Эластичные сердца - Клэр Контрерас

Я покачал головой.

— Нет. Мне не холодно, — сказал я, и это правда. Когда я открыл вложение в электронном письме, я чувствовал только тепло. Я выпустил долгий, облегченный ледяной вздох. — Слава. Чёртовому. Богу.

— Что? — спросила она. Я повернул телефон так, чтобы она могла увидеть, и улыбнулся, когда она ахнула. Она молчала так долго, что мне пришлось на неё посмотреть. Я заметил, что у неё на глазах стояли слёзы. Слёзы, которые, вероятно, замёрзли бы, прежде чем скатились по её щекам. Я притянул её голову к своему бьющемуся сердцу. — Всё кончено, — прошептала она. — На самом деле кончено.

Я не понимал, грустит ли она, радуется или испытывает облегчение, и не знал, хватит ли у меня сил спросить об этом. Обычно я встречаю трудности лицом к лицу, но если бы она сказала мне, что грустит из-за того, что развод наконец полностью завершён, я не был уверен, как бы себя почувствовал. Вероятно, моё сердце разбилось бы. Вероятно, я был бы раздавлен. Я решил взять себя в руки, сделал глубокий вдох, слегка отстранился и приподнял её лицо, чтобы посмотреть ей в глаза.

— Ты в порядке?

Она медленно кивнула, моргая.

— Да, — её улыбка была медленной, но широкой. — Я думаю... я правда так считаю. — Она выдохнула, и в воздухе повисла дымка. — Я чувствую... себя свободной.

Я улыбнулся, прикоснувшись губами к её губам в нежном, целомудренном поцелуе.

— Прости, что сообщаю тебе это, но ты типа застряла со мной.

Она рассмеялась.

— Я не против.

— Лучше бы так и было, а то я пойду и попрошу того парня в плаще с чёрными перьями одолжить мне его оружие, — сказал я.

Её глаза стали огромными, и она на мгновение замерла.

— Он позади нас?

Я посмотрел поверх её головы.

— Не прямо позади, но да.

— О боже. Кажется, я сейчас упаду в обморок.

Я засмеялся.

— Ты его даже не видела. Он не такая уж важная персона.

Если это вообще было возможно, её глаза расширились ещё сильнее.

— Джон. Сноу. Очень. Важная. Персона.

Я застонал, вспомнив, как Миа, Эстель и все остальные, кого я знал, говорили о нём.

— Это тот самый грёбаный Джон Сноу?

Николь обернулась и тихо вскрикнула от восторга.

— Да.

Я обнял её одной рукой и притянул к себе. Мы стояли на вершине небольшого холма и смотрели, как он идёт с грузным парнем. Ничего особенного в нём не было. Он казался невысоким. Зато я был уверен, что его причёска вызвала бы у Оливера зависть, — поэтому я сделал его фото и отправил, зная, что ответа придётся ждать долго.

— Ты счастлива? — спросил я, прижавшись губами к её уху.

Она кивнула.

— Я очень счастлива, — сказала она, разворачиваясь в моих объятьях и обнимая меня за шею. — Я очень, очень, очень сильно люблю тебя, Виктор Рубен. Несмотря на твоё отвращение к браку.

Я усмехнулся. Она была такой наивной.

— У меня нет отвращения к браку.

— Я слышала, как ты на днях разговаривал со своими родителями, — она сделала паузу, её голубые глаза вглядывались в моё лицо. — Я не против. У меня нет желания снова выходить замуж. Была там, делала это, купила футболку.

— Нахуй эту футболку.

— Ты говоришь так обо всём, что не имеет к тебе отношения, — сказала она, смеясь. — Я просто хочу сказать, что у тебя прекрасная жизнь. Я здесь не для того, чтобы нарушать твой организованный, педантичный образ жизни. Я просто хочу быть его частью.

Я вздохнул и согнул колени, укутывая её в тёплое одеяло, которое нам дали, когда мы сюда прибыли. Я удерживал её взгляд, пока говорил, — хотел убедиться, что ни одно моё слово не ускользнёт от её понимания.

— Ты когда-то говорила, что это было твоей целью, — сказал я, обводя рукой съёмочную площадку вокруг нас. — Мои цели всегда были связаны с карьерой, и когда я их достиг, я понял, что мои цели немного изменились — и где-то по пути ты стала моей целью. Я влюблен в тебя. За тридцать один год я многого добился и горжусь этими достижениями, но ни одно из них не заставляет меня чувствовать то, что вызываешь во мне ты. Когда мы вернёмся домой, моей следующей целью будет уговорить тебя переехать ко мне, а позже, со временем, — добиться твоего согласия выйти за меня замуж, потому что я люблю тебя и не хочу быть без тебя ни дня.

Потребовалось мгновение, чтобы мои слова дошли до неё, и когда это произошло, она моргнула, потом ещё раз, и слёзы, скопившиеся в её глазах, начали падать. Я ловил их, когда они покатились, стирая их.

— Я твоя цель? — прошептала она, улыбаясь.

— Ты — воплощение всех целей, о которых я и не подозревал, что мечтаю.

Наши губы встретились в медленном, чувственном, долгом поцелуе, от которого мне захотелось побежать обратно в отель и трахнуть её в джакузи. Оторвавшись друг от друга, мы обменялись улыбками.

— Знаешь, ты уже второй раз делаешь мне предложение, — сказал я. — Это рекорд для человека, который говорил, что не хочет снова выходить замуж, и только оформил развод.

Она залилась румянцем и отвернулась.

— Я вовсе не утверждала, будто против брака только потому, что в прошлый раз у меня не сложилось.

Я приподнял её подбородок и заставил взглянуть мне в глаза ещё раз.

— Хорошо, потому что я собираюсь на тебе жениться.

— Ты говоришь это так, будто знаешь, что я соглашусь.

— Разве ты ещё не поняла? — спросил я, втянув её нижнюю губу в рот и отпустив с громким чмоком. — Я всегда получаю то, что хочу.

Она была моей единственной. За тридцать один год я никогда ни к кому не испытывал таких чувств, как к моей красивой, дерзкой и сексуальной Николь Алесси, и я знал — так будет всегда.

Эпилог

Николь

Два года спустя

— ТЫ ДОЛЖНА бросить свою работу и начать создавать свадебные платья, чтобы зарабатывать на жизнь, — сказала Тэлон, когда делала мне макияж.

— Возможно, когда-нибудь, — сказала я, глядя вверх,