Спасите злодейку! Или как никого не убить, став принцессой - Мира-Мария Куприянова

мораль. Зато Светлые если и способны на низость, то исключительно во благо высоко доброй цели. И хоть я на самой себе и убедилась, что «высокой и доброй» может стать любая цель, в зависимости от точки зрения и способности к самоубеждению, но ведь должны быть границы!

— Я не узнаю Вас, лорд Веслей, — прошептала я, качая головой- Кажется, раньше Вы не были столь склонны к жестокости.

— Потому что к ней были более склонны Вы, — весомо ухмыльнулся Дионис- Или Вам напомнить, что именно Вы предлагали окружать себя не просто лояльными людьми, но людьми, чью лояльность мы могли бы впоследствии гарантировать шантажом? Именно Вы расписывали мне план восстания, легко теряясь в помарках числа погибших, как не в заслуживающий уточнения цифрах. И именно Вы предложили ритуал, если уж говорить о совсем недавнем времени. И что же теперь? Мало мне Вашей холодности и отстраненности? Теперь Вы решили продемонстрировать мне разочарование и огорчение моей же жестокостью?

— Я не это имела в виду, — попыталась вставить я, но была безжалостно перебита мирханцем.

— А что же, Кристабель? С тех пор, как мы прибыли в Криалию я по пальцем одной руки могу пересчитать случаи, когда Вы сами касались меня. Куда делась Ваша нежность? Где обещание любви во взгляде? Где…

— Вам обещания нужны? — устав от демагогии, рявкнула я- Или результат? Да и когда мне выражать любовь разными частями тела, когда у меня тут то челядь дурит, то ритуал шокирует! Имейте уже совесть! Лучше бы помогли.

— А разве я сейчас не говорил о помощи? — возмутился лорд- Только Вас, надо полагать, она от чего-то не устраивает.

— А как может устраивать, если Ваша помощь означает фактическое принесение в жертву стороннего человека? — уперла руки в боки я- Знаете, я не настолько поднаторела в тонком искусстве самооправдания. Боюсь, этого мой Свет мне уже не позволит. Так открыто и цинично… Нет, я понимаю, что все во имя Света, если правильно оценить обстановку. Но за счет чужих жизней…

— А Вы, надо полагать, сейчас таким образом ставите мне в пику Вашего жениха? — ядовито просвистел лорд, сверкая на меня глазами- Думаете, Темный принц Дистард не стал бы пачкаться о низкие методы?

— Он-то тут при чем? — недоуменно хлопнула ресницами я.

— О, только не надо строить из себя святую невинность, — зашипел лорд, неожиданно хватая меня за плечо и настолько близко прижимая к своей груди, что сухие губы теперь задевали уголок моего рта, — Я не слепой, Кристабель! Я вижу горячие взгляды, которые Вы бросаете на него за завтраком. Отмечаю томную задумчивость, все чаще посещающую Вас при взгляде на него. Вижу, как туманится Ваш взор. Что? При более близком знакомстве Его Высочество уже не стал казаться таким уж плохим вариантом? А помолвка с наследником Мирха более не кажется шагом в Преисподнюю?

— О чем Вы говорите? — возмутилась я, позорно краснея щеками.

И было от чего!

Черт… Вот не думала, что правда успела спалиться. С другой стороны, разве не глупо было от меня ожидать гениальной актерской игры или дипломатичного покерфейса? Где мне было настолько поднатореть в закулисных интригах, чтобы по полночи хотеть одного, а утром каждую минуту помнить, что я теперь другая личность и увлекаться должна кем-то иным? Понятно, что при каждом взгляде на принца Дистарда я снова ощущала горячую волну неудовлетворенного желания, а перед глазами в красках плыли наши странные напряженные игры с флиртом.

А лорд Веслей просто очень наблюдательный. И мнительный. И…. ревнует!

Последнее вдруг ясной, кристально чистой волной окатило меня совершенно внезапно.

Точно! Он же просто ревнует.

Веслей, конечно, куда более сдержан. Воспитан, держит дистанцию… А может он просто вынужден быть рамках приличий? Все-таки она (ну, то есть я) принцесса. А он ни разу не инфант. Да еще и время наших встреч не играет в его пользу. Это с Дистардом мы проводим тет-а-тет ночные часы. А несчастный влюбленный Дионис вынужден держать лицо под десятками свидетельских взглядов моих подданных. Ибо день!

Но он влюблен в Кристабель. Влюблен давно и прочно. Я читала это в его письмах. Видела в его глазах. Чувствовала в каждом его осторожном прикосновении.

Понятно, что мужику каждый шаг надо контролировать. И то он умудряется раз за разом находить минуту, чтобы стирать границы.

Вот и теперь, извините за невнятную речь…

Пока я размышляла, Веслей решительно перешел в наступление.

Губы буквально опалило голодным жаром его рта. Горячий язык ворвался внутрь порабощая, завоевывая, наказывая. Без слов демонстрируя мне всю ту боль, неуверенность, сомнения, которые мирханец держал в себе. Его страдания, отчаяние, страх…

— Ты выбрала его, — протираясь о мои губы своими, простонал он. И сильные пальцы без жалости оставили синяки на моих плечах- Я вижу. Я понял это.

— Ты не прав, — пыталась оправдаться я.

Потому что никого я не выбирала! Не рискнула бы. Особенно с учетом моих планов по возвращению домой. И птичьих прав, на которых находилась здесь!

Черт! У меня же даже нет альтернативных вариантов! Да мне просто НУЖНО вернуться. Потому что остаться здесь я не имею права! В качестве кого? Как объяснить исчезновение хоть одной из коронованных особ, чьи места я теперь занимаю?

Но разве ему это объяснишь?

«Им обоим»- вдруг недобро усмехнулась внутри меня совесть- «По сути, объясняться надо с обоими. Иначе ничем хорошим это не закончится»

— Нис, прошу, — шептала тем временем я, с ужасом ощущая, как умелые пальцы уже опытно проникли мне под корсаж и нагло оглаживают молочную плоть- Не здесь! Не сейчас!

— Назови время, Крис, — дрожащим голосом шептал лорд, уже даже не целуя- прикусывая кожу на моей шее- Время и место. Я не могу больше. Слышишь? Ты требуешь от меня слишком много. И ничего… НИЧЕГО не даешь взамен. Хватит, слышишь?

Меня окатывало терпким жаром сладкого предвкушения. Ноги дрожали. А белье уже было ощутимо влажным.

«Вот я плохая!»- с ужасом подумала я- «Мне же брюнет нравится! Я точно помню, что сегодня ночью нравился он. Или блондин? Ум… приятно-то как! Вот я развратная-то…»

«Да нормальная ты»- с