер и Бруклин не опускают оружия. Здесь кромешная тьма. Темнота может скрывать недоброжелательные намерения.

Достав свой собственный фонарик, я иду по следам, которые оставили мои окровавленные ноги. Время от времени на каменном полу видны красные пятна. Я могу различить только отпечатки своих пальцев.

— Харлоу, — зовет Хантер. — Не одна. Покажи нам, где это.

Я направляю луч света вперед, в арочный дверной проем, за которым нет ничего, кроме цепких теней.

— Следуйте за мной.

Держась в тесном строю, я каким-то образом оказываюсь лидером стаи. Страх и тошнота сменились оцепенелым принятием. Мне всегда было суждено вернуться сюда. У нас с этим подвалом есть незаконченное дело.

Когда мы видим узкую лестницу, на нас обрушивается первые волны отвратительного зловония. Оно спелое, прогорклое, такое густое, что на кончике языка ощущаются отдельные нотки смерти.

— Ублюдок, — ругается Энцо. — Это тело.

Протискиваясь вперед, Хантер встает передо мной.

— Я знаю, что ты должна спуститься туда, но я пойду первым. Никаких возражений.

Я жестом показываю ему, чтобы он шел дальше. Тяжело сглатывая, он делает последний глоток почти чистого воздуха и ныряет в подвал. С каждым дюймом запах усиливается. Демоны гноятся здесь, в темноте.

Ступени скрипят под моими ногами, подчеркивая молчание Хантера, когда он достигает дна. Он не двигается ни на дюйм.

— Хант? — Энцо срочно зовёт.

— Да, — отвечает он ровным голосом. — Это... эм, чисто. Его здесь нет.

Но что-то есть, шепчет дьявол.

Хантер отходит в сторону, чтобы пропустить нас вниз. Косой луч света от его фонарика прорезает унылую пустоту. Моим глазам требуется мгновение, чтобы привыкнуть. Внешний мир избаловал меня всем своим свободно доступным светом.

— Харлоу, — предупреждает Хантер. — Не смотри.

Слишком поздно. Мои ноги движутся сами по себе, ведя меня обратно в клетку, где я провела тринадцать лет своей жизни. Она меньше, чем я ее помню. Весь этот подвал. Мой дом уменьшился, или я выросла.

Но эта клетка мне больше не принадлежит. Его новая обитательница раскачивается на грубом куске веревки, затянутом в идеальную петлю на ее костлявой шее.

Кожа, жир и мускулы превратились в черную, дурно пахнущую жижу, облепившую бездушный скелет. Стоя за сломанной дверью камеры, я замечаю золотое обручальное кольцо, которое упало с ее пальца на землю.

— Не заблуждайся, — шепчу я в мертвой тишине. — Над Богом нельзя смеяться, ибо что человек посеет, то он и пожнет.

— Это Лора? — Хантер спрашивает мягким шепотом.

Качая головой, я указываю на соседнюю клетку. Ее дверь все еще крепко заперта, и в ней находится еще один разлагающийся скелет. Несколько костей пропали, сломанные дверцей моей клетки, а еще одну отправили домой для захоронения.

Войдя в свою клетку, я пробираюсь сквозь почерневшую слизь, чтобы добраться до висящих останков. Лоскутки цветочной ткани окаменели в разлагающихся жидкостях организма.

Наклоняясь, я достаю обручальное кольцо и держу его в центре ладони. Оно много раз резало мне кожу, когда миссис Майклс выбивала из меня дух.

Мой голос звучит лишено, безжизненно, опустошенно.

— Привет, мама.

ЭПИЛОГ

ТЕО

Сидя в свете мерцающей рождественской елки, я наблюдаю, как Харлоу беспокойно спит на диване напротив. Примерно час назад мне наконец удалось убедить ее проглотить пару таблеток снотворного.

Она вздрагивает, вскрикивает во сне и хватается за шею, как будто кто-то невидимый душит ее. Я подбегаю к ней и легонько встряхиваю, чтобы пробудить от сна.

Харлоу делает глубокий вдох, прежде чем снова отключиться. Вместо того чтобы вернуться на диван, я опускаюсь на ковер перед ней, оставаясь на расстоянии вытянутой руки до следующего эпизода.

Через некоторое время мои веки тяжелеют, они закрываются потрескивающее пламя камина, но вскоре вибрация телефона возвращает меня к реальности. Я отхожу в угол, чтобы ответить.

— Хантер?

— Да, — бурчит он без приветствия. — Послушай, мы заканчиваем здесь. Криминалисты извлекли тела. Завтра мы улетаем с ними обратно.

— Ладно, хорошо. — Я прислоняюсь лбом к стене. — Харлоу наконец-то уснула. Я по очереди дежурю с Лейтоном.

— Как у нее дела? — Спрашивает он.

— Плохо. — Мой голос срывается от эмоций. — Во время полета назад она была в ступоре. Ни с кем не разговаривала. Даже Бруклин не смогла разговорить ее.

Он красочно ругается.

— Все это полный бардак. Я позвоню Ричардсу и попрошу его нанести срочный визит.

— Ты думаешь, это поможет?

— Я не знаю, что еще предложить.

Харлоу издает сдавленный всхлип позади меня, и я бегу обратно