Клинок Айрис - К. А. Найт

– Докладывай, – кричит он охраннику, когда тот подходит ближе.

– Они обстреляли газом офис охраны и нас, убрав нас и камеры. Когда мы пришли в себя, мы услышали выстрелы и прибежали сюда. Они проникли через черный ход в строю, вошли и вышли за пять минут. Профессионалы. Возможно, наемники. Сейчас мы проверяем отпечатки пальцев и удостоверения личности и вернем их через час…

– Пусть это будет тридцать гребаных минут, – рычит он. – Я хочу знать личности ублюдков, которые думают, что могут напасть на мою семью.

– Да, сэр, – отвечает он, в его глазах страх, а Алексей пыхтит.

Я знаю, кто напал на его семью. Эти люди будут наемниками, но они не хотели их смерти. Им нужны были деньги. Это она, женщина, которая наняла меня, послала их.

Это моя вина.

Черт. Мне нужно разобраться с этим, и быстро, но сейчас я сосредоточилась на мужчине, моем муже, который принял нож ради меня. Он рисковал своей жизнью, чтобы спасти меня. Почему он так поступил?

Мое сердце теплеет, но я злюсь на него за это. Я могла бы защитить себя…

Я знаю, что это ложь. Я не предвидела этого, и разве я не поступила с ним так же?

Алексей смотрит на меня, задыхаясь от боли, его лицо белое и покрыто потом, но он все еще жив.

– Он будет жить, – пробормотал доктор, отвечая на наш невысказанный вопрос. – Кончик лезвия отломился внутри, но я его извлек. Мне нужно только закрыть его. Ему нужно будет отдохнуть и успокоиться на несколько дней, но мы все знаем, что этого не произойдет, поэтому я дам ему обезболивающие, чтобы он ничего не чувствовал.

Смеясь, я с облегчением прислоняюсь к кофейному столику.

Он будет жить.

Я так долго мечтала убить Алексея, но, когда дело дошло до того, как его хотели убить, я не смогла этого допустить. Мысль о том, что он умрет, заставляет меня дрожать от страха. Без него мир был бы таким холодным, таким скучным. Я говорю себе, что это потому, что он единственный, кто может противостоять мне. Испытать меня.

Но это ложь.

Доктор работает над ним, а я смотрю, свесив руки между ног, капая кровью на пол. Я уже собираюсь встать и вымыть их, когда понимаю, что все вокруг залито кровью, так, что это мало что изменит.

Даже когда его зашивают, Алексей не отводит от меня взгляда.

– Ты спасла мне жизнь, цветочек.

– Это был чисто инстинкт выживания. Если ты умрешь, то я останусь с сумасшедшим и сексуальным, – бормочу я.

– Подожди, кто из них я? – спрашивает Николай, нахмурившись.

– Если ты спрашиваешь, значит, тебе лучше не знать. – Я ухмыляюсь и оглядываюсь, но выражение лица Алексея отрезвляет. – Это ничего не значит. Я все равно убью тебя.

– Конечно. – Он усмехается, как будто знает секрет, который я не знаю. – Спасибо, цветочек. Я у тебя в долгу.

Я пожимаю плечами и смотрю в сторону, и все мы ждем в тишине, пока доктор не закончит.

– Вот, я дам тебе лекарства и буду приходить каждые несколько часов, чтобы проверить. Сегодня тебе нужно отдохнуть. Если ты порвешь швы и потеряешь еще больше крови, тебе может понадобиться переливание, а ты его ненавидишь.

– Хорошо, док, я буду вести себя хорошо. – Он вздыхает.

– Если он не будет, я его свяжу. – Николай пожимает плечами.

– Наверное, ему это понравится. – Я ухмыляюсь, и Алексей подмигивает мне.

– Только если ты будешь связывать, цветочек.

– И это момент, чтобы уйти, – бормочет доктор, снимая перчатки и глядя на меня. – У вас какой-то странный контроль над ними, так заставьте его вести себя хорошо.

Я киваю и смотрю, как он уходит. Когда я оглядываюсь, Алексей смотрит на меня с чем-то сродни… заботе. Это странное выражение для Волкова, и оно меня нервирует.

– Что? – требую я.

– Николай, помоги мне встать, – говорит Алексей.

– Тебе нужно отдохнуть, – бормочет его брат, даже когда останавливается рядом с ним.

– Помоги мне встать, черт побери! – рычит он на Николая. Несмотря на его протесты, что брат должен отдохнуть, он помогает ему встать на ноги и тащит его туда, где стою я. – Айрис Волкова. – Алексей склоняет голову и падает на колени, заставляя Николая поймать его, прежде чем он отшатнется в шоке.

Захар тоже неподвижен, его глаза расширены и неуверенны. Охранники, наводнившие комнату, тоже ошеломленно молчат. Нет ни движения, ни шума, кроме человека передо мной.

– Я в долгу перед тобой. С сегодняшнего дня и до самой моей смерти у тебя есть моя преданность, моя душа и моя жизнь.

Шок, отразившийся в комнате и на лицах его братьев, я понимаю, что это очень важно. Огромная, блядь, сделка. Алексей Волков только что отдал мне свою жизнь и все, что осталось от его потрепанной души.

Я в полной жопе, не так ли?

Спустя несколько часов я наконец укладываю Алексея в постель. Он отказывается отпускать меня от себя, держа свою руку на моей все время, пока я лежу рядом с ним. Когда он засыпает, я пытаюсь пошевелиться, но он просыпается, задыхаясь и пытаясь найти меня, и успокаивается только тогда, когда я обещаю, что я здесь.

Поэтому я остаюсь, несмотря на то, что зацепки остывают, и мне нужно действовать немедленно.

Я начинаю понимать, что есть более важные вещи, чем месть, например, семья.

Должно быть, я задремала, потому что раздается шепот, и когда я поднимаю голову, я вижу Николая и Захара, говорящих на низких тонах с Алексеем, который выглядит намного лучше, его рука все еще крепко сжимает мою.

– Если вы говорите о том, какая у меня потрясающая задница, не стесняйтесь делать это громче, – бормочу я, вытирая лицо другой рукой.

– Нет, мы говорили о твоей киске. – Захар ухмыляется, подмигивая мне, но это останавливает разговор.

– Не останавливайся. – Я машу рукой, пытаясь встать и уйти, но Алексею это не нравится. Я вскрикиваю, когда он тянет меня вниз. Я лечу на кровать и смотрю на наглого ублюдка.

– Я не говорил, что ты можешь уйти, – говорит он, выгнув бровь. Его манера поведения холодная, собранная и властная, несмотря на то, что он сидит